"ПРАБЕЛ" Валерыя Руселiка

МАЛЕНЬКИЙ АДЪЮТАНТ БОЛЬШОГО КОМАНДИРА
Новости - Культура

delendik_150Скорее бы Колька закончил строить «бронемобиль»! Ничего, что он не из железа, а из остатков досок, которыми дедушка ремонтировал сарай! Главное — у «бронемобиля» есть педали, колеса, а уж красную звезду на борту Толик нарисует сам и помчится с ветерком по деревенской улице!

Но даже без чудо-машины, которую мастерил двоюродный брат, жизнь Толика в начале лета 1941 года была такой счастливой, что, казалось, ей никогда не будет конца…

Большая семья

Толик окончил первый класс с похвальной грамотой. Он лучше всех в классе писал, а когда на празднике Первомая в сельском клубе читал стихи о том, что «Красная Армия всех сильней», то ему аплодировали, как настоящему артисту. Родители и дедушка хвалили его редко, полагая, что любое дело надо стремиться делать лучше других, а вот их лучшие друзья — семья Козловых, особенно Василий Иванович, партийный начальник всего Старобинского района, считал, что Толик может стать артистом, когда вырастет.

Кем быть, мальчик еще не решил. Может, агрономом, как отец, которого каждый год награждали грамотами за хороший урожай? А, может, портным, как дедушка, который снимал мерки… мизинцем левой руки, да шил так точно, добротно и красиво, что кожухи и нарядные платья заказывали у него аж из самого Минска, да и мама слыла лучшей портнихой на всю округу. Но шитье сами взрослые считали «отдыхом от работы»: в большой семье (14 человек!), не жалея сил, все работали и на колхозном поле, и на собственной земле, чтобы в доме всегда был и хлеб, и к хлебу…

… В воскресенье, 22 июня, ждали в гости Василия Ивановича с семьей. Его дочери, Оля и Тамара, мечтали покататься на запретных веревочных качелях: обе хотели стать летчицами. Толик прилаживал качели к высокой ветке дуба, когда увидел бегущую по улице соседку. Распахнув их калитку, она крикнула маме:

— Вера, война началась! Молотов по радио сказал!

До самой темноты сельчане говорили о войне:

— Не пройдут немцы дальше Барановичей!

— У Сталина план такой — заманить на нашу территорию, а потом разбить, сил у нас хватает!

Толику очень хотелось знать, когда закончится война: осенью — в школу, а мама сказала, что купит ему настоящие ботинки и портфель! Спросил у деда и услышал в ответ:

— Долгое это дело — война, внучек…

В партизаны!

Отец ушел на фронт. Прощаясь с Толиком, положил ему руку на плечо и, совсем как взрослому, строго сказал:

— Маму береги! Ты теперь вместо меня остаешься…

А как ему маму беречь, если она часто из дома уходит? Говорит ему, что заказы на шитье в соседних деревнях ищет. Кто сейчас, когда в округе полицаи обосновались, платья будет шить?! Один раз, когда встречал ее в условленном месте, где дорога из леса выходит, заметил, что полицаи тоже кого-то дожидаются. Увидели маму, приказали корзину показать. Там была яркая материя, ножницы и коробка с нитками…

В один из осенних дней мама о чем-то долго переговаривалась с дедушкой, а потом сказала:

— Сынок, завтра на рассвете вы с Колей пойдете к шоссе, внимательно рассмотрите, какие машины там идут, в какую сторону, все их пересчитаете, запомните, а потом мне расскажете.

Толик почувствовал, как сильно застучало сердце: его мама помогает партизанам.

Мама словно догадалась о его мыслях:

— Будем теперь вместе партизанам помогать. Василий Иванович Козлов теперь командует большой партизанской армией, и ему наша помощь нужна.

Всю долгую дорогу до шоссе Толик и Коля шли молча, только иногда, поглядывая друг на друга, понимающе улыбались: наконец-то и они стали партизанами!

… Полицаи нагрянули внезапно. Все в доме перевернули. Начальник полиции, местный мужик, из соседней деревни, который перед войной сидел в тюрьме, ударил маму по лицу, двое других матерились пьяными голосами. Больше всех досталось дедушке… Видимо, тот, кто донес в полицию на их семью, именно его определил партизанским связным. Начальник полиции выволок истерзанного Ивана Интовича на крыльцо и расстрелял его в упор, а их троих отвезли в «холодную» — временную полицейскую тюрьму. Утром, когда вывели во двор, сомнений не было: расстреляют… Коля попытался бежать. Его догнали, избили прикладами, а потом раздалось несколько винтовочных выстрелов.

— Щенка малого оставить! И мать тоже — сами подохнут! — неожиданно распорядился начальник полиции.

Когда Толик с мамой вернулись в свою деревню, от их дома оставались одни тлеющие головешки…

Несколько месяцев скитались по знакомым, переходя из одной деревни в другую. Наконец появилась возможность сообщить Василию Ивановичу о том, что с ними произошло. Козлов приказал небольшой группе разведчиков доставить их в Любанский район, где в то время базировалось Минское партизанское соединение.

Пробирались в партизанскую зону почти трое суток. Шли только ночью: днем все дороги перекрывали части эсэсовцев и полицейские заставы.

На рассвете, когда до спасительного лесного массива оставалось совсем немного, партизаны столкнулись с группой немцев на мотоциклах.

— Беги быстрее, как только можешь! — крикнул Толику командир разведчиков.

Завязался бой. Толик очень боялся отстать от мамы, потом обогнал ее и боялся посмотреть назад… Пули свистели и взбивали землю у самых ног. От верной смерти их спасло небольшое поле, густо засеянное пшеницей…

Партизан, прикрывавший их отход, погиб. Его тело привезли в лагерь спустя сутки.

На войне как на войне

Толик очень хотел, чтобы Василий Иванович определил его к разведчикам, но Козлов оставил его адъютантом при штабе:

— Будешь выполнять серьезные поручения. Понял?

Толик кивнул головой в ответ.

— Сейчас познакомлю тебя с твоим новым боевым товарищем.

— А как его зовут?

— Ласточка.

На поляне перед штабом партизан держал под уздцы лошадь, у Толика захватило дух.

Василий Иванович подсадил его в седло:

— Теперь ты — настоящий партизан!

Какой он партизан без оружия и главное — без военной формы?!

— Что вздыхаешь, адъютант? Вот мама скоро вернется, сошьет тебе военную форму, а сейчас приказываю обедать и бежать к сапожникам. Понял?

Работы новому адъютанту хватало: целыми днями он летал на своей любимой Ласточке из одного отряда в другой, передавая приказы командования, собирал командиров партизанских отрядов на совещания к Козлову или к начальнику штаба Бельскому, встречал летчиков из Москвы на партизанском аэродроме на острове Зыслов, а в свободное время учился стрелять по консервным банкам.

… Партизаны соединения получили долгожданный груз — взрывчатку для «рельсовой войны», и теперь сразу несколько групп каждый день уходили к железной дороге. Толик знал, конечно, о результатах этих походов: немецкие эшелоны с техникой и живой силой, железнодорожные мосты взлетали в воздух. Одна только операция «Эхо Полесья» — взрыв моста через Птичь — остановила движение на дороге Брест — Гомель на 18 суток!

Понятно, что его лучшими друзьями были в то время подрывники, а один даже обещал взять с собой на «железку», только перед этим велел пройти «испытание на храбрость» — принести из осиного гнезда… дикого меда. Не знал Толик тогда, что осиного меда не бывает! Расковырял палкой трухлявый пень, а осы так его искусали, что на несколько дней глаза закрылись — пришлось в госпиталь идти. Узнал потом, что его друга-подрывника строго наказали.

В госпиталь Василий Иванович передал ему книжку стихов Янки Купалы. Вот это была радость: ведь читал он сейчас только газеты, сводки и партизанские карты.

Раненые слушали внимательно, а он старался изо всех сил, получалось даже лучше, чем на школьных праздниках.

… По поручению Василия Ивановича встречал он группу радистов на аэродроме. Мужчины поздоровались с адъютантом командира как положено, за руку, поблагодарили за встречу, а худенькая девушка, по-мальчишечьи стриженная, вдруг обидела:

— Ой, какой солдатик маленький!

— Я не «солдатик маленький», а адъютант командира Минского партизанского соединения!

Наверное, очень строго ей ответил: радистка… заплакала.

Обиду он, конечно, простил, показал гостье и партизанский лагерь, и свой «зоопарк», который для него организовали партизаны: козочку, лисенка, аиста, семейку ежей.

Перед началом боевой операции колонна партизан, среди которых был и Толик, попала под вражескую бомбежку. Взрывной волной его сбросило с Ласточки. Он был ранен. Когда вернулось сознание, увидел перед собой Василия Ивановича:

— Мы тебя на самолете вместе с мамой в Москву отправим, в госпиталь.

— А когда я к вам назад вернусь?

— Тебе лечиться надо, потом — учиться. Война скоро закончится. Захочешь — настоящим командиром станешь.

— Я врачом буду…

О герое

Делендик Анатолий Андреевич. Драматург, сценарист, прозаик. Окончил Минский государственный медицинский институт, Литературный институт имени М. Горького. Работал врачом Республиканской психоневрологической больницы. Первый рассказ опубликован в 1955 году, первая пьеса поставлена в 1965-м, первый фильм снят в 1972 году.

Поставлены драмы и комедии «Вызов богам», «Ночное дежурство», «Амазонки», «Дурочка», «Вкус яблока» и др.

По его сценариям сняты фильмы «Завтра будет поздно» (приз за лучший сценарий на международном кинофестивале в Пльзене), «Познай себя» (Гран-при на международном кинофестивале в Варне), «Голубой карбункул», «Волки в зоне», «Неудобный человек», «Анастасия Слуцкая» (призер многих международных кинофестивалей, в том числе в США и в Китае). Издано 15 книг. Живет и работает в Минске.

Светлана БАЛАШОВА

 

Добавить комментарий

Внимание! Перед добавлением комментария помните, что его прочтут другие пользователи и авторы комментируемого Вами материала. Будьте уважительны друг к другу и старайтесь обходиться без сленговых и нецензурных выражений.


Защитный код
Обновить