«НЕТ У МЕНЯ СЕМЬИ, ЕСТЬ ДЕТИ, КОТОРЫЕ СЛУЖАТ ГОСУДАРСТВУ» PDF Печать E-mail
08.11.2010 09:09

Luk_142«Литовский курьер», главный редактор которого не так давно брал интервью у президента Беларуси, опубликовал часть беседы с Александром Лукашенко. Вопросы для нее формировались так, чтобы обрисовать портрет Лукашенко не столько как политика, сколько как человека.

В частности, Лукашенко пояснил, какой же день августа считать его днем рождения; сколько денег лежит у него в столе и на специальном счету; как он решает государственные проблемы по дороге из одной резиденции в другую; как питается и отдыхает и, в целом, в чем видит смысл своей работы…

— Мне сложно говорить о личной жизни, потому что люди не очень верят… Они думают, что президенты — это такие цари, для которых все доступно. Отчасти это так. Каждый президент работает по-своему. Но я уверен, что каждый президент погружен в проблемы и крутится как белка в колесе. Бывают президенты-пофигисты. Но все равно ты в этом колесе вертишься, крутишься и вырваться из него не можешь. Особенно президенты Беларуси, России, Казахстана, где полномочия колоссальные.

Большие полномочия — большая ответственность. Например, президент Беларуси, как и президент России, не может на кого-то другого возложить свои обязанности, допустим, на время отпуска, если он есть у президента. Поэтому и отпуска у президента как такового быть не может. Ты за все отвечаешь, ты принимаешь стратегические решения, ты отвечаешь за порядок в стране. Не дай Бог, что-то случится, ты — первый. Всех забудут, будут видеть только президента. И это ставит белорусского президента в соответствующие условия работы.

Когда вы спрашиваете, есть ли у меня личная жизнь, я сразу начинаю думать, а что такое «личная жизнь»? Я вам честно говорю, я не знаю, что такое «личная жизнь». Я живу в резиденции со своим малышом. Как президента, меня не чрезмерно, но охраняют. В доме президента есть только один человек, который обеспечивает связь президента…

Сегодня тренировки нет. Это даже не мероприятие — тренировка. У нас же есть хоккейная команда президента, которая играет на официальном рождественском турнире. Туда приезжают неслабые команды, особенно из России.

…Я бы не сказал, что кроме спорта у меня что-то есть в личной жизни. За полтора десятка лет я настолько уже, наверное, окостенел, что не понимаю, что такое личная жизнь. По-моему, у меня все замкнуто на работе.

У меня нет друзей — для президента, это, наверное, и неприемлемо, потому что друзья по-разному начинают себя вести. Но есть люди, которые давно рядом со мной. Бывает, что я так махну рукой и говорю: «Устал я уже от этого». А они мне говорят: «Но вы же сами этого захотели». Очень мудро сказано. Из этого водоворота уже невозможно выскочить.

* * *

Говорят: «Вот Лукашенко уже четвертый срок…». Пожалуйста, можете меня не избирать. Но я не мог не выдвинуть свою кандидатуру по одной простой причине. Вот представьте, что я не выдвигаю кандидатуру, люди на меня рассчитывали, а кто-то приходит к власти, и все пошло вверх тормашками.

Если вы не доверите это Лукашенко, а доверите Петрову, Сидорову, Иванову, это ваш выбор. Тогда с меня взятки гладки, если вдруг что произойдет со страной. Согласитесь, я правильно поступаю: я никому не мешаю. Наш народ умный… «Гадкий народ, за Лукашенко голосуют, а за нас нет», — говорят некоторые. Его уже не заманишь красивым словцом. Ему надо достать и положить конкретное дело. Вот пришел кандидат, а народ сразу: «Откуда ты пришел? Где ты был? Что ты делал до сих пор?» Некоторые уже до 60 лет дожили и хотят быть президентами. А что ты сделал за эти 60 лет? Даже если тебе 40, 35. Откуда ты? Наш народ уже начал разбираться. Поэтому я очень спокойно реагирую на это.

* * *

Правда, может, у меня сегодня вечером получится пойти в лес рубить дрова. Это тоже физическая подготовка. Нас три-четыре человека бывших деревенских. Мне подарили бензопилу. Мы собираемся, пилим сухие деревья — на территории резиденции леса хватает. Если нет, лесники подскажут, где есть сухостой. Мы его выпиливаем, распиливаем, рубим. Каждый получает от этого удовольствие. Представьте, что вы жили в деревне и всю жизнь этим занимались. И потом это физическая нагрузка.

…Утром я просыпаюсь, пока еще мой малыш спит, получаю порцию прессы, включаю телевизор, чтобы посмотреть последние новости, как и вы, бреюсь, привожу себя в порядок, 10 минут на зарядку, чтобы себя привести в нормальный тонус. Приезжаю сюда раньше или позже, в зависимости от того, какие у меня мероприятия — в основном это публичные мероприятия — могу и сюда пригласить, чтобы не тащить кортеж из города, я там могу провести какие-то мероприятия. Так все и крутится каждый день.

* * *

— У меня в доме работает повар. Один повар. У меня нет огромной кухни. Обыкновенная небольшая кухня. Я приверженец простой нашей кухни, белорусской. Если это драники, значит, драники. Самое вкусное для меня — это молочный суп. Я молочный суп люблю. Сало я с детства не ел, а если сейчас ем сало, то совсем немного. Салаты только обычные. Вот говорят, надо есть морскую капусту… Я могу съесть иногда через силу, но мне это противно. Я сторонник того, что у нас здесь произрастает. Еще сухофрукты, компот из сухофруктов, поскольку врачи рекомендуют при таких физических нагрузках. А так все свое.

Очень люблю молоко, но сырое молоко в моем возрасте уже употреблять нежелательно, потому что после 30 лет организм не так воспринимает молоко. Хотя моя мать до сих пор пьет молоко, а ей уже за 80. Она говорит, что просто надо знать, какое молоко пить. Иногда больше кефир.

* * *

— Я родился 31-го, как и малыш… Меня записали 30-го. И по документам 30 августа — у меня день рождения. Фактически я родился 31-го. И мой малыш родился 31-го. Мы даже родились в одно и то же время утром. Дни рождения я вообще не отмечаю. Это для меня самый паршивый день в жизни, потому что, к сожалению, в этот день ты становишься на год старше.

У нас в семье не было принято и сейчас не принято отмечать его. Все это знают и меня никогда не поздравляют. …Близкие, знающие меня люди, поздравляют меня последние 5—6 лет и моего малыша — в один день, 31-го. А по паспорту я родился 30 августа. Вот и весь секрет. А почему такой вой подняли? Потому что на сайте президента поправили день рождения с 30-го на 31-е…

…Ну пусть будет 30-е. Сделал себя старше на сутки. А реально в один день, в один час спустя 50 лет родился малыш этот, так же, как и я. Это не пиар-кампания. Что я, единственный президент, у которого есть дети? Но спроси у вас, у кого есть дети, вы не скажете. А я знаю. И их море. Они не хотят предавать публичности своих детей не от жены, от других жен, еще от кого-то.

* * *

— Я очень богатый человек, потому что я первый президент, первый в стране, которую я, простите за нескромность, в том числе с другими сделал своими руками. Вот в чем мое богатство. Что касается денег — не в этом богатство.

Я часто думаю об этом. Не буду я президентом, как сложится моя жизнь. А не придется ли мне где-то еще квартиру искать, просить у кого-то. Если иметь в виду материальное богатство, я получаю заработную плату. Мне взятки и подачки никто никогда не носил и не принесет. И запомните, если президенту кто-нибудь принес и дал, это никогда не будет тайной. Я у власти полтора десятка лет. Но уже что-то где-то достали и показали. Или нет? Нет того президента, которого бы не раскололи.

Вы у меня спрашиваете, есть ли у меня деньги. Да, у меня есть деньги. Моя зарплата, почти вся, в ящике письменного стола. Я открыл счет недавно, признаюсь, счет, на который можно положить деньги до наступления совершеннолетия. Старшие уже сами работают, должны сами зарабатывать. А как сложится судьба этого малыша, я не знаю. Буду жив, я все для него сделаю. А если что-то со мной произойдет? Поэтому я этот счет открыл и там несколько миллионов наших рублей на счету. Но это бессистемно.

Часть денег в письменном столе. Приходят дети старшие, и младший уже заметил: «Ай, пап, ну зачем тебе эти деньги, мы купим маме, бабушке, еще что-то…» Конечно, зачем мне эти деньги, меня государство сейчас одевает и кормит, поэтому они забирают. А этот малыш видит, что они забирают: «Папа, ты зарплату получил? — Получил. — Я тебя охраняю — ты мне должен заплатить». Вот две-три бумажки несет к себе в спальню, положит в свой кошелек. Потом идет в детский сад, а возле детского сада есть магазин. Днем он не спит и просит заведующую: «Пойдем на улицу». Он заходит в магазин (у него эти деньги, которые он у меня взял и накопил) и говорит: «Давайте что-нибудь папе купим». И приносит мне, например, пену для бритья. Я говорю: «Я, сынок, пеной не бреюсь». — «Я принес — брейся».

Я рассказываю это, как будто это такая потеха для меня. Это никакая не потеха. Это обычная житейская ситуация. Может, у кого-то действительно не хватает денег. Но сказать, что у меня миллионы и даже миллиарды, поверьте, это вранье. Если б это было, ты бы это не смог спрятать… Тебя бы сдали с потрохами. Или если бы у твоих детей были такие деньги.

Если говорить о том, что я где-то что-то спрятал, я один не бываю, только в спальне. Все время вокруг меня люди. Да, сегодня они тебя охраняют. У нас чисто служебные всегда отношения, но где гарантия, что завтра этот человек не скажет.

У меня нет своей квартиры. У меня нет своих автомобилей. За мою жизнь мне подарили десятки автомобилей. Я помню, в Корее подарили автомобиль, я сказал: «Не надо». Для рекламы, может, им выгодно. Мне лучше «скорую помощь» для Чернобыльской зоны. Они знали, что я подарки перевожу в «скорую помощь», около 70 автомобилей «скорой помощи» … вместо тех подарков, которые мне сделали.

Я сам вожу автомобиль и сейчас. Я очень люблю водить автомобиль и раньше любил. Я говорю: «Оформите на государство». Таким образом, у меня нет ни автомобилей, ни квартиры.

Я часто говорил об этом. Президентские времена заканчиваются. Где-то надо будет жить, особенно детям. Если придет какой-то президент и скажет: «Не давать ему квартиру. Он не заслужил», я просить не буду. Думаю, что так не случится, но вдруг…

Думаю, мне помогут. Не то чтобы друзья, но люди, которые меня уважают. Я думаю, они меня не бросят. Мне просто помогут. За 15 лет можно найти людей, которые к тебе хорошо относятся. Таких людей немного, но их и немало. Поэтому я и не форсирую, пользуюсь государственными жилыми помещениями, как и любой другой президент, но намного, во сто раз скромнее, чем другие. Я люблю деревянный дом и, выезжая куда-то, чаще живу в деревянном доме.

* * *

— Я остерегаюсь близко подпускать к себе людей, чтобы они стали твоими друзьями. Это всегда вылезет боком. Потом он начинает спекулировать этим, он начинает что-то выторговывать для себя.

Меня часто журналисты и оппозиционеры упрекают в этом. И они правы в том, что я веду не то что замкнутый образ жизни — я абсолютно доступен на тренировках, иногда на улице могу остановиться и тогда это в митинг превращается, но я сторонюсь того, чтобы … Вот дверь раскрыта, приходите, друзья, и так далее. У меня этого нет.

Наверное, я делаю правильно, потому что были моменты, когда человек пришел с тобой, работает с первого дня, потом, смотрю, его понесло то туда, то сюда. Потом мне докладывают, что он неприлично себя ведет.

…Я уже состоялся как искренний политик, извините за нескромность. Со мной можно что угодно делать — обливать помоями, физически, как угодно. Но не трогайте детей и не упрекайте меня в том, что я вор. Я никогда чужого не брал. У меня нет сегодня тех миллиардов, миллионов даже. Даже миллионов белорусских рублей, которые имеют сегодня некоторые. Одна из причин наката на меня со стороны России — я для них чужой. Я не разбогател на власти. А они богатые. Пусть о себе лучше расскажут, сколько у них десятков миллиардов накоплено, и за что они эти деньги получили. Вот вся разница. Но я не бессребреник. У меня масса недостатков.

Я всегда признавал, что я не образец семейной жизни. Так у меня жизнь сложилась. Просто один прячет, а другой нет.

* * *

— Доволен ли я карьерой своих старших сыновей? Этот вопрос мне задавать нельзя, потому что они, к сожалению, карьеры не делали. Для них эту карьеру определил отец.

Мой средний — Дима — возглавляет президентский спортивный клуб. Я его позвал и говорю: «Не надо тебе никуда лезть. Ты любишь спорт». Вот эта небольшая работа. Президентский спортивный клуб — это помощь спортсменам. Согласитесь, что сегодня, если отец небогат, хоккеистом обычному парню стать очень сложно. А он талантлив. А ведь не президентские дети становятся олимпийскими чемпионами. А из обычных семей, которые надо поддержать. Спонсоры деньги дадут.

У них работают семь или восемь человек. Наблюдательный совет — это коллективный орган. Набирают они пожертвования, поддерживают спортсменов. И команда президента приведена к ним. Им же тоже надо хоть за победу какую-то копейку дать. Они же отрываются от семей. Это же обычные люди. Я ему сказал, занимайся, не лезь ты туда. Он что, бизнесом не мог бы заняться? Нет, ты занимайся на государственной службе, под контролем.

Второй сын окончил университет с отличием, работал в МИД обыкновенным чиновником. Но надо было отцу в чем-то помочь. Все говорили: «Он премьер-министром его назначит, госсекретарем его назначит, прокурором…».

«Давай ты будешь помощником у меня по национальной безопасности, и на тебе будут замкнуты те вопросы, которые никогда до президента не дойдут». Вот представьте. Есть вопросы, и достучаться до меня порой сложно, но есть сын, которому вы скажете, и будучи в бане после тренировки — в понедельник обычно мы собираемся — он мне скажет: «Вот на это и на это надо обратить внимание». Такая дорога к президенту и какая-то отдушина. Это для людей. Потому что какая это должность?

Вы прекрасно понимаете, что я мог бы своего сына поставить на такую должность, что дальше некуда. Или бизнесом он тоже мог заниматься. Нет. Ты давай. Вопросы, которые в обществе есть, у какого-то человека есть, ты должен довести до меня. Это какой-то путь к президенту. Это его работа.

Некоторые говорят, вот, семейственность развел. Какую семейственность? Нет у меня семьи, у меня есть дети, которые все — от маленького до большого — служат государству.

Это мое государство. Я — его первый президент, и я хочу поднять планку президентства на такие небеса, чтобы ее потом никто не опустил. Придут после Лукашенко и будут сравнивать последующих начальников и мерить по первому президенту. И я хочу сделать так, чтобы последующим было неудобно делать плохо. Вот в чем смысл моей работы.

Обновлено 14.11.2010 23:45
 

Комментарии  

 
+1 #1 12.11.2010 21:55
В таком случае у г-на Лукашенко не возникло бы сложности в ответе на вопрос "Саша, а где деньги?" за продажу вооружения, за транзит товаров и перепродажу нефти, почему, уплачивая задолженность газпрому, вы, одалживали деньги у армян, а не взяли из гос. казны (слухи растут, что золотовалютный запас РБ иссякает), и вопросов еще куча...
Цитировать
 

Добавить комментарий

Внимание! Перед добавлением комментария помните, что его прочтут другие пользователи и авторы комментируемого Вами материала. Будьте уважительны друг к другу и старайтесь обходиться без сленговых и нецензурных выражений.


Защитный код
Обновить

Последние добавления

972.
Ну вот и подняли тарифы ЖКХ. А ведь кое-кто утверждал, что наше прав.....
971.
Вовочка, услышав, как мурлыкает кот, бежит к отцу-автомеханику: — Па.....
ПРОТИВ ДМИТРИЯ ДАШКЕВИЧА ВОЗБУЖДЕНО НОВОЕ УГОЛОВНОЕ ДЕЛО
Лидеру «Молодого фронта» грозит еще один год лишения свободы. .....
«НАДО ОТЫСКАТЬ СПОСОБ РАЗГОВАРИВАТЬ НЕ ЯЗЫКОМ САНКЦИЙ»
Посол Литвы в Беларуси Линас Линкявичюс заявил, что Вильнюс и Минск...
МИД ИЗРАИЛЯ СЛЕДИТ ЗА СИТУАЦИЕЙ С ПРАВАМИ ЧЕЛОВЕКА В БЕЛАРУСИ
Глава отдела Евразии израильского МИД Яаков Ливне 18 июля на пресс-к.....

Самое популярное за месяц

службы мониторинга серверов