Курсы валют

Доллар США
1.9383
Евро
Российский рубль

Погода

23..25 °C

Культура

МАДАМ ПРЕЗИДЕНТ-2

Image 5813

Политический детектив Ольги Абрамовой.
Всякие сходства с белорусскими реалиями и персонажами случайны. 

(Продолжение. Начало, 1.)

Промямлила что-то вроде того, что ничего не думаю. Что я их всех вообще вижу впервые.

— Вы знаете, я внимательно читаю все ваши статьи. Мы с друзьями хотели бы создать общественное объединение. Или партию. Чтобы собрать единомышленников по всей стране. И вот нам нужен как раз такой человек, как вы. Боевой, задорный, молодой! Такой журналист, который будет писать о нас и нашей группе. Нашей партии.

Приглашаю вас к нам на встречу в парламент. Очень надо! Никто из наших пока не умеет составить толковый пресс-релиз. Да и в контактах с журналистами надо навести систему…

Вы, пожалуйста, не отказывайтесь сразу, подумайте. А вы сами как считаете, что лучше — объединение или партия?

Второй раз за пару минут Командор поставил меня в тупик. Утешило только то, что и он чувствовал себя не лучше. Сильно краснел и все время промокал вспотевший лоб платком.

Тут я заметила, что у собеседника под пиджаком — рубашка с коротким рукавом. А на дворе — ноябрь! Явно не женат, раз некому подсказать, как следует правильно одеваться. Забегая вперед, сразу скажу: я тогда ошиблась в своих умозаключениях. Жена имелась, но осталась жить в райцентре вместе с детьми.

Я успокоилась и повеселела. Не одна я сегодня обмишулилась с нарядом.

— Не вяжитесь вы с этими партиями! Не наше это. Люди еще от «обязаловки» КПСС не отошли. Нескоро к новым партиям привыкнут. Улита едет, когда-то будет… — важно изрекла я с высоты своих двадцати двух прожитых лет.

В политике я неплохо разбиралась благодаря отцу-профессору. Будучи специалистом по конституционному праву, отец хорошо владел азами политической истории прошлого и настоящего. И щедро делился своими знаниями со мной, когда я вошла в разум. То есть поступила в университет. До этого мой родитель уделял мало внимания моему воспитанию. Хотя безропотно давал маме деньги на все мои бесчисленные хобби, кружки и спортивные занятия.

А Командор все не отходил от меня. Он стал расспрашивать, нравится ли мне работа журналиста, что именно привлекло меня в этой профессии. Ведь ее результаты нельзя пощупать руками… А в конце беседы достал из портфеля какую-то книжку по аграрному вопросу и подарил ее мне. Нечего и говорить, что еще до ухода я занесла книжку в дамский туалет и оставила там на подоконнике. Вдруг кому-нибудь пригодится.

Разумеется, ответила отказом на предложение Командора проводить меня домой. Дала понять, что отношения возможны только деловые. Вроде не обиделся.

Когда собралась уходить, дорогу заступил Одиссей.

— Можно ли справиться у милой девушки, о чем вы так долго беседовали с моим другом?

— Конечно, о вас, — отвечала я. — Я его допрашивала с пристрастием, сколько вам лет, какой институт вы закончили, есть ли у вас хобби, женаты ли вы, сколько у вас детей. Ну, и так далее. Вот только про размеры воротника рубашки и обуви спросить забыла. Может, подскажете?

— И то и другое — сорок первого размера, — не моргнув глазом, парировал мои дерзости Одиссей.

— Не мой формат, — заявила я.

— Это вы сейчас так думаете, — бросил мне вслед Одиссей.

1.3. Взрослая жизнь

Вскоре я съехала от родителей. Сняла себе хорошую квартиру в тихом центре со всем оснащением и переселилась туда.

Заработки на двух работах дали мне такую долгожданную возможность. К этому времени родители были в том возрасте, когда позднее возвращение дочери домой — уже не предмет беспокойства, а повод для раздражения. Мол, сама не спишь и другим нормально отдохнуть не даешь. Так что едва я поставила маму и папу в известность о своем решении отделиться, согласие последовало сразу. Формальности были соблюдены, и мы стали видеться только по воскресеньям. Да и то не всегда. Парламентская жизнь, как Молох, требовала жертв.

Истинный либерал, наш главный редактор предоставил мне право выбора: уйти из газеты, чтобы полностью сосредоточиться на работе пресс-секретаря депутатской фракции, или сохранить за собой колонку в газете, поспевая и там, и там. И еще была у него ко мне просьба закрытого характера. Главный озадачил меня предложением подбирать интересную фактуру для очередного проекта — первого в стране таблоида «САНыч». Запуск издания ожидался со дня на день. Мое новое место работы давало большие возможности для сбора пикантной информации.

По молодости лет я не увидела в редакционном задании ничего предосудительного и согласилась с новым поручением.

В результате мне пришлось расстаться с моим молодым человеком, почти женихом. То есть жениться на мне хотел он, а я все тянула с ответом, годами уклонялась от принятия окончательного решения. Было в наших отношениях все, что необходимо для венца: и симпатия, и гармония во всех смыслах… Даже музыкальные и литературные вкусы у нас совпадали.

Редкий случай: мои и его родители дружили с юности. И тогда же пообещали друг другу, что если у обеих семейных пар родятся разнополые и подходящие друг другу по возрасту дети, попробуют организовать из них семью. Наивно, правда?

Тем не менее, даже в моем кругу образовались две такие брачные пары по выбору родителей. Причем если в первом случае желания родителей и повзрослевших чад совпали, то во втором — нет.

Во втором случае родители невесты под конвоем завезли дочь на дачу друзей юности. Те доставили жениха туда же. Не скажу, что подперли дверь снаружи, но близко к тому. Оставили своих подросших детей в роскошном тереме на опушке леса без средств передвижения и связи. И уехали. До ближайшего транспорта было километров десять-двенадцать. Ну, молодые люди от нечего делать решили заняться чем-нибудь интересным. Не стихи же друг другу читать в ожидании попутной машины до города! Как-то вот так.

Потом, конечно, была свадьба. А через полгода громкий развод в номенклатурной среде. Молодая жена бросилась в объятия своей первой, «школьной» любви. Родительская дружба «до гроба» тоже дала трещину.

У нас с Виталием было по-другому. С детства мы, единственные дети у родителей, много времени проводили друг с другом. Он часто помогал мне делать уроки. Советовал, как без обид разбираться с мальчишками, дергавшими за косички. Когда я училась в десятом классе, стал приглашать на вечера в свой институт, в театры, филармонию. Постепенно я начала эмоционально нуждаться в моем «друге-брате». С радостью делилась с Виталиком самыми сокровенными переживаниями, жила в ожидании очередной встречи… И однажды осознала, что хотела бы видеть его отцом своих детей. Только не сейчас, а позднее. Позднее…

После окончания института Виталия распределили на работу в МИД. Тогда-то он сделал мне предложение в первый раз. И повторял его при каждом удобном случае. Умом я понимала: надо соглашаться, если я хочу быть с ним! Но что-то удерживало от окончательного решения.

И однажды я невольно подставила Виталия по работе. Пару раз он рассказал мне несколько нелицеприятных историй из жизни политической «элиты». Один раз какой-то простоватый депутат принял предложение турецкого бизнесмена отдохнуть на Кипре. В турецкой части, не признанной мировым сообществом. История получила определенную огласку за рубежом. Правда, ее последствия удалось локализовать. Депутата «изъяли из обращения». Направили каким-то мелким клерком в неключевое министерство. Вынудили положить мандат и принять назначение.

Другой случай был куда круче. Там в эпицентре скандала оказался председатель одной из парламентских комиссий. Человек выпивающий, он бывал буен и неуправляем во хмелю. И падок на молодых женщин. Однажды на выезде, будучи за границей, сей ценный кадр крепко принял «на грудь» на очень-очень закрытом приеме. Там этот раздолбай сначала совал всем министрам принимающей стороны свой мобильник с коллекцией порнографических фото. Предлагал посмотреть. А потом сумел как-то перехватить в коридоре красавицу-жену одного из высших должностных лиц той страны… И только своевременное появление там же обеспокоенных долгим отсутствием дамы подчиненных мужа спасло бедную женщину от успешного посягательства на ее честь. Я уж не говорю о том, что взятки этот человек брал «жареным и пареным», не брезговал ничем.

В первый же год работы в должности председателя взяточник прославился тем, что сначала купил в автомобильном салоне новенькую машину «Шкода Октавиа», а через неделю разбил ее в хлам. Как говорил его водитель, машина не подлежала восстановлению. Хорошо, хоть сам виновник аварии остался цел. В тот раз он ехал без водителя. Еще через неделю наш герой вновь приобрел в том же салоне точно такую же машину. И рассказывал всем, что это ему так хорошо отремонтировали ту, разбитую.

На депутатскую зарплату в нашей стране новые машины, как перчатки, менять не будешь. До депутатства фигурант этой истории тоже работал только в госструктурах, не в бизнесе. Неоткуда было взяться законным высоким доходам.

Что вы думаете, в конце концов этот человек получил очень высокую должность и уже на ней позорно попался на взятке. Правда, ворон ворону глаз не выклюет. Тогдашняя власть дала коррупционеру полгода до суда на то, чтобы переписать всю нажитую «непосильным трудом» собственность на родственников.

Только потом чиновника осудили. Конфисковали у него лишь ту самую бывшую в употреблении «Шкоду». Отсидел где-то четверть срока во вполне комфортных условиях. Затем вышел по амнистии. И даже был назначен каким-то мелким руководителем. Вопреки закону.

Но это — совсем другая история. А тогда Виталий под большим секретом поделился со мной авантюрными эпизодами из жизни депутатов. Об этих происшествиях поведал ему друг из аппарата премьер-министра. Мой многолетний жених возмущался, как можно людям терпеть такую власть, которая продвигает и спасает от справедливого наказания подобных уродов! На что я возразила, что люди не знают об этом и не узнают. Ведь подоплеку рассказать им некому.

Затем я сделала одну глупость. Запала мне безумная мысль, что я могу поделиться этими историями через газету «САНыч». Разве не о таких материалах просил меня главный редактор?

Конечно, статья вышла под чужой фамилией. И наделала много шума. Она легла в копилку народного гнева, повлекшего проигрыш главного из провластных претендентов на высший государственный пост в недалеком времени.

Виталий после публикации ввалился ко мне домой, в мою новую обитель, изрядно пьяный, чего прежде не случалось никогда. Сказал все, что обо мне думает, что я идиотка, предательница! Что дура ему в женах не нужна. В общем, много чего сказал. Что я подставила его друга и самого Виталия. Что их обязательно вычислят…

А когда он распалился и попытался поднять на меня руку, я его выгнала. Сначала увернулась, потом схватила стул и замахнулась им на распоясавшегося хулигана… А после полночи рыдала на койке под одеялом. Жить не хотелось. Поняла, что натворила.

Тогда же дала себе слово больше никогда и ни с кем не делиться чужой информацией. Свято хранить доверенное мне. В крайнем случае, поискать какой-нибудь заброшенный колодец и проорать туда тайные сведения. Как брадобрей Мидаса.

С Виталием мы, конечно, объяснились. Попросили прощения друг у друга. Но быть вместе после того ужасного вечера мы больше не могли. Понятно, что родители наши весьма огорчились. Они долго пытались вновь свести нас, не зная причин взаимного охлаждения.

Через год Виталий получил назначение в посольство одной из европейских стран и женился на бывшей однокурснице.

Так закончился мой первый любовный опыт. Добро пожаловать во взрослую жизнь.

(Продолжение следует.)

Ольга Абрамова

Первая книга Ольги Абрамовой «Обожженная холодом» уже в продаже в «Академкниге» (ст. метро «Академия наук», Минск, пр. Независимости, 72)

Читайте также:

МАДАМ ПРЕЗИДЕНТ—1

Справедливость и/или закон?

Стена

Хроника пикирующего ЖКХ

Восстание экспертов

Работа над ошибками

Loading...

Добавить комментарий