Курсы валют

Доллар США
2.5658
Евро
Российский рубль

Погода

15..17 °C

Диагноз

Дефектная государственность

Karbalevich

Четверть века назад, 25 августа 1991 года Верховный Совет БССР придал Декларации о государственном суверенитете статус конституционного закона. Именно с того момента де-юре Беларусь стала независимой, что дает полное основание считать эту дату днем рождения белорусской государственности. 

Однако на официальном уровне этот юбилей прошел почти незамеченным, ибо День Независимости у нас отмечается 3 июля.

В любом случае четверть столетия — важная дата и хороший повод оглянуться, подвести какие-то итоги, осуществить рефлексию, провести ревизию того, что же получилось из нашей независимости.

В мировой истории есть тьма примеров, как государства не выдерживали испытание временем, распадались, исчезали, оставив после себя лишь едва заметные следы. Этот процесс мы можем наблюдать даже теперь. В политологии существует такое понятие, как «failed states» (несостоявшиеся государства). Так говорят о неуправляемых странах, в которых распадаются государственные институты, правительство не контролирует некоторую часть своей территории. Такие государства являются недостаточно легитимными в глазах международного сообщества.

С этой точки зрения в Беларуси все в порядке. В стране созданы государственные институты, которые функционируют довольно эффективно, «вертикаль» власти работает почти как часы. Если не брать сферу экономики, то приказы с вершины административной пирамиды выполняются безукоризненно. Госаппарат, силовые структуры — вышколенные и дееспособные. В этом принципиальное отличие Беларуси от Украины, где в критический момент государственные институты просто развалились.

В то же время независимость Беларуси получилась с серьезными дефектами, которые делают ее в значительной степени аномальной. Обратим внимание только на три фактора, которые угрожают суверенитету государства.

Прежде всего, за 25 лет Беларусь не сумела создать прочную экономическую основу своей государственности. Было успешно проедено советское наследие, но ничего нового практически не создано. Белорусская экономика фактически не дает прибавочной стоимости, без внешних кредитов не может содержать собственное население. Власти залезают в долги, берут все новые займы, создавая кредитную пирамиду. Вместо перехода от индустриальной к постиндустриальной экономике в стране начинается процесс медленного умирания промышленности, деиндустриализации, выпадения в архаику, в ловушку бедности.

Причиной этой деградации является белорусская социальная модель, которая парализовала творческие, животворные силы нации. В условиях, когда каждый шаг субъектов хозяйствования контролируется правоохранительными органами, никакая экономика развиваться не может. Страна, где главной фигурой социально-экономического процесса является не бизнесмен, менеджер, а контролер, силовик, обречена на застой, не способна конкурировать с другими государствами. Гендиректор Парка высоких технологий Валерий Цепкало в интервью «Советской Белоруссии» (25.08) заметил, что если бы основатели компании Apple Стив Джобс и Стив Возняк работали в Беларуси, то давно оказались бы в тюрьме, а их имущество конфисковали бы. В итоге белорусская экономика переходит в режим мутации, медленного гниения, которое постепенно отравляет весь общественный организм, все социальные сферы. Страна на долгие годы превращается в депрессивный регион, из которого убегают самые талантливые люди.

Второй дефект белорусской государственности состоит в том, что белорусский народ не является хозяином своей судьбы. Общество не выбирает, не сменяет, не контролирует власть. Белорусы отдали решение своей судьбы одному человеку. В стране нет граждан, а есть только подданные. В этом смысле Беларусь напоминает какое-то удельное княжество из эпохи феодализма и средневековья. Глава государства, обладая неограниченной властью, часто использует ее для реализации не общенациональных, а своих узкокорыстных интересов. Можно вспомнить, как в 1990-е годы А. Лукашенко хотел обменять независимость страны на кремлевский посад. Социум, в котором население не является политическим субъектом, не может считаться полноценной нацией.

Третий момент. Возможно, эти перечисленные выше дефекты и не представляли бы большой опасности для белорусской государственности, если бы был в наличии такой фактор, как высокая степень национального сознания, сформированная этническая идентичность. История знает примеры, когда консолидация народа на основе этнокультурного национализма помогала успешно преодолевать самые разные кризисы, даже те, которые потрясали основы социума. И обратный пример. События в Украине показывают, что когда нация не консолидирована, то в момент кризиса страна, ее территория может оказаться легкой добычей коварного соседа.

Так вот, как раз процесс нациотворения в Беларуси выглядит немного странным, нестандартным, не похожим на то, что происходило в других государствах. Отличие нашей страны состоит в том, что власти пытаются сформировать нацию, белорусскую идентичность, отвергая этнокультурные ценности.

В других странах исторические мифы, лежащие в основе национального сознания, должны доказывать, что это государство имеет глубокие корни. Чем глубже, тем лучше. Историческим фундаментом для белорусской государственности должно было стать Великое княжество Литовское. Но А. Лукашенко фактически отверг всю белорусскую историю, а началом формирования нации объявил Великую Отечественную войну.

Мировая практика нациотворения предполагает дистанцирование от метрополии, предусматривает, что в основе формирования нации должен лежать жесткий идейный разрыв с имперским (в нашем случае — с российским и советским) наследием, этнокультурный национализм, то есть обращение к белорусскому языку, национальным символам, истории. Власти же формируют русскоязычную нацию с чуть модифицированными советскими флагом, гербом, гимном, другими атрибутами советского прошлого. В то же время собственно белорусская культура насильно загоняется в гетто. Формирование нации происходит под аккомпанемент риторики о строительстве Союзного государства с бывшей метрополией — Россией. А. Лукашенко периодически повторяет, что белорусы — такие же русские.

Создается нация потребителей без национальных корней. Из-за отсутствия других инструментов и механизмов, скрепляющих такой социум в единый организм, системообразующим элементом его является государство. Неудивительно, что институт вождя стал необходимым атрибутом такой нации. Иной вопрос, насколько эта конструкция, построенная на столь шатком, неглубоком фундаменте, способна выдержать серьезный кризис.

Перечисленные выше дефекты, соединенные вместе, создают опасный коктейль. Поэтому эксперимент по созданию белорусской государственности не закончен. Он продолжается, и мы в нем участвуем независимо от нашего желания.

Валерий Карбалевич

Читайте также в рубрике «Диагноз»:

Парадокс истории

Политический бизнес

Трудности перевода

Воспоминание о будущем

Добавить комментарий