Курсы валют

Доллар США
2.5658
Евро
Российский рубль

Погода

15..17 °C

Диагноз

Сюрреалистическая трагедия

Karbalevich

Вожди дороже нам вдвойне,
Когда они уже в стене.
Игорь Губерман

Трагическая история о последних днях жизни и смерти президента Узбекистана Ислама Каримова стала каким-то надругательством над здравым смыслом. 

В репертуаре Аллы Пугачевой есть грустная песня «Все могут короли», в которой утверждается, что жениться по любви не может ни один король. Вот и нормально умереть не может ни один диктатор.

Хотя официально было объявлено, что бессменный президент Узбекистана Ислам Каримов, правивший страной 25 лет, умер вечером 2 сентября, большинство независимых наблюдателей уверены, что это произошло значительно раньше. Агентство «Фергана» сообщило о его кончине еще 29 августа. Вполне возможно, что соратники И. Каримова, скрывая информацию о смерти властителя, во-первых, делили власть, во-вторых, опасались, чтобы это известие не вызвало дестабилизацию в стране.

И за это время, когда Ислам Каримов то ли был уже мертв, то ли находился в коме, он успел поздравить свой народ с Днем Независимости 1 сентября. Как мрачно шутили во времена позднего СССР, очередной генсек, не приходя в сознание, поздравил советский народ с Новым годом. На этом трагикомические курьезы не закончились. Лидеры других государств отправляли на имя президента Узбекистана свои поздравления с праздником, Владимир Путин, например, в своем приветствии, пожелал Исламу Каримову крепкого здоровья. Во всем этом есть некий сюрреализм, фантасмагория.

Нечто подобное происходит со всеми диктаторами. Они лишены права на достойный уход, ибо сама их смерть становится фактором политической борьбы. И. Сталин потерял сознание 1 марта, а официально сообщили о его болезни только 4 марта 1953 года. Похожая свистопляска происходила в Венесуэле во время смерти Уго Чавеса. Там, напомню, находящегося в коме лидера объявили победителем на президентских выборах.

Видимо, у диктаторов не может быть и нормальных человеческих отношений, что распространяется и на их семейную жизнь. Ни на что не намекаю, просто обращаю внимание на интересный факт: на похоронах И. Каримова не присутствовала находящаяся под домашним арестом его старшая дочь Гульнара и ее дети (внуки покойного президента). Выясняется, что две дочери узбекского лидера последние 10 лет друг с другом не общались, ибо соперничали за власть и влияние.

Но в случае с И. Каримовым будет справедливо утверждение, что ужас их смерти бледнеет перед ужасом их жизни. В 2005 году он приказал расстрелять манифестацию в узбекском городе Андижан, в ходе которой, по информации независимых СМИ, погибло около 1 тыс. человек. В тюрьмах Узбекистана сидят тысячи политзаключенных.

Смерть диктатора очень часто порождает политическую дестабилизацию в стране. Что есть логичный результат той самой печально знаменитой стабильности. Именно в такие моменты выясняется, что персонифицированные авторитарные режимы, режимы личной власти — самые нестабильные. Ведь в государствах подобного типа нет механизма передачи власти даже внутри правящей команды. Проблема еще и в том, что диктаторы при жизни редко назначают преемников, ибо опасаются, чтобы те не ускорили их уход из власти или даже из жизни. Поэтому смерть властителя неизбежно порождает вакуум власти. И переход полномочий к новому руководству нередко превращается в политический кризис, который часто решается силовым путем. Например, после смерти Сталина Никита Хрущев расчистил себе путь к власти через арест и расстрел сильного соперника — Лаврентия Берии.

Но вернемся к похоронам И. Каримова. Удивил невысокий уровень зарубежного представительства на траурных мероприятиях. Все-таки речь шла об одном из патриархов мировой политики. На похороны прибыли делегации из семнадцати стран, причем на высшем уровне были представлены только четыре государства: Афганистан, Таджикистан, Туркменистан и Грузия. Президенты России, Казахстана, Турции уехали в Пекин на саммит G20. Для сравнения: в 2013 году проститься с Уго Чавесом приехали лидеры 33 государств. Белорусскую делегацию на похоронах И. Каримова возглавлял премьер-министр Андрей Кобяков.

Если говорить о белорусско-узбекских отношениях, то они находятся на невысоком уровне. У президентов Беларуси и Узбекистана отношения явно не сложились, они плохо друг друга переносили, регулярно обменивались уколами. В 1997 году А. Лукашенко рассказывал журналистам телепередачи и газеты «Совершенно секретно» (№ 9) об одном эпизоде, происшедшем годом ранее на приеме в Москве после очередного саммита. Президент Беларуси произнес тост в честь Б. Ельцина. И вот что произошло потом: «Поднимается Каримов. Р-раз, меня зацепил — что я, мол, коммунистов в России не ругаю. Поднимается Назарбаев. Тоже меня подцепил, опять за коммунистов. Я не стерпел: да хватит вам, говорю, что вы, Политбюро собралось тут! Что вы на меня навалились?!»

В том же 1996 году И. Каримов, раздраженный стремлением белорусского лидера быть главным интегратором на постсоветском пространстве, просто отчитал молодого коллегу: «Когда слушаешь президента Беларуси Александра Лукашенко, создается впечатление, что если республики бывшего СССР немедленно не займутся интеграцией и не объединятся вокруг России, то все они пропадут — у них нет никаких перспектив, никаких шансов на выживание, всех их ждет кризис. Объяснить чрезмерную активность некоторых политиков, сторонников немедленной интеграции, можно, во-первых, стремлением постоянно быть на виду, показать себя радетелем интересов не только своего народа, но и других, когда-то бывших в составе СССР республик. Во-вторых, это объясняется желанием отвлечь внимание своих сограждан и общественности от важнейших внутренних проблем». (БДГ, 1996, 1 апреля)

Но и А. Лукашенко не оставался в долгу. В октябре 2007 года, выступая перед российскими журналистами, он не слишком деликатно прошелся по узбекскому лидеру: «Помните несчастье, которое обрушилось на Узбекистан? Он тесно сотрудничал с Соединенными Штатами Америки. Как повели себя американцы по отношению к Узбекистану? Они готовы были, как с Афганистаном, начать войну. Куда пришел Каримов? В СНГ, к России. Обратился в СНГ: помогите, защитите. И в ЕврАзЭС, и в ОДКБ вступил сразу же. Понял, где его счастье». (Советская Белоруссия, 2007, 16 октября).

В октябре 2011 г. А. Лукашенко заявил, что «тройная игра, которую сегодня ведет Узбекистан, не позволяет ему находиться в ОДКБ». А в прошлом году накануне Дня Победы на саммите СНГ в Москве президенты Беларуси и Узбекистана публично поспорили, кто из народов внес больший вклад в победу над Германией.

Поэтому неудивительно, что Узбекистан — единственное постсоветское государство, которое не имеет в Минске своего посольства. А. Лукашенко осуществил только один визит в эту страну в декабре 1994 года. И. Каримов приезжал в Минск только на саммиты интеграционных объединений. Понятно, почему и на похороны белорусский лидер не поехал. Может быть, теперь в отношениях между двумя странами что-то поменяется.

Валерий Карбалевич

Читайте также в рубрике «Диагноз»:

Дефектная государственность

Парадокс истории

Политический бизнес

Трудности перевода

Добавить комментарий