Курсы валют

Доллар США
1.9968
Евро
Российский рубль

Погода

-1..1 °C

Диагноз

Фальшивое наследие

Karbalevich

Врожденный порок капитализма — неравное распределение благ; врожденное достоинство социализма — равное распределение нищеты.
Уинстон Черчилль

Мир отмечает 100-летие Октябрьской революции. На постсоветском пространстве все дискуссии об историческом значении этого события закончились давно, еще в начале 1990-х годов. 

70-летний коммунистический эксперимент, в который было вовлечено около 40% населения земного шара (с учетом Китая), дал отрицательный результат. Тот путь, на который ступила Россия в 1917 году, завел нас в исторический тупик. И в 1991 году бывшие республики СССР фактически вернулись на ту дорогу, по которой шло все человечество.

И только у нас эти дискуссии до сих пор не закончились. Беларусь — единственная страна в мире, где 7 ноября официально отмечается праздник Октябрьской революции. На днях в Институте истории Национальной академии наук прошла международная научная конференция с весьма знаменательным названием: «Великий Октябрь в исторических судьбах белорусской государственности». Та же советская терминология, ничего не поменялось.

Интересно то, что в официальном белорусском идеологическом конструкте сама идея революции оценивается крайне негативно. Сам А. Лукашенко, государственные СМИ осуждают революции повсюду. Они доказывают, что государственная власть, какая бы она ни была, — вещь сакральная. А революции, майданы — это насилие, хаос.

А вот к Октябрьской революции, которая по своим социальным последствиям была самой радикальной в мировой истории, отношение у наших властей абсолютно позитивное. Белорусский режим — самый просоветский на пространстве бывшего СССР. Здесь сохранились советские названия улиц, станций метро, памятники, фактически возвращены государственные символы эпохи БССР.

Почему Беларусь сохраняется как советский заповедник? Здесь есть как объективные, так и субъективные причины.

Дело в том, что к моменту распада СССР и советского строя белорусское общество, в отличие от других коммунистических стран и регионов СССР, не созрело для реформ. Социализм здесь по разным причинам не исчерпал свой ресурс. БССР оказалась «антиперестроечной Вандеей». Как большинство населения, так и правящая элита не хотели краха коммунистического строя, ликвидации СССР, всячески сопротивлялись переменам.

Эту ситуацию очень эффективно использовал Александр Лукашенко. Во время президентских выборов 1994 года он пообещал белорусам вернуть их обратно, в СССР и получил поддержку большинства. Поэтому формирование авторитарного режима в Беларуси происходило на идеологической основе красного реванша, идеи восстановления СССР. Советское наследие стало и пропагандистским обоснованием, и примером для формирования диктаторского режима. Вполне логично, что президент восстановил наиболее существенные элементы советской системы, прежде всего патерналистское государство.

Сейчас, в связи со 100-летием Октябрьской революции, на разных площадках происходят дискуссии и круглые столы на эту тему, в государственных СМИ часто повторяется, почти лейтмотивом звучит мысль: благодаря Октябрю возникла белорусская государственность.

Действительно, с этим фактом трудно спорить. Существование БССР в составе СССР способствовало формированию белорусского этноса, национальной идентификации. Именно поэтому Беларусь и стала независимым государством, хотя в 1991 году, когда распался СССР, этого не хотело ни большинство белорусского общества, ни правящая элита.

Но, зафиксировав этот факт, следует обратить внимание на ряд обстоятельств. Хотя тезис о праве наций на самоопределение вошел в программные документы большевистской партии, он для большевиков был не вопросом принципа, а вопросом тактики, средством завоевания власти. А потом была фактически возрождена империя на новом коммунистическом фундаменте,  существование союзных республик стало имитацией национальной государственности. Ведь какое может быть право наций на самоопределение в тоталитарном государстве?

Поэтому и вопрос о независимой Беларуси был для большевиков проблемой политической целесообразности. Белорусская независимость для них не являлась ценностью. Им нужна была геополитическая комбинация для решения взаимоотношений с Польшей. И если бы международная ситуация сложилась немного иначе, то БССР могло и не быть. Поэтому в ее появлении есть элемент случайности.

И когда ситуация менялась, большевики, руководствуясь своим пониманием классовых интересов, легко «сдавали» Беларусь. Подписав Брестский мир с Германией в 1918 году, большевистское руководство, чтобы удержаться у власти, фактически отдала под протекторат Берлина территории Балтии, Беларуси, Украины. В 1921 году Россия и Польша по Рижскому миру разделили территорию Беларуси фактически без участия самих белорусов. На какое-то время существование БССР вообще подвисло. Потом было укрупнение БССР, присоединение Западной Беларуси, а также передача Виленского края Литве и Белостокской области — Польше. То есть во всех этих случаях Москва руководствовалась своей имперской целесообразностью, мало обращая внимания на интересы белорусов.

Иначе говоря, существование БССР, из которой выросла независимая Беларусь, было побочным результатом, непреднамеренным последствием в целом имперской политики коммунистического руководства СССР.

Еще одной идеологемой, распространяемой на официальном уровне, стал тезис о том, что Октябрьская революция положила начало концепту социального государства. И, дескать, сегодня Беларусь продолжает эту традицию, социально ориентированная политика в нашей стране — это наследие Октября.

На самом деле модель социального государства начала формироваться в Западной Европе еще на рубеже ХIХ-ХХ веков, там принимались законы, защищающие права наемных работников. Также можно спорить, насколько социальным было советское государство при Сталине. По многим показателям, например, по уровню потребления продовольствия, СССР только к 1950-м годам достиг показателей 1913 года.

Далее, сегодня степень социальной защиты в странах ЕС на порядок выше, чем в Беларуси. И там никто не апеллирует к идеалам Октября.

Причем в последние годы в Беларуси элементы социального государства последовательно демонтируются. Постоянно повышаются коммунальные тарифы, цены на проезд в общественном транспорте. Вырос пенсионный возраст. Образование становится все более платным, причем не только высшее, но и среднее (за счет поборов с родителей). Все больше людей теряют работу, а пособие по безработице — одно из самых низких в мире, плюс к этому всех безработных объявили тунеядцами и требуют от них выплатить государству соответствующий сбор. Еще можно вспомнить антисоциальную контрактную систему. Но пропагандистский миф о социальном государстве продолжает жить своей самостоятельной жизнью.

Если же возвращаться к ностальгии по СССР, то в массовом сознании она исчезает. Апелляция к советскому наследию уже не дает А. Лукашенко политических дивидендов. Советские символы сохраняются скорее по инерции.

Но игра с советскими смыслами не такая безобидная. Ведь она сильно тормозит формирование белорусской идентичности. Белорусскость все еще растворяется в советскости, не может оттуда вычлениться, отделиться. Призрак коммунизма все еще бродит по Беларуси.

Валерий Карбалевич

Читайте также в рубрике «Диагноз»:

Политическое родство

Отклад не в лад

Дедовщина как школа жизни

Крах венесуэльского проекта

Loading...

Добавить комментарий