Курсы валют

Доллар США
1.9933
Евро
Российский рубль

Погода

-2..-4 °C

Диагноз

IT-гибрид

Karbalevich

Можно обещать бесплатные завтраки, но, как показывает история, они превращаются в тюремную похлебку.
Хосе Пинера

На фоне бесконечных селекторных совещаний по уборке урожая и «Дожинок» разговоры об IТ-экономике, новейших технологиях из уст президента выглядят несколько экзотически. Тем не менее поставлены амбициозные задачи. Насколько они реальны?

Минувшая неделя прошла под знаком звучных деклараций на самом высоком уровне об инновационной экономике. 11 декабря на совещании у президента обсуждался проект декрета «О развитии цифровой экономики». 12—13 декабря прошел II Съезд ученых Беларуси, на котором с большой речью выступил А. Лукашенко.

Что касается съезда ученых, то здесь не было ничего интересного или необычного. Ситуация в белорусской науке примерно такая же, как и во всей экономике. Снижается доля расходов в госбюджете на научную сферу. В 2007 году на науку выделялось 0,96% ВВП, а в 2015—2016 годах эта цифра составляла лишь 0,5%. О чем можно говорить, если зарплата профессора недотягивает до средней зарплаты по Минску.

Наукоемкость ВВП составляет 0,5%. Концепция национальной безопасности определяет порог этого показателя на уровне 1%. То есть все, что ниже, является угрозой национальной безопасности. В развитых странах этот показатель составляет 2,5—3% от ВВП. Доля действительно инновационной, новой для мирового рынка белорусской продукции незначительная — до 2%.

По-другому и быть не могло. Ибо старая, оставшаяся от советского прошлого форма организации научной деятельности сохранилась в пределах такой же старой социально-экономической модели. Например, Национальная академия наук в ее нынешнем виде — это рудимент другой эпохи. Отсюда и все болезни, которые в значительной степени являются наследием еще советской науки: бюрократизация, приписки и др.

Например, такая неразрешимая для СССР, но вовсе отсутствующая в странах Запада проблема, как внедрение разработок ученых в производство, полностью перекочевала в сегодняшнюю Беларусь. Сколько уже было совещаний, грозных указаний на эту тему, и все безрезультатно. Дело в том, что научные учреждения существуют в не совсем рыночной, в неконкурентной среде. Ибо нынешняя белорусская хозяйственная система, как и советская, невосприимчива к научному прогрессу, инновациям. В такой системе оценку научного продукта дает не рынок, а бюрократ.

Большое оживление в среде политизированной публики вызвал проект декрета «О развитии цифровой экономики», предполагающий льготы и либеральные нормы для развития этой сферы. А. Лукашенко пообещал, что в Беларуси по информационным технологиям будет взрыв, что «наша страна имеет все шансы стать как минимум региональным лидером в развитии самых передовых направлений — искусственного интеллекта, больших данных, технологии блокчейн». Появились разговоры о возможности «авторитарной модернизации» Беларуси, о ее превращении то ли в новый Гонконг, то ли Сингапур.

Здесь сразу же мы упираемся в проблему системного характера. Возможно ли развитие науки, ІТ в несвободной стране? Исторический опыт показывает, что на определенном этапе, в определенных условиях, в определенных отраслях — да. Это подтверждает и пример СССР, который сумел создать ядерную бомбу, мощную оборонную промышленность, запустить космические программы. Последний случай — КНДР, самая тоталитарная страна в мире, которая создала и собственные ракеты, и ядерную бомбу. Но ведь не случайно СССР проиграл экономическое соревнование Западу, ибо не смог вписаться в научно-технологическую революцию.

Директор Парка высоких технологий (ПВТ) Всеволод Янчевский отметил, что в современном мире страны все чаще конкурируют не территориями, производствами или сырьем и даже не технологиями, а качеством правовых систем: «И люди, и технологии, и капиталы устремляются туда, где им комфортнее с правовой точки зрения». Он отметил, что декретом будет разрешено использовать при совершении сделок в IT-сфере отдельные элементы английского права.

Но одна из важных проблем ведения бизнеса в Беларуси состоит в том, что нет единых норм для функционирования всей экономики. Для разных регионов, секторов и даже отдельных фирм существуют свои эксклюзивные правила. Есть ПВТ, индустриальный парк «Великий камень», свободные экономические зоны, и в каждом случае мы имеем различный правовой режим. А есть же еще льготы для ведущих госпредприятий, для сельхозорганизаций и пр.

Возвращаясь к этому проекту декрета, важно констатировать, что власть готова на создание либеральных условий только в одном секторе экономики, точнее даже, в одном месте — ПВТ. И здесь нужно обратить внимание на самый главный сюжет в выступлении А. Лукашенко на совещании 11 декабря. Он вдруг заговорил о «стабильности и порядке». Казалось бы, причем тут IТ и порядок? Но у кого что болит. «Государство нуждается в силе. Поэтому ее нужно поддерживать», — убеждал он присутствующих представителей IТ-отрасли. Квинтэссенцией его понимания цифровой экономики является следующая фраза: «Ну а если вы создадите здесь такую прекрасную гавань, куда все приедут и будут сами на себя работать и зарабатывать, не думая о других... Честно говоря, не нужна мне такая гавань». Перевожу на понятный язык. Если вы будете зарабатывать, богатеть, быть состоятельными помимо государства, и быть независимыми от государства, то лучше не надо нам такая цифровая экономика.

И вот какие параллели возникают. В сталинском СССР существовал такой экзотический институт, как «шарашки». Это такие научно-исследовательские структуры в ГУЛАГЕ, в которых работали заключенные ученые, инженеры и техники, получавшие льготные условия жизни, питания и пр. Через «шарашки» прошли такие выдающиеся конструкторы, как Сергей Королев, Андрей Туполев.

Не покидает ощущение, что ПВТ — это такая условная «шарашка», с поправкой на эпоху. И тут как раз кстати вспомнить дело Виктора Прокопени. Руководитель компании VP Capital, самый крупный налогоплательщик Беларуси 2016 года, он был арестован в 2015 году, провел в следственном изоляторе более десяти месяцев и был освобожден из заключения после выплаты определенной суммы, которую потребовало следствие. И вот теперь Виктор Прокопеня регулярно выступает на БТ, хвалит политику властей, А. Лукашенко посетил офис его компании в марте этого года, во время визита в ПВТ, 11 декабря пригласил на совещание. Самый известный IТ-бизнесмен в восторге от проекта нового президентского декрета. Такой своеобразный стокгольмский синдром.

Говоря о разрешении применять в ИТ-бизнесе элементы английского права, не стоит забывать, что трактовать его будет самый независимый в мире белорусский суд. В стране отсутствуют гарантии собственности, неприкосновенности личности, нет правового государства, независимого суда. Если в любой момент к тебе могут прийти, отнять бизнес, арестовать и посадить, то все остальное теряет значение.

Кроме того, для создания IT-страны нужна кардинальная реформа системы образования, других сфер. И, наверное, лучшей иллюстрацией к теме построения цифровой экономики стало блокирование сайта «Белорусский партизан». IT-экономика в условиях политической цензуры — это такой экзотический гибрид, которого не видел мир.

Валерий Карбалевич

Читайте также в рубрике «Диагноз»:

Ударим либерализацией по бизнесу

Черные души

Буда-Кошелёво вместо Брюсселя

Отдых в эмиратах

Loading...

Добавить комментарий