Курсы валют

Доллар США
2.1262
Евро
Российский рубль

Погода

-7..-9 °C

Диагноз

Конфликт в керченском проливе как casus belli

Karbalevich

Дави его справа! Дави справа! Зажимай его! Давай, дави! Ломай его! Ох! Хорошо как!
Команда капитана российского корабля береговой охраны в Керченском проливе 25.11.2018 г.

Те, кто думал, что с присоединением Крыма к России в 2014 году крымская история закончилась, глубоко ошибались. Все только начинается.

Главная причина военного столкновения в Керченском проливе проистекает от того, что Россия и Украина по разному оценивают государственную принадлежность полуострова. Крым — это мина замедленного действия, могущая взорваться в любой момент.

25 ноября российские военные корабли обстреляли, протаранили и захватили три украинских военных судна, взяли в плен 24 украинских моряка, трое из которых были ранены. Впервые за пять лет российско-украинского конфликта РФ открыто применила военную силу против Украины. Крым был захвачен мирно, боевых действий там не было. Что касается войны в Донбассе, то согласно официальной версии России, «нас там нет». А теперь российские военные демонстративно открыли огонь на поражение по украинцам.

Даже если исходить из того, что Крым является российской территорией (абсолютное большинство стран мира это не признает), то все равно РФ, согласно международному праву, обязана соблюдать принцип свободы судоходства. Украинские суда шли из Одессы (украинский порт) в Мариуполь (украинский порт). Никак иначе, кроме как через Керченский пролив, туда добраться невозможно.

22 сентября 2018 года два военных корабля Украины без особых проблем прошли тем же маршрутом через Керченский пролив. А уже 25 ноября Россия объявила, что украинские суда нарушили границу, и атаковала их.

Понятное дело, трактовка событий у российской и украинской сторон разная. По утверждению Москвы, уведомление или заявка на проход украинских кораблей через Керченский пролив не подавалась, в график прохода судов они не были включены, на запросы не отвечали и не реагировали на требования остановиться. По заявлениям Киева, информация о проходе кораблей была направлена. По сути и российская сторона это не отрицает, но считает, что она была сделана не в том виде, как требуется.

Но даже если принять за истину российскую версию, то непонятно, зачем было применять военную силу. Проход под керченским мостом был заблокирован большим кораблем, у России были все возможности просто не пропустить, вытеснить украинские суда, что она практически и сделала. По существу огонь на поражение россияне открыли уже по уходящим кораблям Украины. Причем, те в ответ не стреляли.

Реагируя на эту ситуацию, президент Украины Петр Порошенко объявил о приведении армии в полную боевую готовность. В приграничных украинских регионах введено военное положение на 30 дней. Введен запрет въезда в Украину российских мужчин в возрасте от 16 да 60 лет.

Вопрос о проходе украинских кораблей из Черного моря в Азовское море через Керченский пролив может породить большой международный кризис, стать casus belli (поводом для войны).

Евросоюз, США, страны «Большой семерки» осудили нападение российских военных на украинские корабли в Черном море, возложили ответственность исключительно на Россию, потребовали освободить захваченные корабли и военных. Американский президент Дональд Трамп отказался от запланированной встречи с Владимиром Путиным на саммите G20 в Буэнос-Айресе. США заявили, что новая встреча может состояться только после освобождения захваченных украинских кораблей и военных.

Иначе говоря, отрицательные международные последствия для России уже наступили. Но, как известно, если репутация потеряна, дальше можно жить, ничего не опасаясь.

Официальный Минск целых четыре дня после инцидента в Керченском проливе хранил молчание. Телеканалы БТ в основном транслировали российскую точку зрения на конфликт. На этом фоне, кажется, вероятность появления в кабельных сетях Беларуси украинского телеканала очевидно уменьшилась.

Лишь 29 ноября министр иностранных дел Беларуси Владимир Макей прокомментировал кризис в отношениях России и Украины. Была подтверждена прежняя позиция Минска о нейтралитете, прозвучал привычный призыв к мирному разрешению конфликта.

Новое обострение в российско-украинских отношениях может иметь для Беларуси политические последствия. Официальный Минск очень сильно вложился в урегулирование кризиса вокруг Украины, получив большие дивиденды. Это помогло разморозить отношения с Западом, отодвинуло в сторону проблему демократии и прав человека. Более того, белорусская дипломатия смогла слепить из этого статуса новый образ страны. Беларусь стала позиционировать себя как государство-миротворец, донор безопасности, «Минск — Хельсинки-2».

Однако этот образ немного портило то, что Минские соглашения так и не стали реальным механизмом урегулирования украинского кризиса. А. Лукашенко, выступая на заседании в Минске Основной группы Мюнхенской конференции по безопасности, отметил, что не выполнен ни один пункт этих соглашений. Но до сих пор главным аргументом в их пользу было то, что они прекратили горячую войну на Донбассе, и в этом их значение.

Но в последнее время события вокруг Украины стали развиваться по негативному сценарию. Сначала в марионеточных ДНР и ЛНР были проведены выборы, что явно и грубо нарушает Минские соглашения. И вот теперь военное столкновение кораблей в Керченском проливе, введение военного положения в ряде регионов Украины. То есть конфликт снова может перейти в горячую фазу. Что значительно снижает роль Минских соглашений и, значит, миротворческую роль Беларуси.

И это происходит на фоне, когда у официального Минска взыграли сильные амбиции, желание повысить свой статус в урегулировании украинского кризиса. А. Лукашенко во время Форума регионов Беларуси и Украины в Гомеле и на заседании упомянутой выше Мюнхенской конференции предложил Беларусь на роль посредника, выдвинул план достижения мира на Донбассе, даже выразил готовность отправить туда белорусских миротворцев. Но последние события в Керченском проливе девальвируют эти и без того мало реалистичные инициативы.

На саммите «Большой двадцатки» в Буэнос-Айресе 1 декабря Ангела Меркель и Владимир Путин договорились о том, чтобы начать «дискуссии четверки» (Франция, Германия, Россия и Украина) и попытаться урегулировать российско-украинский «кризис в Керченском проливе». Снова саммит в Минске? Как один из вариантов, который нельзя исключать.

Но, с другой стороны, реальный военный конфликт между Россией и Украиной может сильно помочь А. Лукашенко укрепить свой режим. В таком случае возможно повторение ситуации 2014—2016 годов, когда глава Беларуси воспользовался тем шоком, который вызвала в белорусском обществе война на Донбассе, чтобы перепрограммировать массовое сознание, перенести акцент с социально-экономических вопросов на тему безопасности. Дескать, не важно, что низкие зарплаты и пенсии, зато у нас нет войны, я вам гарантирую мир в обмен на лояльность. Если дела на юге пойдут по военному сценарию, то это будет хорошим подарком А. Лукашенко как раз накануне двух избирательных кампаний.

Валерий Карбалевич

Читайте также в рубрике «Диагноз»:

Прораб замороженной стройки

Этот дивный союз

Колебания маятника

Мюнхенский говар

Loading...

Добавить комментарий