Курсы валют

Доллар США
2.0953
Евро
Российский рубль

Погода

14..16 °C

Диагноз

Козыри из рукава

Karbalevich

Наконец, через две недели после визитов в Москву, А. Лукашенко прервал молчание и хоть как-то прокомментировал итоги своих переговоров с В. Путиным. 10 января президент Беларуси собрал высшее руководство государства на совещание «О социально-экономическом развитии страны в 2019 году и подходах к дальнейшему развитию интеграционных направлений». Это мероприятие имело несколько функций. Прежде всего, чтобы определиться, как жить дальше без российского нефтяного гранта.

Кроме того, нужно было успокоить высших чиновников, свое окружение (а также, отчасти, и общество), убедить их в своей способности решать проблемы с Москвой. «Чтобы не было никаких недомолвок и, главное, чтобы у вас не оставалось каких-то сомнений по поводу решения чувствительных вопросов для нашей страны», — прокомментировал А. Лукашенко смысл совещания, рассказывая об итогах своих переговоров с В. Путиным.

Еще один адресат тех сигналов, которые посылал глава Беларуси на этом совещании, — это Кремль. Эти сигналы звучали угрожающе: «Если изберет руководство России такой путь движения и потерю единственного союзника на западном направлении, это их выбор». Также А. Лукашенко потребовал от правительства, чтобы все потери от налогового маневра были «компенсированы по тем или иным направлениям сотрудничества с Российской Федерацией». То есть за счет России.

Если из выступления А. Лукашенко попытаться вычленить конкретные результаты его переговоров с В. Путиным, то они выглядят довольно противоречивыми. Как часто с ним бывает, президент Беларуси в одном выступлении выдвигал противоположные, взаимоисключающие тезисы.

С одной стороны, он утверждает, будто от президента России никакого отказа от компенсации налогового маневра не было, тот «предложил и в новом году продолжить переговоры по этому вопросу и выработать приемлемое решение».

А с другой стороны, А. Лукашенко призвал «не гиперболизировать проблемы, связанные с потерями белорусского бюджета из-за налогового маневра в России, а искать другие надежные источники, которые компенсируют эти негативные моменты». В частности, он поручил правительству проработать вопрос об альтернативных вариантах поставки нефти в страну через прибалтийские порты.

Такими же противоречивыми были выводы о перспективах интеграции с Россией. С одной стороны, А. Лукашенко назвал все разговоры об объединении Беларуси с Россией «очень глупыми, притянутыми за уши». «Об объединении двух государств речи не идет», — категорически заявил он.

А с другой стороны, А. Лукашенко утверждал, что он и не против создания Союзного государства, согласно подписанному в 1999 году договору: «Мы должны были в свое время принять Конституционный акт, то есть Конституцию Союзного государства, и там все должно было быть прописано: и органы управления, и органы власти, и единая валюта, политика. Россия отказалась в свое время идти этим путем... Встает вопрос: что будем делать с союзным договором? Нужно садиться за стол и смотреть, что мы вместе можем сегодня согласно договору решить, на что мы можем без всякого давления пойти».

Но строительство Союзного государства согласно договору 1999 года — это и есть объединение. Общая Конституция, общие органы управления, единая валюта — это все атрибуты нового единого государства. Так что же отрицает белорусский лидер?

Еще один важный тезис, который проговорил А. Лукашенко: союз Беларуси и России может развиваться только на равноправной основе. «Потому что это фундаментальные принципы построения любого союза. Нет равноправной основы — нет союза, — сказал он. — Все должно происходить на равноправной основе, и на это должна быть воля двух народов — Российской Федерации и Беларуси».

Не будем пока рассуждать на тему «воли двух народов». Как раз у народов никто и не спрашивает, чего они хотят. Белорусы уже почти четверть века лишены права хоть как-то влиять на свою судьбу.

Обратим внимание на идею равноправного союза. Здесь есть одна проблема. Удельный вес двух государств настолько разный, что вопрос о равноправии выглядит очень сомнительным.

Представим абсолютно фантастическую и невероятную ситуацию, что в результате объединения Беларуси и России новое государство назовут Белоруссией, ее столицей объявят Минск, государственным языком сделают белорусский, единой валютой станет белорусский рубль, президентом объединенной страны будет А. Лукашенко. Однако все равно в конечном итоге произойдет поглощение Россией Беларуси, белорусское государство, белорусская нация через короткое время исчезнут. Большое поглощает, растворяет, уничтожает малое, это закон природы.

В любом случае инстинкт самосохранения побуждает А. Лукашенко делать разные демонстративные, символические жесты, призванные защититься от давления Москвы. Например, половину своего выступления во время вручения премии «За духовное возрождение» 9 января он произнес на белорусском языке. Последний раз он его использовал на торжественном собрании, посвященном Дню Независимости в 2014 году, сразу после захвата Россией Крыма и Донбасса. Белорусский язык как средство защиты от «русского мира».

Эту же функцию выполняют жесты в сторону Запада. Еще 11 декабря, накануне важных переговоров в Кремле, А. Лукашенко неожиданно принял посла Германии в Беларуси Петера Деттмара. Это был сигнал, призванный показать, что свет клином на Москве не сошелся.

И вот во время совещания 10 января президент Беларуси поручил правительству искать альтернативные российским варианты поставки нефти в страну через балтийские порты. Экономического смысла в этом немного. Белорусское руководство уже пыталось поставлять нефть из Венесуэлы, Азербайджана, Ирана. Но все как-то быстро закончилось. Ведь все эти варианты дорогие, нерентабельные. Они не решают проблему прибыльной работы НПЗ. Это скорее такой замаскированный кукиш России.

Видимо, не случайно в тот же день, 10 января, возможно как раз по итогам совещания у президента, министр иностранных дел Беларуси Владимир Макей позвонил помощнику госсекретаря США по европейским и евразийским делам Уэссу Митчеллу и проинформировал, что белорусская сторона сняла ограничение на количество дипломатов США, которым разрешено работать в стране.

Напомню, что в ответ на введение США санкций в 2008 году, Беларусь фактически выслала американского посла и потребовала сократить количество дипломатов в Минске с 35 до 5 человек. Потом долгое время белорусская сторона настаивала на том, что возвращение статус-кво возможно только при условии отмены санкций, введенных Вашингтоном. Но теперь, судя по всему, она сняла это условие, пошла на односторонние шаги навстречу Соединенным Штатам.

Пришло время доставать из рукава важные козыри. Не удивлюсь, если вскоре последует введение официальным Минском моратория на смертную казнь. Раскачивание белорусского внешнеполитического маятника — очень важный индикатор угроз с востока.

Валерий Карбалевич

Читайте также в рубрике «Диагноз»:

Союзное свинство

Год «гадкого утенка»

Россия выдвигает ультиматум

Скандальный саммит

Loading...

Добавить комментарий