Курсы валют

Доллар США
2.0501
Евро
Российский рубль

Погода

13..15 °C

Диагноз

Загнанные в угол

Karbalevich

Последние две встречи премьер-министров Беларуси и России Сергея Румаса и Дмитрия Медведева прошли под знаком безудержного оптимизма. Звучали бодряческие заявления, что программы по углубленной интеграции России и Беларуси согласованы на 90%, осталось совсем немного, еще чуть-чуть, и стороны задушат друг друга в интеграционном экстазе.

Но все это прекраснодушное благолепие разрушил Александр Лукашенко. 9 июля во время встречи с государственным секретарем Союзного государства Григорием Рапотой он включил реверс. Из его заявления следует, что у двух столиц существуют принципиальные расхождения, которые только усиливаются.

Суть разногласий президент Беларуси сформулировал достаточно определенно. «Мы договорились (с Путиным. — Авт.), что, решая стратегические вопросы, мы параллельно будем решать и вопросы тактического характера», — отметил белорусский лидер. Перевожу на понятный язык. «Стратегические вопросы» связаны с темой «углубления интеграции». «Вопросы тактического характера» — это проблемы российских субсидий Беларуси. А также предоставление благоприятных условий для работы белорусских предприятий. Имеется в виду внутрироссийские цены на энергоресурсы, доступ к госзаказам РФ. А. Лукашенко с возмущением напоминает: «У нас сегодня порядка 80 предприятий закрыты Россельхознадзором или каким-то там органом в России, а может быть, и правительством. Скорее всего, правительством. Закрыты к поставкам нашей продукции в Россию. Притом под надуманным предлогом».

Иначе говоря, вопросы интеграции и вопросы российских дотаций Беларуси должны обсуждаться и решаться одновременно, параллельно. Если еще проще, то позиция Минска сводится к тому, что невзирая на трудности в переговорах об интеграции, деньги из России должны поступать без перебоев. В этом состояла переговорная тактика белорусского руководства. «Потому что без решения этих вопросов и разговаривать не о чем, с нашей стороны», — категорически заявил А. Лукашенко.

А оказалось, что позиция России диаметрально противоположна. Москва остановила все формы дотаций Беларуси до тех пор, пока Минск не согласится идти на «углубление интеграции». Сначала это касалось только компенсации за налоговый маневр. 26 июня министр финансов Беларуси Максим Ермолович сообщил, что Россия увязывает выделение Беларуси государственного кредита на $ 630 млн с интеграционными процессами.

Теперь завис вопрос о ценах на газ. Действующее соглашение о газовых тарифах закончится в 2019 году. Согласно прошлогодней договоренности, вопрос о формуле определения цены на газ для Беларуси на следующие годы будет решен до 1 июля 2019 г. Но, как признал посол Беларуси в России Владимир Семашко, российская сторона просто молчит и игнорирует все предложения Минска по этой теме.

8 июля российский вице-премьер Дмитрий Козак заявил: «Мы пока проводим переговоры по углублению интеграционных процессов. После того как закончим диалог на эту тему, станет ясно, когда и каким образом мы будем сближать наши рынки газа, делать единый рынок или общий рынок газа». В переводе на понятный язык это означает, что сначала должно быть согласие Минска на интеграцию с Россией, и только потом скидки на газ.

Та же история повторилась и в ходе переговоров о повышении тарифов на транзит нефти через территорию Беларуси. Белорусская сторона предложила повышение тарифов на 21,7%, чтобы компенсировать потери от поставок грязной нефти. Агентство «Интерфакс-Запад», со ссылкой на источник в госорганах, сообщает, что российская сторона увязывает изменение тарифов на транзит нефти с политическими аспектами интеграции двух стран.

Таким образом, в настоящее время известно, что и компенсация за налоговый маневр, и цена на газ, и выделение кредита, и тарифы на транзит Москва увязала в один пакет. Россия готова продать его Беларуси только в обмен на объединение в одно государство.

Констатируя эту абсолютную несхожесть, противоположность позиций Беларуси и России, А. Лукашенко говорит, что стороны загнали себя в угол, и делает вполне рациональный вывод: на встрече с В. Путиным «обсуждать нечего на сегодняшний день».

Что же делать? Предложение белорусского лидера, прямо скажем, незамысловатое: «Мы должны уже буквально за несколько дней выйти на какие-то итоги. Чтобы мы могли выработать повестку дня и обсуждать эти вопросы с президентом Путиным 17—18 июля в Питере. Просто встретиться и посидеть друг перед другом, ни о чем не говоря, — наверное, это время уже ушло».

Это предложение выглядит донельзя странным. Если несколько месяцев переговоров не дали результата, то как можно договориться за неделю, оставшуюся до встречи президентов в Санкт-Петербурге? Тем более с учетом совершенно не совпадающих позиций.

Вторая идея А. Лукашенко не менее удивительная. Он предложил госсекретарю Союзного государства Григорию Рапоте подключиться к переговорам, чтобы вывести их из тупика. На что собеседник ответил, что представители Постоянного комитета Союзного государства даже не включены в рабочую группу по вопросам интеграции.

В ходе этой встречи А. Лукашенко затронул еще один интересный сюжет. Он заявил: «Суть заключается в том, что мы договорились с президентом Путиным о том, что мы не будем ломать договор. Потому что если мы влезем в ломку договора, мы разрушим вообще все, что создано за это время. Это во-первых, а во-вторых, договор же в полном объеме не реализован. Он сегодня актуален. Поэтому президенты решили, что нельзя трогать договор».

Речь идет о договоре о создании Союзного государства 1999 года. Надо полагать, что кто-то в Москве требует его изменить. Дело в том, что в этом договоре зафиксирован принцип паритета, на основе которого должно происходить объединение Беларуси и России, что Россию никак не может устроить. А официальный Минск, ухватившись за это положение о паритете, может блокировать все усилия Москвы по интеграции. Поэтому заклинания А. Лукашенко, что союзный договор нельзя ломать, очень понятны.

12 июля американское информационное агентство Bloomberg написало, что согласно его московским источникам, проект объединения с Беларусью для Кремля уже неактуален. Ибо «усилия, направленные на то, чтобы убедить лидера соседней Беларуси пойти на слияние с Россией, которое позволило бы Путину стать главой объединенного государства, потерпели неудачу». Поэтому, дескать, Путин взял на вооружение иной сценарий, чтобы сохранить власть после 2024 года.

Может, оно и так. Но пока заявления и действия российских официальных лиц эту версию не подтверждают. Наоборот, позиция Москвы становится более жесткой.

Валерий Карбалевич

Читайте также в рубрике «Диагноз»:

Заместительная терапия

Застряла в дороге

Дембель министра

Игра в прятки

Добавить комментарий