Курсы валют

Доллар США
2.5658
Евро
Российский рубль

Погода

6..8 °C

Экономика

Каких реформ ждет бизнес?

Image 3900

Что сегодня нужно белорусскому бизнесу от государства? Насколько власти открыты к диалогу с бизнес-союзами? Какие аргументы работают и вправе ли предприниматели бастовать? На эти и другие вопросы в рамках проекта «Рефорум отвечает Георгий Бадей, экс-глава трех министерств, а ныне — почетный председатель правления бизнес-союза предпринимателей и нанимателей имени Кунявского. 

— Георгий Петрович, каких реформ ждет сегодня от власти белорусское бизнес-сообщество?

— Мне кажется, что бизнес-сообщество уже ничего не ждет, потому что все программы, которые можно было придумать, давно были приняты. Их оставалось только реализовать. Я имею в виду, в первую очередь, директиву №4 2010 года (О развитии предпринимательской инициативы и стимулировании деловой активности в Республике Беларусь).

Но есть отдельные вопросы, которые диктуются текущим моментом. Например, продолжает оставаться очень сложным финансовое положение многих организаций, занимающихся производством. Это связано с изменением и ситуации на рынках, и уплаты налогов. В феврале мы направили записку в адрес Совета министров, где говорили о необходимости принятия срочных мер по оздоровлению экономики. Ведь неплатежи, задолженности растут непомерно. Мы предлагали более гибко подходить к моменту определения сроков уплаты налогов с тем, чтобы они шли не авансово, а по факту получения выручки. Мы говорили о необходимости снижения налоговой нагрузки, потому что в условиях кризиса самый действенный инструмент борьбы с ним — это снижение налогов. А наше родное правительство в этих условиях, наоборот, ищет варианты, как дополнительно изъять какие-то ресурсы у предприятий. В результате появляются такие указы, как 361-й, где, по сути, все импортеры должны выступить кредиторами государства в ущерб, естественно, своим интересам.

Нужен ряд реформ с точки зрения либерализации, улучшения финансового положения. Почему субъект хозяйствования не может выбрать для себя, по какому факту платить налоги? В прошлые годы каждый выбирал: либо по факту отгрузки, либо по факту поступления денежных средств. А с прошлого года взяли и обязали всех уплачивать по факту отгрузки. Не получив выручку, предприятие должно уплатить налог! А откуда оно может уплатить, не получив само? Только за счет кредитных ресурсов. Они дорогие, значит, усугубляется экономическое положение субъектов хозяйствования.

— В октябре в рамках проекта «Рефорум» состоится форум представителей бизнес-сообщества. Какие вопросы стоит вынести на его повестку?

— Основной вопрос на сегодняшний день — создание и развитие конкурентной среды и равные условия для участников рынка. Второй — это снижение налоговой нагрузки.

— Как налажена коммуникация между властью и бизнесом по этим проблемам? Как вы общаетесь с правительством?

— Мы с правительством общаемся официально, через наши послания, записки. По той, февральской, что я упоминал, была резолюция Мясниковича с серьезными поручениями Прокоповичу, минэкономики, министерству финансов. Но у министерства финансов есть свои взгляды. Они выполняют сегодняшнюю задачу наполнения бюджета, а то, что у субъектов хозяйствования проблемы, их мало волнует. Им надо сегодня закрыть какие-то бреши в бюджете, поэтому они мало думают о завтрашнем дне.

— Как вы бы оценили открытость властей к диалогу с бизнесом? Готовы ли они слушать?

— Это риторический вопрос. Надо аргументированно говорить, и тогда власти будут слушать. Другое дело, что многие вещи не так просто изменить. И для того, чтобы осуществить какие-то изменения, нужен определенный лаг времени. Даже то же снижение налоговой нагрузки можно сделать сразу, но это будет болезненно для бюджетных организаций. Поэтому мы ставим задачу постепенно, ежегодно снижать, условно говоря, на 0,5% налоговую нагрузку — это вполне по силам.

Мы неоднократно ставили вопрос о том, что нагрузка на фонды оплаты труда уже сегодня не стимулирует развитие и структурные изменения в экономике. Все платят НДС 20%. По сути дела, НДС — это налог на живой труд. В организациях, допустим, сферы услуг, никаких материальных затрат нет, только живой труд — руки, мозги. И когда она еще раз облагается НДС, получается, что налоговая нагрузка достигает запредельных размеров и не стимулирует развитие этой сферы. Поэтому нужна разумная налоговая нагрузка, которая стимулировала бы структурные изменения. Мы писали об этом правительству еще в феврале. Но, к сожалению, эти наши предложения пока не учли.

Мы уже пять лет ставим вопрос по изменению нагрузки по отчислениям в фонды социального страхования. Ведь сегодня наниматель платит 34% в фонд социального страхования, и это становится ощутимо для себестоимости продукции, ее конкурентоспособности. Во всем мире нагрузка разделяется между нанимателем и работником, и тогда работник сам контролирует и считает, что он заработает для своей будущей пенсии. И даже в директиве № 4 есть пункт, предусматривающий внесение изменений в распределение этой налоговой нагрузки, но до сих пор ничего не сделано.

— Вы сказали, что для убеждения властей нужно говорить с ними аргументированно. А какие аргументы убеждают власти?

— Прямые доказательства, расчеты, международный опыт.

— Что из ваших предложений, допустим, было реализовано за последнюю пятилетку?

— Реализовано немало. Вот в прошлом году министерство финансов выносило предложение о повышении ставки НДС (сейчас они опять это на следующий год предлагают). Наша аргументация была в том, что этого делать ни в коем случае нельзя. Это вызовет рост цен, станет дополнительным налогом на население. В итоге такое решение, слава Богу, не было принято.

— Если правительство убедить не удалось, считаете ли вы оправданным прибегать к более радикальным формам протеста, таким, как забастовка, как это делают в последнее время индивидуальные предприниматели? Критики считают, что забастовка — форма протеста наемных работников, а не предпринимателей…

— Я с этим абсолютно согласен. У нас такой дилеммы никогда не было. Мы объединяем предприятия, коммерческие организации, а не ИП. И представить, чтобы, условно говоря, «Милавица» забастовала — как это? Рабочие могут забастовать, но чтобы наниматель, руководитель предприятия забастовал — такого, видимо, и в природе не может быть. Как мы знаем из всей истории, забастовка — это конфликт между нанимателем и наемным работником. Когда наемный работник не согласен работать, как предлагает наниматель, он начинает бастовать. У нанимателя же есть другой инструмент — локаут. Если рабочие не хотят у него работать, он их увольняет. Правда, это уже очень жесткий инструмент…

— Как вы относитесь к забастовкам ИП как к протесту против действий властей? Вы считаете, такой инструмент борьбы может быть эффективным?

— А это не инструмент. Если ты не хочешь заниматься бизнесом, не занимайся. Если ты не хочешь работать, не работай. Наниматель же их не заставляет работать, они же сами, индивидуальные предприниматели, каждый работает, как он считает необходимым. Это не инструмент и не аргумент. Это больше публичное действо. Надо всегда стремиться отстаивать свои права через диалог, лучше лишний раз встретиться, переговорить. Лучше аргументация, но не война.

Артем ШРАЙБМАН, Naviny.by

О проекте «Рефорум» читайте также:

Василий Леонов: Прокормить три Москвы — задача для нас посильная

Минск и Болонский процесс: пускать ли двоечника в класс?

Цепная реакция реформ

Андрэй Бастунец: Беларусам трэба пазбавіцца ад агрэсіўнага прапагандысцкага ўплыву Расіі

Сергей Николюк: Лукашенко делает ставку на «стабильность»

«Лучше рискнуть, имея шанс на удачу, чем выбрать путь без всяких шансов»


Добавить комментарий