Курсы валют

Доллар США
2.546
Евро
Российский рубль

Погода

9..11 °C

Здоровье

Медики — о второй волне COVID-19, лечении и способах не заразиться

Image 8168

Журналисты побеседовал со специалистами разных профилей о том, началась ли в Беларуси вторая волна эпидемии и какой она будет, в каких ситуациях мы больше всего рискуем заразиться и для кого этот риск будет наиболее опасным, сколько человек должно переболеть, чтобы в обществе сформировался коллективный иммунитет, и есть ли те, кто успел заразиться коронавирусом повторно.

«Когда наступит пик и каким он будет по интенсивности, зависит от нашего поведения в обществе»

По официальной статистике, которую каждый день публикует Минздрав Беларуси, снижение заболеваемости COVID-19 в стране началось в июле и длилось больше месяца. Но в последние дни тенденция показывает устойчивый рост: начиная с прошлой недели прибавляется по 200 с лишним новых случаев в день. Примерно так же ситуация выглядела в апреле, когда Беларусь начала накрывать первая волна эпидемии.

Можно ли считать нынешнюю ситуацию началом второй волны? Или это продолжение все той же, весенней? Мнения врачей на этот счет немного разнятся.

Заведующая кафедрой эпидемиологии и микробиологии БелМАПО профессор Наталья Коломиец считает, что подъем заболеваемости уже начался, но пик эпидемии еще далеко впереди. Возможно, он придется на декабрь-январь, говорит профессор.

— На сегодня рост числа случаев COVID-19, безусловно, есть. Можно сказать, что с сентября стал формироваться медленный подъем заболеваемости. На мой взгляд, этому способствует целый ряд причин, среди которых, например, выход из отпусков, начало учебы, что сопровождается нежеланием населения соблюдать принципы социального дистанцирования, носить маски и обрабатывать руки.

Весной этого года наиболее пострадавшими от COVID-19 считались Витебская область и Минск. Значит ли это, что осенью и зимой им придется легче, чем другим регионам, где фиксировали более низкий уровень заболеваемости? Профессор Наталья Коломиец считает, что все не так однозначно.

— Интенсивность процесса будет в большей степени зависеть от других причин. Но если вирус бесконтрольно попадет в популяцию, где он ранее не циркулировал, при этом есть восприимчивое население, то, конечно, заболевших будет много. Когда наступит пик и каким он будет по интенсивности, будет зависеть в числе прочего от нашего поведения в обществе, соблюдения медицинских рекомендаций, при возможности вакцинации, в том числе от гриппа. Вакцинация против вируса гриппа уже началась, эта вакцина общедоступна, она поможет уменьшить общую вирусную нагрузку на организм. Кроме этого, мы все в ожидании вакцины против коронавируса.

«Объективных данных, которые бы говорили, что коронавирус стал слабее, у нас нет»

Никита Соловей, доцент кафедры инфекционных болезней БГМУ, главный внештатный специалист комитета по здравоохранению Мингорисполкома по инфекционным и паразитарным заболеваниям, тоже просит не забывать о том, что мы по-прежнему находимся в состоянии пандемии. Началась ли в Беларуси вторая волна? По словам главного инфекциониста Минска, сейчас врачи наблюдают повторный рост заболеваемости, но не расценивают его как вторую волну.

— Говорить про волны можно, когда было очень много случаев, а стало совсем мало или они вовсе исчезли. У нас все идет достаточно плавно, это может быть единым континуумом. Если говорить про текущую ситуацию, то мы видели, что начиная с июня-июля заболеваемость снижалась до определенных значений, но все равно весь этот период случаи регистрировались. При этом было достаточно много тяжелых. Например, в Минске три стационара не выводились полностью: четвертая, шестая и инфекционная больницы все лето работали с пациентами, у которых была обнаружена коронавирусная пневмония.

— Часто встречала мнение, что летом коронавирус стал слабее. Вы можете с этим согласиться?

— Объективных данных, которые бы говорили, что течение болезни как-то изменилось, у нас нет. Когда мы начинали работать с этой инфекцией, мы знали, что в среднем 80 процентов пациентов болеют очень легко: течение будет либо бессимптомным, без клинических проявлений инфекции, либо в виде острого респираторного заболевания, неотличимого от других ОРВИ.

20 процентов болеют более тяжело, из них примерно 5 процентов — реанимационные пациенты. Такие пропорции сохраняются и в настоящее время.

В условиях пандемии весь мир живет уже больше шести месяцев. По сравнению с ее началом, когда о новом коронавирусе было известно мало, медики из разных стран, в том числе из Беларуси, накопили опыт, который позволяет понимать, как протекает инфекция COVID-19 и как ее лечить, в каких условиях проще всего заразиться и что делать, чтобы этого не допустить.

По словам инфекциониста, большинство случаев заражения, с которыми сталкивались белорусские медики, как правило, происходило при тесных семейных контактах, когда люди находились в замкнутом помещении достаточно длительное время. Еще один источник инфицирования, по наблюдениям врача, — это учебные группы и офисы.

— Складывается ощущение, что, наверное, воздушно-капельный путь инфицирования имеет ограниченное значение. Чаще всего заражение происходит не при случайных краткосрочных контактах, а в ситуациях, когда люди находятся друг с другом на относительно небольшом расстоянии в течение довольно длительного промежутка времени.

Возможно, в таком случае не столько важен воздушно-капельный путь передачи, как путь, реализуемый через руки. По сути, это фекально-оральный механизм, когда вирус попадает на предметы окружающей среды, он там некоторое время сохраняется, мы с ним контактирует руками и дальше заносим его на свои слизистые оболочки. В принципе, то же самое достаточно часто наблюдается при гриппе. Путь передачи через руки может реализовываться вероятнее, чем воздушно-капельный, когда мы с кем-то на близком расстоянии общаемся.

— То есть рекомендация мыть руки, которая, кажется, уже всем набила оскомину, самая действенная?

— Да. Более того, мы не очень одобряем использование перчаток. Особенно если люди ходят в них в общественные места. Когда человек касается предметов окружающей среды, перчатки, если их вовремя не менять, могут длительное время сохранять вирус. Потом, вполне возможно, этими перчатками человек нечаянно касается своих слизистых оболочек, почесал нос или глаза — и таким образом вирус попадает в организм.

Гораздо лучше постоянно обрабатывать руки. Сходили куда-то — обработали антисептиком. Пришли с работы или магазина — тщательно вымыли руки мылом под проточной водой. Этот путь более надежен.

— Маски. Не забываем о них и носим?

— У масок две функции. Первая: они защищают окружающих от человека, который уже инфицирован и выделяет вирус, но еще не знает об этом. Вторая: маски не дают человеку возможность касаться своего лица и слизистых. То есть они выполняют барьерную функцию и частично защищают от дыхания другого человека при тесном контакте с ним. Но этот механизм, как я говорил, не так часто реализуется.

Чтобы вирус мог легко передаться воздушно-капельным путем, должен быть очень близкий и тесный контакт. Фактически чтобы кто-то на тебя чихал и кашлял. В таком случае риск есть, но на практике мы понимаем, что подобное в жизни, когда на тебя продолжительно кашляют или чихают, случается не очень часто.

Человек перестает быть заразным уже на 8—12-й день

— Сколько времени сохраняется приобретенный иммунитет? Многие ученые сходятся во мнении, что всего несколько месяцев. Есть ли случаи, когда люди уже болели повторно?

— Да, мы фиксировали повторные случаи заболевания. У нас был мужчина, который болел коронавирусной инфекций в виде ОРВИ без изменений в легких на компьютерной томографии, диагноз был подтвержден ПЦР. При выздоровлении последующие результаты тестов были отрицательными. Примерно через три месяца пациент развил эпизод двусторонней пневмонии с характерными изменениями на КТ. При этом методом ПЦР снова был подтвержден коронавирус. В таком случае мы говорим о повторном инфицировании.

— То есть людям, которые переболели весной и летом, все равно нужно быть внимательным к тому, чтобы не заразиться повторно?

— Конечно, особенно тем, кто в группе риска. Поэтому придерживаться мер предосторожности нужно всем.

Говоря о том, за счет чего сейчас наблюдается подъем заболеваемости, одной из причин Никита Соловей называет появление организованных учебных коллективов.

— У детей есть одна нехорошая для этой инфекции особенность: они в основном болеют бессимптомно. У них не проявляются клинические признаки заболевания, но они активно выделяют вирус в окружающую среду. И когда они приходят в свои семьи, те, кто от них инфицировался, особенно если они находятся в группе риска по тяжелому и осложненному течению инфекции, могут заболеть тяжело.

То же самое касается и студентов. У молодых людей болезнь протекает примерно так же, как у детей. Среди них очень большой процент бессимптомных выделителей вируса. За счет этого, как мы ожидаем, и пойдет дальнейший подъем заболеваемости.

Что сейчас происходит в стационарах?

Врач-реаниматолог Ростислав Савицкий работает в витебской больнице скорой медицинской помощи. Всю весну и часть лета он работал с пациентами, у которых COVID-19 протекал в осложненной и тяжелой форме.

Весной, вспоминает врач, в витебской БСМП был очень большой наплыв пациентов, сейчас ситуация другая.

— В день поступают единицы, десяток от силы. Большого наплыва в Витебске пока не наблюдается.

— Когда вы почувствовали, что работать стало легче?

— В июне мы вышли на более спокойный ритм, когда не было большого наплыва. Потому что в апреле, мае и первой половине июня постоянно были поступления в больницу, причем существенные. В июне мы вышли на плато, когда прием стал более-менее равномерным. В июле стало уже совсем спокойно.

В августе, говорит врач, в Витебске с ковидом работала только одна больница — инфекционная, причем два отделения считались резервными.

— Сейчас эти отделения открыты, они уже принимают пациентов. Также вновь перепрофилируется терапевтический корпус больницы скорой помощи, в нем будет порядка 200—300 коек.

На данный момент, рассказывает Ростислав, в витебскую БСМП поступают единицы пациентов в день и максимум десяток — в неделю. Работа организована таким образом, чтобы человек с вероятным COVID-19 ни в коем случае не попал в общую палату к неинфицированным пациентам.

— На данный момент на первом этаже у нас организован приемный покой, куда скорая привозит пациентов с возможной коронавирусной пневмонией. Там они могут находиться до трех дней. Мы берем мазок и смотрим: если что-то высевается, то отправляем в инфекционную больницу, где мест пока хватает. Если мазок отрицательный, оставляем у себя.

— По-вашему, какие ошибки, которые были допущены во время первой весенней волны, должны быть учтены?

— На мой взгляд, основная ошибка — то, что проблема не признавалась проблемой. Из-за этого, например, мы не могли добиться государственного финансирования на те же СИЗы. В самом начале очень сильно помогали волонтеры, без них все было бы намного страшнее для медработников.

Сейчас подход другой. Все более-менее понимают, к чему готовиться и чего ожидать, какие запасы остались.

Вторая проблема — это, на мой взгляд, статистика, которая подавалась невнятно и неграмотно. Из-за этого мы не видели картину того, что происходит в стране. Не могли понимать, чего нам ждать завтра, послезавтра, через неделю, месяц.

Когда объявляют статистику, что по стране умерло пять человек, а ты понимаешь, что только в твоей больнице — трое, возникал вопрос: что не так? Мы недорабатываем, и где-то есть более эффективные методики? Адекватно оценивать свою работу было сложно.

Единый протокол лечения пациентов с коронавирусом у нас появился только через полтора месяца после начала эпидемии. То есть в этот период мы работали по наитию, как лечить и чем. Это довольно долго. Сейчас, уже пару месяцев, у нас есть отработанный алгоритм, будем руководствоваться им. Поэтому, я думаю, станет гораздо легче.

Заболевания, которые ухудшают прогноз пациентов

Артериальная гипертензия, сахарный диабет и ожирение усугубляют негативный прогноз состояния пациентов с коронавирусной инфекцией. Об этом сообщила ТАСС главный внештатный специалист по терапии и общей врачебной практике Минздрава России, директор НМИЦ терапии и профилактической медицины Оксана Драпкина.

«Мы знаем тройку заболеваний, которые точно ухудшают прогноз пациентов с коронавирусной инфекцией: артериальная гипертензия, сахарный диабет и ожирение. Сколько бы публикаций ни было, эти три лидируют», — сказала она.

Драпкина добавила, что к числу заболеваний, также усугубляющих влияние коронавирусной инфекции, причисляют хронические обструктивные болезни легких — легочные патологии.

Эксперт обратила внимание, что для того, чтобы защитить себя от коронавируса, необходимо соблюдать меры предосторожности: «Надо сделать так, чтобы была социальная дистанция, когда вирус попасть не может. Надо мыть руки, надо носить маску. Причем не один человек должен носить маску, а все находящиеся в помещении. То есть необходимо соблюдение все тех же мер, про которые мы очень много говорили», — заключила Драпкина.

TUT.BY

Добавить комментарий