Курсы валют

Доллар США
2.1112
Евро
Российский рубль

Погода

5..7 °C

Главные события

Петер Деттмар: Близость наших народов измеряется не только географическими параметрами, но и сотрудничеством и общей исторической памятью

Image 6177

На вопросы «Снплюс» отвечает Чрезвычайный и Полномочный посол ФРГ в Республике Беларусь Петер Деттмар.

— Очень трудно назвать сферу жизнедеятельности, где бы Германия не оказывала Беларуси какую-нибудь практическую помощь. Есть какая-то общая доминанта?

— Наше сотрудничество, действительно, носит такой всесторонний характер, что если б я стал выделять что-то одно, мог бы невольно обидеть что-то другое. Конечно, для посольства очень важно сотрудничество в области политики и экономики, но для нас одним из ключевых моментов всегда являлось сотрудничество в сфере культуры, где особое внимание мы уделяем культурному сотрудничеству в рамках гражданского общества.

Это находит свое отражение в деятельности Института имени Гёте, который поддерживает тесные контакты с представителями творческого мира Беларуси, и Германской службы академических обменов, курирующей все сотрудничество с университетским сообществом вашей страны.

Особую роль играет и деятельность Минского международного образовательного центра имени Йоханнеса Рау, который отличается очень широким охватом различных сфер жизнедеятельности.

О Чернобыле и строительстве БелАЭС

— В прошлом году исполнилось 30 лет со дня аварии в Чернобыле. Германия была одной из первых, кто помог Беларуси, и делает это до сих пор. К 2022 году Германия закроет все свои атомные станции, а Беларусь в это время строит свою. Вас это не беспокоит?

— Мы действительно срочно решили закрыть свои АЭС и полностью отказаться от атомной энергетики на фоне с трагедией на станции в японской Фукусиме.

Как вы знаете, в Европе идет строительство атомных электростанций не только в Беларуси. Насколько я знаю, британцы рассматривают возможность строительства атомной электростанции, Финляндия планирует построить свою.

Решение отказаться от атомной энергии было индивидуальным решением ФРГ. Оно принято на национальном уровне. В Беларуси также было принято решение на национальном уровне, отличающееся от нашего. И это полностью соответствует правилам МАГАТЭ, в которых говорится, что любая страна имеет суверенное право самостоятельно определять, как ей использовать мирный атом.

Конечно же, как и другие страны ЕС, мы исходим из того, что во время строительства АЭС в Островце будут предприняты все возможные меры, чтобы обеспечить ее безопасное функционирование.

Можно, конечно, критиковать решение об этом строительстве, но из многочисленных контактов и бесед, которые проводились на различном уровне, и по моим личным ощущениям во время посещения строительства АЭС в Островце создается впечатление, что Беларусь, которая была первой жертвой Чернобыльской катастрофы, предпримет максимальные усилия для обеспечения всех норм безопасности.

Судя по тому, что я читал о различных оценках МАГАТЭ, сделанных до сих пор в ходе строительства, Беларусь очень серьезно относится к этим вопросам и выполняет все необходимые требования. Во всяком случае, именно такую информацию я получаю из штаб-квартиры МАГАТЭ в Вене.

Кроме того, насколько мне известно, Беларусь не имеет обязательств обеспечивать контроль со стороны Европейского cоюза за ходом строительства атомной электростанции, и тем не менее она добровольно решила представить Европейской комиссии отчет по стресс-тестам на АЭС. Этот отчет будет опубликован, и с ним смогут ознакомиться любые заинтересованные государства, частные лица, специалисты, таким образом, может возникнуть диалог, который еще раз подчеркивает волю вашей страны обеспечить безопасность АЭС.

— А к этому диалогу будут допущены только власть, МАГАТЭ или также критики строительства?

— К сожалению, я не нахожусь в венской штаб-квартире МАГАТЭ и не могу судить, каким образом там обсуждается эта тема, в каком формате будет проходить этот диалог, будут ли в нем участвовать критически настроенные участники.

Естественно, когда отчет по стресс-тестам будет передан в Брюссель и опубликован, оппоненты этой идеи (в ЕС и, наверное в самой Беларуси) будут иметь возможность высказать свою точку зрения по поводу публикации. Таким образом, это станет хорошей площадкой, возможностью для тех, кто высказывается против строительства АЭС в Островце, публично выразить свое мнение.

Об альтернативной энергетике

— Германия является флагманом альтернативной энергетики и в этом плане активно помогает Беларуси. Есть ли реальные положительные примеры, или всё сведено к тому, что называют «потемкинскими деревнями»?

— По вопросам энергетической политики в течение уже многих лет мы с Беларусью состоим в постоянном диалоге. Он происходит в рамках германо-белорусского Энергетического форума. Осенью прошлого года состоялась уже пятая встреча. С белорусской стороны участником является Министерство энергетики, с германской — Германское энергетическое агентство. Основным звеном в этих контактах стала свое­­образная триединая задача — вопросы энергосбережения, энергоэффективности и использования альтернативных источников энергии.

В начале июня представительство Союза торгово-промышленных палат Германии в Беларуси проводило деловую поездку по стране, в ней приняли участие представители немецкой энергетической отрасли. Главной темой было строительство био-, солнечных и ветряных установок и обсуждение энергоэффективных решений для промышленных объектов.

Поездка, о которой я упомянул, состоялась несколько месяцев назад, поэтому я не могу пока говорить о конкретных результатах.

Напомню, что в 2011 году был подписан проект о строительстве в Беларуси ветроэнергетического парка мощностью 120 мегаватт. К сожалению, этот проект не смог осуществиться из-за месторасположения предполагаемого строительства. Вмешалось белорусское министерство обороны, выяснилось, что там размещены какие-то радарные установки, которые совершенно несовместимы с «ветряками».

Это был бы очень интересный проект, который, увы, не состоялся...

Лично я вижу в вашей стране большой потенциал развития биогазовой энергетики. На мой взгляд, для сельскохозяйственных районов и всей отрасли в целом это именно тот источник энергии, который должен представлять огромный интерес.

До меня доходила информация, что по этой теме уже есть целый ряд контактов с немецкими предприятиями, но пока еще нет примеров, чтобы я мог сказать: «Поезжайте в конкретную деревню или колхоз и посмотрите на конкретный результат». Очень надеюсь, что Германия сможет оказать существенную помощь и поддержку, ведь наша промышленность очень развита по всем трем направлениям альтернативной энергии.

При этом надо помнить о том, что, когда мы говорим об интересе или участии немецкой стороны, речь идет о частных предприятиях, предлагающих свои технологии и технику, принимающих решения исходя из экономических критериев, повлиять на которые никак невозможно. Они не связаны с гуманитарной деятельностью, это чисто экономический проект. Частный бизнес принимает решение об участии в каких-то совместных с Беларусью проектах исходя из экономических критериев и целесообразности.

Об отношениях с белорусскими властями и оппозицией

— Безусловно, торгово-экономические отношения между странами, инвестиции или гуманитарная помощь — хорошо, но ведь они бывают разными. Одно дело, к примеру, читать про поставки какого-то медицинского оборудования, и совсем другое — про то, что белорусские омоновцы перед протестными акциями вооружены произведенными и поставленными из Германии спецсредствами, как об этом передавали многие СМИ… Вы часто сталкиваетесь с такого рода оценками?

— Не знаю, откуда вы взяли подобную информацию, но вам, как и мне, известно, что уже очень долгие годы в отношении Беларуси действует эмбарго на поставку оружия. В Германии на сей счет действует один из самых строгих в мире законов об экспорте оружия.

В случае поставок вооружений и оборудования двойного назначения, прежде чем заключить конкретный контракт, консультируются с немецким посольством, которое расположено в стране.

В 2009 году я работал в Беларуси первый раз. И с того времени вспоминается только одно-единственное обращение в посольство по данному поводу. Оно связано с поставкой экипировки для спортcменов-биатлонистов в 2011 году. На федеральном уровне эта белорусская заявка тогда была отклонена.

Конечно, я не могу исключить, что подобные вещи попали в Беларусь какими-то окольными путями, но это могло произойти только при нарушении статьи о конечном местонахождении.

— Немецким дипломатам нередко приходится лавировать между интересами власти и оппозиции. Приходится слышать, что немецкая позиция в отношении происходящего в Беларуси более мягкая и компромиссная, нежели у других стран, США, например. Это так?

— Главным правилом деятельности всех зарубежных немецких дипломатических представительств является стремление разговаривать со всеми. И с правительством, и с оппозицией, и с гражданским обществом. И на основании услышанного составлять для себя мнение о ситуации в политической сфере страны пребывания. В этом заключается основная задача любого посольства.

В данном случае готовности к компромиссу придается какой-то негативный оттенок, что, на мой взгляд, неправильно.

Повторюсь, диалог СО ВСЕМИ имеет для нас приоритетное значение.

И в первую очередь с представителями правительства. Это очень важная составляющая для того, чтобы научиться лучше понимать друг друга. Вы можете быть уверенным в том, что на любых уровнях все критические вопросы постоянно обговариваются.

Относительно готовности к компромиссу, то этим мы отличаемся не более чем кто-либо другой. Если находится какое-то компромиссное решение — замечательно. Если нет — это надо принять к сведению, что лучше, чем сомнительный компромисс.

Что касается нашей политики в отношении Республики Беларусь, то тут нужно различать два направления.

Во-первых, она, конечно, проводится в рамках наших двусторонних отношений, но она проводится и в фарватере общеевропейской политики. Мы не делаем ничего отличного от других стран ЕС.

Во-вторых, Германия особенно заинтересована в мирном, добрососедском, защищенном с социальной и с экономической точки зрения развитии в странах Восточного партнерства.

Это объясняется как нашей историей, так и нашей географической близостью.

Вы упомянули наших американских коллег и то, что у них, возможно, более твердая политика в отношении Беларуси. Не буду сейчас анализировать их оценку ситуации. Скажу только, что надо учитывать, насколько дальше они географически находятся. У них нет такой географической близости к Республике Беларусь, нет такой, как у нас, общей истории.

Близость наших народов измеряется не только географическими параметрами, но и общ­ностью в подходах, исторической памятью. По принципиальным, основополагающим моментам мы, европейцы, совпадаем с американцами, а вот в вопросе о том, как реализовывать эти принципы на практике, претворить их в жизнь, совпадаем не всегда. Здесь, возможно, есть различия, на которые каждая страна смотрит по-своему.

О снятии санкций

— Вы неоднократно подчеркивали, что именно Германия инициировала отмену в отношении Беларуси санкций. Прошло уже достаточно много времени. Не жалеете? Есть прогресс, или он заключается только в том, что на некоторые вещи закрываются глаза? Имеются в виду события 25 марта и так называемое «дело патриотов»…

— Не сомневаюсь, что вы знаете, какие события привели в феврале 2016 года к отмене европейских санкций по отношению к Беларуси.

Все началось с того, что осенью 2015 года было принято решение о временном приостановлении этих самых санкций на несколько месяцев после освобождения в Беларуси последних политических заключенных. Решение же о полной их отмене в феврале 2016 года стало единогласным ОБЩИМ решением всех стран Европейского союза.

Вы совершенно правы в том, что Федеративная Республика Германия очень активно сопровождала этот процесс и вместе с другими партнерами по ЕС с успехом агитировала за отмену этих санкций.

По моему мнению, кроме того, что санкции — это не самоцель, всем стало очевидно, что возможности для диалога, позволяющего обсуждать очень критические вопросы, существенно выросли после их отмены.

В этом смысле отмена санкций, конечно, себя оправдала.

Как и все государства ЕС, ФРГ продолжает следить за внутриполитическими событиями в вашей стране. Думаю, вы со мной согласитесь, что наличие или отсутствие санкций по большому счету никак не повлияло на те события, которые вы упомянули: разгон демонстрации, которая не была разрешена властями, или задержание каких-то лиц. Прямой связи между этими событиями и отменой санкций вообще не усматривается.

Для меня лично важно, что диалог между ЕС и Беларусью, между ФРГ и Беларусью значительно активизировался после отмены санкций и тем самым способствовал улучшению атмосферы, которая благоприятствует проведению реформ и положительных изменений. Какими шагами, с какой скоростью положительные изменения будут проходить — суверенное решение Беларуси. В любом случае без отмены санкций нельзя было представить такую вещь, как разработку Национального плана действий по улучшению ситуации с правами человека. Налицо положительные изменения, которые я связываю с отменой санкций, и в этом смысле отмена санкций была очень целесообразной.

Конечно, каждый может иметь здесь свое мнение и свою оценку, но я глубоко убежден, что, кроме прочего, не в последнюю очередь именно отмена санкций сделала возможными позитивные изменения в нашем диалоге.

О самом важном в развитии межгосударственных отношений

— В этом году отмечается 25 лет восстановления дипломатических отношений между нашими странами. Что бы вы назвали главным итогом?

— Я не могу говорить про все 25 лет. Скажу только о шести годах личной работы в вашей стране. По моему глубокому убеждению, особенно важным и прекрасным в развитии наших межгосударственных отношений стало то, что отношения между людьми складывались очень положительно.

К сожалению, сейчас я не могу привести статистические данные о том, сколько немецких благотворительных организаций и инициатив создали контакты с Беларусью, сколько было всего дружественных контактов, совместных проектов, заложивших основу для многолетнего сотрудничества. Моя заместитель госпожа Лютер недавно в качестве примера этого сотрудничества рассказала об инициативе евангелической общины из Вестфалии, в рамках которой в Лепель приезжают молодые волонтеры и во время своих каникул ремонтируют дома пожилым людям.

Это то, что составляет суть, соль наших отношений.

Я считаю очень символичным, наполненным глубоким смыслом то, что, когда 13 марта мы вместе с представительной делегацией из Германии во главе с Государственным министром господином Ротом официально отмечали 25-летие восстановления дипломатических отношений между нашим странами, в этот же вечер в музее Великой Отечественной войны открылась выставка о лагере смерти «Тростенец».

Совпадение этих двух событий во времени — выражение нашей убежденности в том, что мы должны действовать в вашей стране с четким осознанием нашей исторической ответственности и вины за те преступления, которые были совершены в Беларуси в годы Второй мировой войны. В этом смысле уже долгие годы в Беларуси работает федеральный Фонд «Память, ответственность и будущее», который оказывает всестороннюю помощь жертвам национал-социалистского режима. Мы также открыли Историческую мастерскую, которая занимается осмыслением этого периода нашей совместной истории.

Все это очень важные моменты наших двусторонних контактов. Они имеют очень важное влияние на все стальные сферы нашего сотрудничества.

В этом году в связи с юбилеем мы постарались провести определенные культурные мероприятия совершенно особого масштаба и значения. Здесь следует упомянуть концерт классической музыки, который состоялся весной под управлением немецкого дирижера Юстаса Франца. Мы приняли очень активное участие в выставке, которая была посвящена 500-летию белорусского книгопечатания. Привезли на нее выдающиеся, уникальные экспонаты.

Этот юбилей совпал с 500-летием немецкой Реформации и только подтвердил, как много у нас общего — Гуттенберг, Скорина, Лютер... Это события, которые нас накрепко связывают друг с другом.

В начале октября в Национальной художественной галерее откроется художественная выставка, самая крупная из всех, что привозились за 25 лет из Германии в Беларусь. Это выставка работ двух выдающихся немецких художников Кеты Кольвиц и Эрнста Барлаха.

Хотелось бы проводить мероприятия такого масштаба каждый год. Я думаю, в этом году это стало возможно в связи с празднованием 25-летия восстановления наших дипломатических отношений.

— Спасибо за подробное и содержательное интервью! Желаем вам всяческих успехов!

Беседовал Александр Томкович

Читайте также:

Честь имею! Неюбилейное интервью правозащитника-юбиляра

«Гибридный плацдарм»?

Loading...

Добавить комментарий