Курсы валют

Доллар США
2.0438
Евро
Российский рубль

Погода

6..8 °C

Главные события

В когтях у домашнего льва

Image 6925

В 2014 году в Беларуси проводилось исследование, которое выявило, что 77 процентов женщин переживают домашнее насилие. Физическую агрессию испытала на себе каждая третья, сексуальную — 18 процентов, а экономическому насилию в нашей стране подвергаются 37 процентов представительниц прекрасной половины человечества.

Оскорбления и издевательства — психологическое насилие, которое трудно выразить в процентах: это обычная практика в супружеских диалогах. Кстати, многие авторитетные социологи отмечают в Беларуси крайне низкую культуру построения взаимоотношений в семье. В девяти случаях из десяти насилие мужчины над женщиной приводит в дальнейшем к насилию отца или отчима над детьми. Но самое главное — в подавляющем большинстве случаев все виды насилия тесно связаны между собой, и жизнь превращается в ад…

Дальше — некуда

Каждый месяц криминальные сводки пестрят сообщениями о преступлениях в быту независимо от масштабов географической точки. О тех самых семейных скандалах, которые заканчиваются на кладбище, в тюрьмах и детских домах для малышей, оставшихся сиротами. Июнь нынешнего года — самое благостное время — начало лета, каникул, отдыха на природе и заморских отпусков.

5 июня. Жодино. В своей квартире бывший муж убил свою бывшую жену. Обидные слова, сказанные друг другу, закончились поножовщиной и смертельными для женщины ударами молотка.

22 июня. Кричев. Мужчина застрелил бывшую жену из охотничьего ружья, после чего покончил с собой.

26 июня. Лида. 52-летний пьяный мужчина сначала душил свою сожительницу, потом ударил ее ножницами в шею. По словам преступника, не мог больше слушать обидных слов, что он ничего не делает в доме и мало зарабатывает. Семья, кстати, считалась благополучной.

28 июня. Жлобинский район. В припадке агрессии мужчина до смерти избил беременную супругу. В Следственном комитете рассказали подробности. Погибшая покрывала мужа-тирана четыре года. Попадала на больничную койку с переломами и сотрясением мозга, но врала, что поскользнулась на лестнице, упала в ванной… Каждый раз женщина «брала вину на себя». Даже когда мучителя судили за нанесение побоев, не предъявляла к нему претензий в суде и всячески выгораживала. В результате — трагическая развязка.

Мне, как и другим журналистам, доводилось встречаться с женщинами, пострадавшими от домашнего насилия. Невозможно спокойно слушать их истории. Одной из них муж насильно брил голову добрый десяток раз, используя издевательство как наказание за «провинность»... Другой хозяин в доме выделял жене и двоим детям 20 рублей на три дня и требовал отчета за каждую копейку. Она не могла заработать самостоятельно, потому что в то время находилась в декретном отпуске… Героиню еще одной истории супруг ударил головой об унитаз, затем засунул внутрь и несколько раз спустил воду. Женщина была без сознания и выжила чудом... Тридцатилетняя Оксана из Минска рассказала, что муж не пускал ее на работу, потому что она отказывала ему пьяному в сексе. Он «наказал» ее сроком на неделю: отобрал мобильный телефон, зарплатную карточку и запер дома. Ей не мог дозвониться директор фирмы (работала главбухом) и уволил по статье…

В плену надежды и иллюзий

— Почему женщины в абсолютном большинстве случаев домашнего насилия терпят, вместо того чтобы развестись, вернуться к родителям или родственникам или хотя бы попросить убежища в кризисной комнате?

— Не так-то просто обратиться после такого к родным за помощью, — говорит семейный психолог Дарья Власова. — Бывают и другие примеры: родители не понимают проблем дочери, считают, что если ее муж не пьет, работает, достойно содержит семью и дом, то она просто не имеет морального права на него жаловаться. Многие современные домашние тираны — достаточно статусные и положительные в общественном восприятии люди, и брак с такими мужчинами родители дочерей считают «счастливым лотерейным билетом». Иногда попытка женщины уйти заканчивается вспышкой сильнейшей агрессии со стороны мужа, и, перепуганная до смерти, она прощается с мыслями о собственной свободе, о сопротивлении. Часто женщина, особенно в нынешнее время, боится остаться одна, уверяет сама себя, что никак не сможет обеспечить детей даже самым необходимым, не сможет вырастить и воспитать их: агрессор резко сужает ее круг общения, заставляет отказаться от общения не только с близкими, но и с посторонними людьми, разрушает способность самостоятельно думать и анализировать ситуацию. Но чаще всего ответ на вопрос: почему она все это терпит, лежит в плоскости женской психологии. Дело в том, что цикл насилия включает в себя повторяющиеся четыре этапа. Первый — нарастание напряжения: усиливается недовольство в отношениях, нарушается общение между членами семьи. Второй — насильственный инцидент: происходит вспышка жестокости вербального, эмоционального или физического характера. Все это сопровождается яростью, спорами, обвинениями, угрозами, запугиванием. Затем наступает стадия примирения: обидчик приносит извинения, объясняет причину жестокости, перекладывает вину на пострадавшую, иногда отрицает произошедшее или убеждает жену в преувеличении событий. Следом наступает спокойный период в отношениях, который мы называем «медовый месяц»: насильственный инцидент забыт, обидчик прощен. После «медового месяца» отношения, как правило, возвращаются на первую стадию и цикл повторяется. С течением времени каждая фаза становится короче, вспышки жестокости учащаются и причиняют женщине больший ущерб. Но, к сожалению, именно этап «медового месяца» заставляет большинство женщин поверить в то, что все еще можно исправить, что если самой (!) не повторять прежних ошибок, то супруг будет нежным, ласковым, понимающим всегда.

— Когда же до жертвы «доходит», что пришла пора не просить, а кричать о помощи, что дальше так жить нельзя, финал может оказаться смертельным?

— Как правило, после сильнейшего избиения, когда смерть чудом прошла мимо. В Минский городской центр социального обслуживания семьи и детей, в шелтер (приют) и в кризисные комнаты приходят женщины со сломанными руками, носами, выбитыми зубами, заплывшими от синяков глазами… Либо после того, как муж начинает издеваться над детьми. Печально, но факт: женщина может сносить психологическое и сексуальное насилие годами. Многих мужья унижали в присутствии ребенка: в самых циничных выражениях объясняли причину маминой задержки из магазина или с работы. Есть в моей практике и такой пример: муж достигал сексуального удовлетворения, если только душил жену или топил в ванной! Она терпела — не убивает же! Жертвы агрессоров, увы, не понимают, что это только начало и дальше будет хуже. Отмечу, что оказаться в этой роли может каждая — независимо от социального статуса и экономического положения. Но отсутствие образования, нежелание развиваться, неумение говорить твердое «нет» притягивают агрессоров. Гораздо меньше шансов попасть в лапы к домашнему льву у уверенной в себе женщины, независимой материально, с адекватно высокой самооценкой.

— Что вообще можно советовать жертве тирана? Только бросить его и как можно скорее?

— Согласна. Но это один из самых сложных моментов в психологической помощи жертвам домашнего насилия. Далеко не каждая женщина готова на этот шаг. Очень часто женщины просят меня: «Помогите стать такой, как он хочет! Если я буду его устраивать, то у нас все наладится». Да и мужья, после того как жены сбегают в кризисную комнату или шелтер, начинают демонстрировать раскаяние: поджидают на улице, дарят цветы, подарки, романтические ужины, покупают туры на море… Эмоциональная зависимость жертвы от агрессора очень сильна. Он по-прежнему самый близкий для нее человек, и эту связь разорвать нелегко. В идеале можно предложить обоим супругам пройти курс коррекционной программы, но без желания мужа-агрессора это пустая затея.

— А что, его можно перевоспитать?

— Трудный вопрос. В большинстве случаев такое поведение не результат психического отклонения, а выученная модель существования в социуме. Чаще всего домашние насильники — выходцы из семей, в которых отец бил и унижал мать. Они просто не знают, что можно выстраивать отношения по-другому. Переучить их иногда можно, однако это длительный процесс — коррекционная программа занимает около полугода. А после нужна поддерживающая терапия, потому что у агрессора будет соблазн вернуться к прежнему поведению.

Станет ли закон «укротителем»?

Недавно МВД опубликовало концепцию проекта закона о противодействии домашнему насилию. Документ предусматривает меры профилактики и пресечения насилия не только в семье, но и со стороны бывших супругов или граждан, которые без заключения брака когда-либо вместе вели домашнее хозяйство. Концепция разработана на основании практики применения действующих нормативных правовых актов, проведенных научных исследований, а также наиболее эффективных методов противодействия домашнему насилию. Кроме того, в законопроекте содержатся понятийный аппарат в сфере правового регулирования работы по противодействию домашнему насилию и принципы осуществления данной деятельности. В частности, это поддержка семьи как фундаментального социального института общества и укрепление традиционных ценностей. В документе изложены возможные полномочия и порядок взаимодействия субъектов, отвечающих за противодействие домашнему насилию, а также специальные меры по оказанию помощи пострадавшим и способы превентивного воздействия в отношении бытовых агрессоров. В концепцию вписаны определения всех видов семейной тирании — физической, психологической, сексуальной и экономической. Документ уже согласован со всеми заинтересованными министерствами и ведомствами и направлен в Совет министров.

… Нет сомнения в том, что причины семейного насилия кроются в ценностных установках, мотивациях, убеждениях агрессоров, которые считают, что их поведение оправданно. Эту проблему, безусловно, нужно рассматривать шире, чем отношения между мужем и женой, где тираном является мужчина. Сын, который угнетает мать, брат, освободившийся из мест лишения свободы, истязающий брата, — это тоже относится к семейному насилию, хотя такие факты оказались законодательно в «мертвой зоне». Хочется, чтобы у нас появились программы ненасильственного общения, которые успешно действуют во многих европейских странах. В сегодняшней Беларуси они должны работать с детского сада, как только ребенок попадает в коллектив. Неконфликтному решению проблем надо учить с малых лет, при этом обучая, как нужно правильно отстаивать свои права и границы личного пространства. Если каждый из нас будет делать маленький шажок в этом направлении, поднимать вопрос, а не отмахиваться от него, то ситуация с домашним насилием начнет меняться к лучшему.

Светлана Балашова

Читайте также:

«Продам долг. Торг уместен»

Хотите экологически чистых продуктов? Выращивайте на собственных грядках!

А вы принимаете «фуфломицин»?

«Едем мы, друзья, в счастливые края, станет гастарбайтером и он, и я!»

Добавить комментарий