Курсы валют

Доллар США
2.43
Евро
Российский рубль

Погода

18..20 °C

Социум

Память Холокоста

Image 7741

27 января — Международный день памяти жертв Холокоста. Тема эта не только очень трагическая, но и весьма дискуссионная. Сегодня у нас в гостях человек, который много лет занимается ей, — руководитель Исторической мастерской имени Леонида Левина Ирина Каштелян.

— Трагедия, которую пережила Беларусь, включает в себя и трагедию еврейского народа. Через судьбы жертв военных событий мы смотрим на политику нацистов. Евреи и ромы (их у нас чаще называют цыганами) подлежали тотальному уничтожению. Ситуация отличалась для других национальностей, например, для белорусов, русских, поляков, которых не уничтожали по национальному признаку.

Накануне нашего разговора я закончила изучение материала о так называемых ненужных едоках, под которыми нацисты имели в виду людей с психическими и физическими особенностями развития. Если они к тому же еще были евреями или ромами, шансов выжить не имелось вообще.

Потому изучение Катастрофы требует особого подхода. Истребление по национальному признаку и делает Холокост исключительным явлением. Про него нужно говорить всегда.

Белорусская ситуация, когда примерно каждый третий убитый в войну был евреем, убитым только за свою национальную принадлежность, и обусловливает особенное внимание к теме Холокоста, однако при этом не умаляет значимости других категорий жертв.

— Долгое время практически все, что имело отношение к теме еврейства, относилось либо к «сионистской пропаганде», либо к антисемитизму. Насколько это соответствовало действительности?

— Я историк, изучающий послевоенное время. И, конечно же, хорошо знаю, как люди тогда выживали. В том числе и евреи в условиях антисемитизма, ставшего после войны одной из характерных черт советской жизни.

Многие буквально скрывали всевозможные детали своих судеб, связанные с нахождением на оккупированной территории, ибо это могло обернуться для них многочисленными проблемами. А если сюда еще добавлялась «борьба с космополитами» или бытовой антисемитизм, то негатив серьезно возрастал.

Безусловно, мы кардинально отличаем прошлое от того, что происходит сейчас. С удовольствием констатирую: по сравнению с советскими временами ситуация изменилась в лучшую сторону.

Объективно это связано, к сожалению, и с очень заметным уменьшением в белорусском обществе количества евреев. Холокост и эмиграция сделали свое дело.

Активного антисемитизма сейчас почти не встретишь, есть лишь некоторые рецидивы. Я бы назвала их «мостиками» в советское время. Они периодически появляются в разных исторических исследованиях или публикациях. К этому же разряду можно отнести и некоторые публичные реакции на тему Холокоста.

В целом же, на мой взгляд, сегодня в нашем обществе куда большая проблема ксенофобские настроения, а не антисемитизм.

Другое — отношение к еврейской теме на уровне государственной идеологии. Прогресс есть. Особенно после 2008-го, когда Лукашенко побывал на «Яме».

В позапрошлом году официально открыт мемориал «Благовщина» в той части Тростенца, где убили основное количество жертв, преимущественно евреев. В минувшем году в школьных учебниках наконец-то появилось понятие Холокоста, информация о депортированных евреях, наше пособие о Минском гетто было разрешено представить на официальном портале министерства образования. Это те «звоночки», которые говорят: процесс идет. Неторопливо и не всегда легко, но идет.

— Для того чтобы избавить общественное сознание от упомянутых стереотипов, и была создана Историческая мастерская?

— Годом ее создания является 2003-й. Исторически она связана с Холокостом, ибо ее здание, которому более ста лет, расположено на территории бывшего Минского гетто. Самого крупного в Беларуси и второго по размерам на территории бывшего СССР. Центральное в нашей работе — заниматься сохранением памяти и образованием. Наш проект немецко-белорусский, мы содействуем процессу примирения между Германией и Беларусью в общем, и поэтому не можем сказать, что занимаемся только темой Холокоста.

В зоне нашего внимания все трагедии потерпевших от той страшной войны. Это и «восточные рабочие», и узники концлагерей (независимо от национальности), люди с физическими или психическими особенностями развития и другие, кто стали жертвой нацизма.

Например, когда говорим о Тростенце, то понимаем, что убиты там не только евреи, которых свозили со всей Европы, но и люди других национальностей. В частности, узники «Володарки», белорусы по происхождению.

— Получается, почти 17 лет назад вы пошли в некотором смысле против течения. Всегда ли было понимание со стороны власти и общества?

— Случалось всякое. Против течения — это не только выйти с плакатом на протестный пикет, не менее трудно годами добиваться поставленной цели.

Позитивный поворот в отношении к нам произошел только через пять лет после начала работы. Приходилось тяжело. Здание не принадлежит нам, оно на балансе государства. Вот и пробовали выселить из-за непонимания, для чего мы вообще нужны — темы Холокоста в официальной историографии фактически не существовало.

И сегодня хватает белых пятен, острых углов, недомолвок…

Например, как быть с материалами о том, что в уничтожении еврейского населения в Вилейке, осуществленном тамошним СД, почти половина участвовавших (около 100 человек) были местные полицаи? Это «неудобная» тема, которую очень часто «не замечают», предпочитая говорить о том, как белорусы спасали евреев.

Или смотрите: из наших окон видно место, где раньше находилось еврейское кладбище, также место массового уничтожения времен Минского гетто, где до сих пор лежат останки жертв. У него нет пока статуса историко-культурной ценности, поэтому оно не защищено законом. Очень неприятно, когда регулярно видишь, как минчане там веселятся с алкоголем, занимаются спортом или выгуливают собак…

— Объективности ради следует отметить, что те же вилейские полицаи убивали не только евреев, но и белорусов, русских, поляков… Но правда и в том, что мне доводилось быть свидетелем, как некоторые просто прикрываются проблемой антисемитизма, находят его в любом несогласии или критике…

— На мой взгляд, у любой нации есть люди, которым проще всего навешивать какие-то ярлыки. И очень жаль, когда это мешает продуктивной дискуссии.

Чаще всего подобное происходит в отношении особенно болезненных для общества тем. К их числу относится и еврейская, но она, увы, далеко не единственная...

Александр Томкович

Читайте также:

Прыдуманая Беларусь Уладзіміра Караткевіча

Сэлфи Леонида Судаленко

«Власть вплотную подвела страну к тумблеру социального взрыва»

Антон Астапович: «Я не подстраиваюсь под чье-то мнение»

Добавить комментарий