ДВАДЦАТЬ ЛЕТ УЖЕ УПУЩЕНО… PDF Печать E-mail
10.04.2011 12:42

Ferma_142Эту историческую фразу, которая витает в воздухе и у меня в мозгу, сказал Иван Павлович Басалай — владелец личного подсобного хозяйства.

Мы с ним познакомились пять лет назад, так сказать, на почве либерального отношения к путям развития экономики. Кто он такой? Если в четырех словах, то владелец личного подсобного хозяйства (ЛПХ). При знакомстве Иван Павлович согласился высказать свое мнение по некоторым экономическим проблемам. Для меня оно даже важнее мнений известных экономистов. Потому что Иван Павлович есть производитель в формате негосударственной формы собственности, знает все изнутри. Ему и карты в руки.

 

Для начала — рассказ самого Ивана Павловича:

— Дело было во время «польского шока». Помните, как все рванули в Польшу? Ну, и я решил. Первый раз съездил — 200 долларов привез. Большие деньги по тем временам. Ну, а второй раз… Трясли сначала на нашей границе, потом на польской, а в Польше одна мошенница завезла не на тот рынок, там и места не было. Короче, прогорели мы. И я тогда подумал: у меня два высших образования, неужели я дома не смогу заработать? Вот я этим и занимаюсь: зарабатываю.

Иван Павлович окончил Минский радиотехнический институт. Буквально пунктирно его биография: были приборостроительный НИИ, изобретения и научная работа, учеба в университете марксизма-ленинизма, приглашение в райком инструктором — отказ, покупка дома под Минском, работа на птицефабрике, совмещение трех должностей, заочный юрфак БГУ, наконец, увольнение по собственному желанию из-за конфликта с директором и несогласия с контрактной системой найма специалистов. Тогда, если помните, контракт со специалистом заключался на год. Словом, конфликт был не только с директором, но и с системой.

Тут Иван Павлович вплотную занялся устройством собственной жизни и жизни родных. Подручными средствами.

Он много чего попробовал: выращивал гладиолусы и тюльпаны, помидоры и огурцы, кроликов. Наконец остановился на птице. Достиг успехов в этом сложном деле. Например, его куры не болеют и не дохнут, а яиц несут 320 штук в год (в среднем). Специалист поймет и оценит. Пользуются спросом также: египетские фараоны (японские перепелки), куры пород род-айленд белые и красные, калифорнийские серые, леггорн, индюки, утки мускусные пекинские и цесарки. Кажется, все? Нет, упустил, Иван Павлович также снабжает потребителя кормами. По благоразумной цене.

* * *

Местный мэр как-то предложил Басалаю взять землю и оформиться как фермер. Видимо, была какая-то кампания, но Иван Павлович отказался. Он работает, по его же выражению, в рамках закона «О личном подсобном хозяйстве». Он и не индивидуальный предприниматель, и не фермер. Формально. Фактически же Иван Павлович и то, и другое. Два в одном.

— Ко мне тогда могли прийти кто угодно, от пожарника до участкового, — объясняет свой отказ он. — И оштрафовать, если пожелают, или зуб на меня имеют. Зачем мне это надо?

Справедливо. Легко могут оштрафовать. Но тут еще один момент.

— Я землей почему не стал себе голову забивать? Ведь нужна техника, инвентарь, а значит, и кредиты. А это кабала, особенно в таком деле, как сельское хозяйство. Прямой путь к банкротству. Неурожай — и что потом делать? Как отдавать кредит и проценты?

Казалось бы, после Нового года начались всяческие послабления для бизнеса, в частности, директива №4. В ней 133 пункта, и это только первичные, подготовительные мероприятия. «Чтобы реализовать потенциал директивы, необходимо пересмотреть более 5 тысяч нормативных актов, законов… Предполагаю, что будут еще постановления Совмина во исполнение директивы», — считает Владимир Карягин, председатель Минского столичного союза предпринимателей и работодателей. А что думает Иван Павлович?

— Ну да, свободы как будто больше стало. На первый взгляд. Тогда почему кредиты стали давать только под залог? Знакомый мой строит магазин, и это стоит 2 миллиарда. Пока что не может ни купить стройматериалы, ни взять кредит. Квартиру в залог? Она 2 миллиарда не стоит. Ну и как ему взять кредит?

Такое впечатление, что «наш бронепоезд» застоялся на запасных путях. Дали сигнал к отправлению, а угля в топках нет, снаряды-патроны не подвезли, да и машинист какой-то неопытный — толком не знает, на какой рычаг давить, чтобы поехало.

— Сейчас по всей стране эксперименты идут: а давайте так сделаем или этак. Никто ведь не знает, чем кончится. Хорошо, поэкспериментируйте на 10, на 100 человеках, посмотрите, что выйдет. А потом принимайте законы, давайте ваши директивы…

Куда поедет «наш бронепоезд», поедет ли вообще — пока не совсем понятно. Ясно только одно: давать гудок к отправлению надо было еще 20 лет назад…

* * *

Продолжим о них, потерянных годах.

У Ивана Павловича двое сыновей и дочка. С одним из сыновей возникла проблема, он уже три месяца ждет, когда его возьмут в некую фирму. Но не берут. Там ему обещали зарплату в полтора миллиона. Не Бог весть какие деньги, зато работа непыльная. Отец предложил: а давай-ка поработай у меня, платить буду 50 тысяч в день, вот тебе твои полтора миллиона. А сын не хочет. Вот это я уже не понимаю — видно, мое поколение еще успели приучить к любому труду на благо собственного брюха. С нынешним получилось немножко не то?

Вроде бы деньги сын имел бы те же самые. Но не те. Отчасти я его логику понимаю, он хочет обитать в среде «офисного планктона», обложенный ноутбуками и мобильниками, куда-то звонить, чего-то решать — быть как все теперь. Сын уже как бы в пределах досягаемости информационного общества, папа все еще несколько в другом.

— Они хотят все и сразу, — задумчиво рассуждает Иван Павлович. — Как Корейко.

— Как Бендер, — автоматически поправляю.

— Да, как Бендер, на блюдечке с голубой каемочкой. Но ведь как не поверни, даже Корейко свои миллионы заработал неправедным трудом, умом и беспредельным нахальством. Попробуйте украсть эшелон с продовольствием, идущий в голодающее Поволжье!

Иван Павлович сразу отсекает всякие рассуждения иронической улыбкой. Тем не менее:

— Вы знаете, — подводит он черту под темой, — раньше надо было думать… Сразу переходить на рыночную модель, учиться плавать и детей прямо с детского сада приучать к тому, что ничего из ничего не бывает…

Это так, да и молодые все прекрасно понимают. Работать они хотят — другого способа прожить и выжить пока не изобрели. Только они хотят работать в иных условиях. Вот этого нынешнее общество им предложить не может. А ручной труд, которого у нас не меньше 90%, их не привлекает. Границы открыты, интернет никто не отключал — узнавай и сравнивай, где лучше. У них: последняя модель авто, квартира в городе и дом за ним; у нас: квартира в городе, кредит за которую выплачивать будут дети, и подержанная иномарка. Ну и где лучше? Там, где нет нас…

Кстати, о труде. Как Иван Павлович поднял троих своих детей? С помощью двух коров и бычка с телкой. Одна корова давала 30 литров молока в день, а ее мама и вовсе 60. Скотина приносила до 300 долларов месячного дохода. Правда, вставать приходилось в 4 утра, а ложиться не раньше полуночи.

Одним словом, у отца были вот такие обстоятельства жизни, а у детей совсем другие. Конфликт отцов и детей, наверное, происходит также из социально-экономических условий общества?

* * *

Поговорим о покупателях. То есть о нас с вами. Это всегда интересно. Покупая, мы одновременно выпячиваем свой и характер, и ментальность, а также и свою покупательную способность как индикатор состояния экономики.

— Индюшек в цельном виде у меня покупают не так часто. Но покупают. Это стоит от 200 до 400 тысяч, — делится конфиденциальной информацией Иван Павлович. — Чаще берут уток, до 30 тысяч за штуку.

— То есть у вас покупатели с разным достатком?

— А как же. В городе есть магазины для бедных и богатых, у меня все в одном флаконе.

— А почему к вам народ идет? Чем вы его купили, чтобы он у вас купил?

— Ну, теперь же везде талдычат о здоровом образе жизни, без химии. Я гарантирую, люди это знают и идут.

Что касается психологии покупателя, то она за 2 тысячи лет с рождества Христова нисколько не изменилась. Иван Павлович приводит пример. Когда-то он продавал на рынке кроликов. Подошел покупатель: сколько? 21 тысяча, могу за 20. Отходит. Возвращается уже с купленным у кого-то кроликом. И сколько отдал? — интересуется Иван Павлович. — Да 20 тысяч, — несостоявшийся покупатель несказанно рад. — Просил 23, а отдал за 20. Скидка больше, понимаешь.

Ну и что вот с таким делать? Да ничего. Иметь в виду, учитывать и приспосабливаться к нему. Производство, потом торговля и рынок — тонкая вещь, которую мы забыли, а теперь очень-очень быстро вспоминаем. Потому что жареный петух в темечко уже клюнул…

* * *

Иван Павлович показывает три толстых блокнота: там телефоны и адреса заказчиков — товар им доставляется на дом. Конечно, в городе проще, пошел в супермаркет и купил. Но вот какая штука: в супермаркете десяток яиц стоит до 4400 рублей, а при выходе с птицефабрики тот же десяток тянет на 2300. В чем дело? Да все очень просто, прежде чем дойти до покупателя, несчастное яйцо обрастает всевозможными наценками, суть которых одна: дать заработать очередному посреднику. С нашей помощью. Таким образом, кто-то производит продукт, кто-то его перевозит, кто-то продает дальше, кто-то непосредственно нам, потребителям. Слишком длинная цепочка, в которой последним звеном опять оказываемся мы. Обидно покупать яйца по такой цене, зная, что стоят они гораздо дешевле. Во многих знаниях многия печали…

У знакомого фермера случилась беда: сначала он сам заболел, потом жена. Хозяйство осталось само по себе. Дети были, но аграрная деятельность их не очень интересовала. Ферма потихоньку затухает, надо думать, затухнет окончательно. Жаль, но тогда понятно, почему количество фермерских хозяйств у нас никогда не доходило даже до 3 тысяч. Дети насмотрелись на войну родителей с системой и пришли к выводу, что победить ее нельзя.

Или можно?

Мне уже не 20 лет, в пользу революций давно не верю. Обычное дело: в 50 лет становишься консерватором, предварительно побывав ультрарадикалом. Это полезно — проходить все положенные этапы развития. Как консерватор, я думаю, что люди сами сменят одну систему на другую. Более удобную и предсказуемую. При которой ты живешь, выполняя свои, нигде не прописанные обязательства, а система — свои. Тоже не прописанные, но очевидные. По-другому не бывает, и быть не должно. Но двадцать лет все-таки упущено. Бездарно и глупо…

Сергей ШЕВЦОВ

Обновлено 25.04.2011 07:16
 

Добавить комментарий

Внимание! Перед добавлением комментария помните, что его прочтут другие пользователи и авторы комментируемого Вами материала. Будьте уважительны друг к другу и старайтесь обходиться без сленговых и нецензурных выражений.


Защитный код
Обновить

Последние добавления

972.
Ну вот и подняли тарифы ЖКХ. А ведь кое-кто утверждал, что наше прав.....
971.
Вовочка, услышав, как мурлыкает кот, бежит к отцу-автомеханику: — Па.....
ПРОТИВ ДМИТРИЯ ДАШКЕВИЧА ВОЗБУЖДЕНО НОВОЕ УГОЛОВНОЕ ДЕЛО
Лидеру «Молодого фронта» грозит еще один год лишения свободы. .....
«НАДО ОТЫСКАТЬ СПОСОБ РАЗГОВАРИВАТЬ НЕ ЯЗЫКОМ САНКЦИЙ»
Посол Литвы в Беларуси Линас Линкявичюс заявил, что Вильнюс и Минск...
МИД ИЗРАИЛЯ СЛЕДИТ ЗА СИТУАЦИЕЙ С ПРАВАМИ ЧЕЛОВЕКА В БЕЛАРУСИ
Глава отдела Евразии израильского МИД Яаков Ливне 18 июля на пресс-к.....

Самое популярное за месяц

службы мониторинга серверов