ТЕХНОЛОГИЯ БОЛЬШОГО ОБМАНА PDF Печать E-mail
28.02.2010 12:30

big_obmanАвтор задает всего лишь один вопрос власти: подписывая свои указы о компенсациях, хочет ли она, власть, буквального их исполнения?

Кто не помнит начало 90-х прошлого века? Только те, кого тогда еще на свете не было. Или те, кто был слишком мал, чтобы помнить. Зато их родители помнить должны очень хорошо. Чтобы юному поколению было более понятно: весьма трудно было купить даже пачку сигарет. Их не было. В Минске сигареты продавали в кассах стадиона «Динамо». Очереди были такие, как будто приехала сборная мира по футболу. На руки выдавали по пять пачек жуткой «Астры».

Самое интересное, что отголоски того времени слышны до сих пор.

* * *

Недавно мне позвонили и сообщили, что умерла Ефросинья Петровна Бирюлина. Широкой общественности ее имя ничего не говорит. Я же ее помню прекрасно, так как пытался помочь ей в поисках справедливости. Это сейчас автор наконец понял, что справедливости как таковой не существует. Тогда еще верил в нее.

Дело было в 2000 году. Десять лет назад, времени прошло не так уж и много. Казалось бы, дело все же прошлое, зачем ворошить? Да только дело это касается взаимоотношений государства и народа. А это всегда актуально. Особенно теперь, когда государству приходится отвечать по своим обязательствам. И вот вопрос: как оно собирается это делать? Можно ли ему, государству, верить?

Началось все с того, что в начале 90-х Ефросинья Петровна Бирюлина приобрела за 10 тысяч советских рублей облигацию государственного целевого беспроцентного обязательства. Объясню: товарных запасов в стране на тот момент практически не было. Чтобы продать что-то, нужно сначала что-то сделать. С этой целью государство через облигации одалживало у населения деньги и обязалось продать будущий товар. Такая несложная комбинация. У Ефросиньи Петровны была цель: купить для дочки и зятя автомобиль «Москвич». Сейчас и завода-то, выпускавшего «москвичи», нету, а тогда «москвич» еще был желанным товаром. Иномарки еще не стали ввозить в массовом порядке, они были редкостью.

Между прочим, купить облигацию было непросто. Требовалось согласие трудового коллектива и чистая (без пятен) биография. Предполагалось, что выдача товаров будет осуществляться на протяжении 1991 г. Возможно, так оно и было бы, если б не одна досадная мелочь: в 1991 г. Союз приказал долго жить, а вместо одной страны получилось много. Народ тогда был не такой покладистый и потребовал либо товар, либо деньги. Поэтому проблему попробовали решить.

1992 год. Россия и Беларусь заключают соглашение, договариваются, что стороны будут нести издержки по обслуживанию и погашению обязательств 1990 г.

1993 год. Совмин Беларуси принимает постановление о выкупе облигаций.

1995 год. Конституционный суд РБ рекомендует Совмину исполнить обязательства по облигациям.

В дальнейшем бумаги подобного рода все множились и множились. Что же Ефросинья Петровна? А она осталась при своей облигации. И начала долгую, трудную, но бесполезную борьбу за свои деньги.

* * *

В 2000 году Ефросинье Петровне было уже 85 лет. Из квартиры она не выходила. Одна дочь была тяжело больна, вторая жила в Саратове, сын — в Москве. Ефросинья Петровна жила одна и уже привыкла. И что ей оставалось? Вести свою тихую борьбу.

Логика у нее была простая: за 10 тысяч рублей в 1990-м можно было купить машину, соответственно, эта возможность должна быть и в 2000 году. Между тем народ устал ждать. 99% держателей облигаций их сдали, получив взамен символические суммы. 1% — продолжал упорствовать и не сдавал. Ефросинья Петровна к этому 1% и принадлежала. Кстати, держателей облигаций в Беларуси было 78 тысяч. К 2000 году их осталось около 700. Сколько их осталось сейчас — неизвестно. Две-три сотни. Или меньше?

Самое первое постановление Совмина по облигациям датировано 1992 годом. Тогда за 10 тысяч можно было получить 16 тысяч, примерно сотую часть номинала. В 1993 году уже можно было иметь 50 тысяч — это еще меньше. Леонид Александрович Скалуба тоже имел облигацию. Он долго думал и решался, наконец сдал ее. В результате купил чудесную эмалированную кастрюлю. Вдумайтесь, за 10 тысяч советских рублей — кастрюлю. Вместо «москвича» — кастрюлю. «Купили» обладателей облигаций просто и изящно: будто бы облигации СССР теряют силу на территории независимой Беларуси. Все и побежали сдавать.

Когда эти 99% поняли, что их элементарно «кинули», то начали свою войну. Результат? Помянутый выше Леонид Скалуба обошел все мыслимые инстанции, был на приеме даже у высших церковных иерархов. Все говорили одно: правда на вашей стороне, но ничем помочь не можем. Результат нулевой.

Вот что мне интересно. Если бы чудо все-таки случилось, государство вдруг стало бы платить по счетам — о каких суммах шла бы речь? 40, 50, 60 млн рублей? Допустим. Допустим также, что из 78 тыс. держателей облигаций в живых осталась половина. Смогла бы власть изыскать средства на выплату? Как она сможет это сделать, если на 1 января 2010 г. государственный долг был 7,9 млрд долларов? Он растет и растет. И оплачивать его будем опосредованно и мы. Опосредованно — это значит через рост цен и снижение реальных доходов.

А как там у наших, так сказать, братьев по крови?

В России в 1995 году был принят соответствующий закон. Принят Думой, одобрен Советом Федерации и подписан Б. Ельциным. Самое удивительное — он выполнялся! По словам покойной Ефросиньи Петровны, дочь и сын, живущие в России, по этим облигациям получили нужные товары. Больше того, можно было даже открыть валютный счет.

Беларусь, как всегда, пошла по своему пути.

* * *

Думаю, стоит рассказать о технологии борьбы Ефросиньи Петровны. Как говорится, в назидание потомкам.

А технология-то проста — писать письма в инстанции. Скажем, в Конституционный суд. Оттуда Бирюлиной в свое время ответили, что решения КС обязательны для исполнения на территории РБ всеми государственными органами, организациями, предприятиями и ответственными лицами. Правда, функции контроля на КС не возложены. Так что в нашем правовом государстве решения КС, мягко говоря, не всегда выполняются. Решение суда было справедливым, но свою облигацию Ефросинья Петровна отоварить не смогла.

Из Национального банка Бирюлина получила один ответ, а из «Беларусбанка» — семь. Нет смысла их цитировать. Разве что вот эти строки: «…Республика Беларусь приняла на себя обязательство погасить в соответствующей доле долги бывшего СССР… обязательство по удовлетворению прав собственников облигаций лежит на государстве». Сами признали, что, впрочем, дела не меняло.

Из других ответов узнаем, что «Беларусбанк» наличные выдавать не будет, расчеты только безналичные, а при разработке суммы компенсации использованы индексы потребительских цен с 1991 по 1996 годы. Наконец банк предупредил, что переписку с Е.П. Бирюлиной прекращает. Такая красивая жирная точка: а шиш тебе, бабка…

Из Минфина туманно сообщили, что выплаты все-таки в принципе будут. Для общего развития это было интересно, для личного кармана — нет.

В конце концов, Ефросинья Петровна дошла до точки и подала иск аж на Совет Министров РБ. Дисциплинированно прошла все стадии процесса до Верховного Суда. В иске ей было отказано. Да, еще была Генпрокуратура, которая оснований для протеста на решение ВС не нашла.

21 апреля 1998 г. свет увидел указ президента РБ «О компенсации обесцененных вкладов облигаций целевого беспроцентного обязательства 1990 года на приобретение товаров длительного пользования (ценных бумаг)». И Ефросинья Петровна пошла по второму кругу, так как указ вышел уже после окончания ее судебных приключений. Как вы понимаете, и второй круг ада кончился ничем…

Создалась любопытная ситуация. Есть указ, есть механизм его реализации, есть органы, которые этим должны заниматься. Однако сумму (уже «москвич» потерял свою актуальность), на которую рассчитывала Ефросинья Петровна, она так и не получила. И уже не получит. Думаю, ее наследники этого тоже сделать не смогут. И все наследники тех 78 тысяч держателей облигаций не смогут.

Что мы имеем в сухом остатке? Государство на протяжении 20 лет играло в кошки-мышки со своими гражданами, чтобы за это время униженные и обманутые отошли в мир иной, а их наследники просто забыли об этой неприятной истории. Но именно поэтому и не стоит забывать. Иначе все повторится. Или уже повторяется?

* * *

Если вдуматься, то никак иначе история с облигациями закончиться не могла. Если вы забыли, то стоит напомнить: все мы строили социализм. Власть убедила нас, что это возможно. Но средств на строительство у власти не было. И она занимала эти средства у нас. Занимала также здоровье и жизни. Вы помните, чтобы власть когда-нибудь отдавала долги? Все и сполна? Ну так чего хотели обладатели облигаций?

Они отдали все и хотели вернуть хотя бы малую часть. Пожить остаток дней. Но их, как выражается «братва», «кинули». Раз, два, три и… еще много раз. Среди обычных людей принято: я одолжил у тебя рубль до зарплаты, я и отдал этот рубль. В случае с нашим государством все немного иначе. Или вы назад ничего не получите, или получите вместо рубля копейку. Тут у них такая арифметика. Называется — государственная целесообразность. Но если у вас такая целесообразность, то при чем здесь люди, которые это государство строили? Они верили в него, как дети. А обманывать детей — грех вдвое, втрое больший…

У Ефросиньи Петровны жизнь была не лучше и не хуже, чем у других. До войны она воспитывала, поднимала на ноги брата. Подняла. 1 февраля 1945 года он погиб в Польше уже в звании майора. Дальше была работа, работа и еще раз работа. Таких судеб — тысячи и тысячи. И от этого факта как-то не получается отмахнуться.

Я все понимаю. У нас продолжается переходный период, когда закончится — одному Богу ведомо. Да и куда мы в конце концов переходим, тоже непонятно.

Больше всего меня поразило в этой давней истории вот что: Ефросинья Петровна ни в коей мере не осуждала президента. Виноваты, мол, те, кто должен был исполнять его указ. Они — плохие. Теперь понимаю, что по-другому она и не могла думать. Не стоит ее укорять. Ее так воспитали. Она честно несла свой крест «строителя коммунизма», в этом и состоял смысл ее жизни.

Но автор — совсем из другой оперы. Поэтому он задает всего лишь один вопрос власти: подписывая свои указы о компенсациях, хочет ли она, власть, буквального их исполнения? Я имею одну только просьбу к власть имущим: вы все же напишите такую бумагу, надежную, абсолютную, чтобы хотя бы потомки этих «кинутых» могли получить то, что заработали их деды и отцы, но получить не успели.

Может, тогда вам и поверят…

СЕРГЕЙ ШЕВЦОВ

Обновлено 06.03.2010 20:33
 

Добавить комментарий

Внимание! Перед добавлением комментария помните, что его прочтут другие пользователи и авторы комментируемого Вами материала. Будьте уважительны друг к другу и старайтесь обходиться без сленговых и нецензурных выражений.


Защитный код
Обновить

Последние добавления

972.
Ну вот и подняли тарифы ЖКХ. А ведь кое-кто утверждал, что наше прав.....
971.
Вовочка, услышав, как мурлыкает кот, бежит к отцу-автомеханику: — Па.....
ПРОТИВ ДМИТРИЯ ДАШКЕВИЧА ВОЗБУЖДЕНО НОВОЕ УГОЛОВНОЕ ДЕЛО
Лидеру «Молодого фронта» грозит еще один год лишения свободы. .....
«НАДО ОТЫСКАТЬ СПОСОБ РАЗГОВАРИВАТЬ НЕ ЯЗЫКОМ САНКЦИЙ»
Посол Литвы в Беларуси Линас Линкявичюс заявил, что Вильнюс и Минск...
МИД ИЗРАИЛЯ СЛЕДИТ ЗА СИТУАЦИЕЙ С ПРАВАМИ ЧЕЛОВЕКА В БЕЛАРУСИ
Глава отдела Евразии израильского МИД Яаков Ливне 18 июля на пресс-к.....

Самое популярное за месяц

службы мониторинга серверов