TOP

«ГРАЖДАНЕ КАЖУТСЯ ИМ НАЗОЙЛИВЫМИ МУХАМИ»

Решения чиновников о застройке вызвали ряд конфликтов с местными жителями и общественными активистами. Однако этим локальным противоречиям, уверены эксперты, не суждено стать основой для зарождения политической протестной активности или взаимодействия власти с гражданским обществом. 

13 февраля стало известно, что власти остановили как минимум до мая скандальное строительство на окраине Минска рядом с местом захоронения жертв сталинских репрессий развлекательного комплекса «Бульбашъ-холл». Об этом сообщили представители гражданской инициативы «За спасение Куропат».

Ранее общественные активисты утверждали, что эта стройка нарушала границы историко-культурной зоны урочища Куропаты.

Сооружение гостиницы «Пекин» на берегу Свислочи в парке 40-летия Октября, намерение снести автовокзал «Московский» под застройку «Газпрома», уплотнение в Уручье и слухи о строительстве общежития для гастарбайтеров в Степянке — вот лишь несколько конфликтных сюжетов последнего времени, связанных со строительными планами минских властей.

В отсутствие реальной политической жизни в стране даже такие бытовые, по меркам демократических стран, неурядицы привлекают пристальное внимание независимых СМИ. Однако каков реальный потенциал этой борьбы недовольных жителей с местными властями?

Гражданская активность в строгих рамках

Протесты граждан против действий местных властей — это активность особого рода. В такой борьбе участвуют чаще всего не политизированные люди, а те, кто нацелен на достижение практического бытового результата.

По оценке активистки кампании «Говори правду» Татьяны Короткевич, которая непосредственно представляет группы граждан, выступающих против решений о застройке, люди готовы к активным действиям, таким как сбор подписей, средств, проведение общественных обсуждений и даже походы в суд для защиты своих прав.

Однако о политических протестах или массовых акциях даже речи не идет. «Все граждане, которые к нам приходят, хотят протестовать только в рамках закона», — поясняет собеседница. Закон же о массовых мероприятиях в Беларуси де-факто запретительный.

Да и не ставят участники таких спонтанных протестов перед собой политических задач. По словам Татьяны Короткевич, для общественных активистов «цель такой работы — свести к минимуму конфликты между властью и гражданином, привести эти отношения к гармонии, согласованности, чтобы люди доверяли сегодняшней власти».

При этом от чиновников на местах трудно ожидать гибкости в налаживании диалога власти с обществом. По словам активистки, культура общения с людьми есть только у некоторых государственных служащих, да и то высокого ранга.

Причину этого Татьяна Короткевич видит в отсутствии реальных полномочий на низовом уровне: «Местные чиновники не принимают решений, все эти граждане кажутся им назойливыми мухами».

«Малые дела» приносят отдачу

В Беларуси любое групповое выяснение отношений граждан с властью чревато сползанием в политику. И особенно когда к этому процессу подключаются организации политической направленности, например, кампания «Говори правду». Однако эксперты уверены, что речь идет о взаимовыгодном сотрудничестве.

Общественно-политические движения через «малые дела» набираются опыта в работе с гражданами, а в случае успеха еще и получают определенную электоральную поддержку.

Политолог Юрий Чаусов уверен, что и заинтересованные общественные группы иногда могут добиваться своих целей, угрожая властям привлечь к делу политические структуры: «Местная власть боится политизации в своем районе».

Татьяна Короткевич добавляет: «У нас есть свой опыт общения с чиновниками, а случаев, чтобы в таких вопросах политики мешали гражданам, не было». Общественная активистка приводит пример с «общежитием для гастарбайтеров» в столичной Степянке: «Сам застройщик под нашим давлением решил написать расписку с гарантией о том, что там не будет общежития».

Юрий Чаусов напоминает и о самом актуальном успешном примере. После бурного недовольства в СМИ и противодействия организаций гражданского общества Министерство культуры наложило временный запрет на строительство «Бульбашъ-холла» в Куропатах.

Записываться в оппозицию граждане не спешат

Несмотря на успешные примеры отстаивания своих прав и твердость граждан в подобных вопросах, ничего большего, чем решение местных прикладных задач, от таких протестов ждать не стоит.

По мнению Юрия Чаусова, «трансформации этого локального протеста в более широкие общенациональные протестные движения, скорее всего, не случится». Система власти в Беларуси такова, что она от подобных акций не пошатнется, уверен политолог.

Но вместе с тем, ожидания ряда оппозиционных политиков от подобных проявлений гражданской активности довольно сильны. И связано это в первую очередь с отсутствием подлинной политической борьбы в стране.

Юрий Чаусов напоминает, что в демократических странах контроль над властями посредством подобной локальной активности сочетается с выборами: «Парадокс Беларуси в том, что у нас нет этого основного института влияния на власть».

Политолог поясняет: «Заинтересованная общественность слишком много вкладывает в эти дополнительные механизмы в силу того, что традиционные механизмы электоральной демократии не действуют».

Местная власть элементарно не привыкла быть подотчетной населению. Далеко не все руководители понимают такой формат взаимодействия с обществом, как диалог.

Татьяна Короткевич привела в пример показательную фразу чиновника из Минстройархитектуры, к которому пришла на прием с группой недовольных граждан: «Государство занимается экономикой, оно не занимается политикой».

До тех пор, пока подобное понимание своей работы будет господствовать в умах государственных служащих, ждать становления полноценного партнерства с обществом не стоит. А тотальный контроль над политической жизнью в стране не позволяет надеяться, что локальные протесты против застройки могут вырасти в организованную политическую активность.

Артем ШРАЙБМАН, БелаПАН