TOP

Михаил Пастухов: «Предварительное следствие осталось зависимым»

Сегодняшний разговор — о проблемах предварительного следствия.

В рамках «Европейского диалога о модернизации Беларуси» мы продолжаем разговор с доктором юридических наук, профессором М.Пастуховым о реформировании правовой сферы.

— Михаил Иванович, в сентябре 2011 года А. Лукашенко подписал указ о создании Следственного комитета Республики Беларусь как военизированного ведомства. В его состав «зачислены» следователи из Прокуратуры, МВД, Комитета государственного контроля (следователи КГБ остались в своей организации). Решило ли новая структура проблему качества предварительного следствия?

— Следует признать, что оно улучшилось. В то же время, как это ни парадоксально, в последние годы увеличилось число оправданных лиц. Например, как следует из данных судебной статистики, в 2012 году по расследованным делам постановлено более 250 оправдательных приговоров. Причем многие из оправданных находились под стражей и обвинялись в совершении тяжких и особо тяжких преступлений. Значительная часть уголовных дел прекращена в досудебном производстве.

Так, что говорить о коренном улучшении ситуации в сфере предварительного следствия, на мой взгляд, не приходится. Многие старые проблемы остались и после создания СК.

— О чем речь?

— Прежде всего, предварительное следствие как было зависимым, так и осталось, даже в большей степени, чем прежде. Теперь им «командует» сам глава государства. Примером может служить возбуждение уголовного дела в отношении генерального директора «Уралкалия» Владислава Баумгертнера и К. Ясно, что следственные органы сами не решились бы на такой шаг.

Гарантии защиты прав подозреваемых (обвиняемых) в ходе предварительного следствия не усилились. Во всяком случае, можно констатировать: лица, находящиеся под стражей, остаются фактически беззащитными (к ним даже могут не допускать нанятых адвокатов).

Следует иметь в виду, что значительная часть уголовных дел по-прежнему расследуется органами дознания, а именно: органами внутренних дел и государственной безопасности, департаментом финансовых расследований, командирами воинских частей, начальниками учреждений, исполняющих уголовное наказание и др. К таким делам нередко привлекаются сотрудники, далекие от юриспруденции. Поэтому о качестве здесь говорить не приходится.

В резервном следственном аппарате почему-то оставлены следователи органов государственной безопасности. Невзирая на установленную законом подследственность, они ведут расследование по различным категориям уголовных дел. Это ставит под сомнение саму идею создания СК.

— Теперь всех следователей одели в военную форму и заставили подчиняться воинской дисциплине. Для чего?

— Мне думается, по нескольким причинам. Во-первых, большая часть этих людей ранее уже носила форму. Поэтому ее и не сняли, только унифицировали. Во-вторых, воинские звания дают дополнительные стимулы и желание выслужиться, а также молча «сносить все тяготы и лишения». В-третьих, отличная зарплата, различные премиальные за достижение результатов, скорый выход на пенсию (через 20 лет) и высокие размеры получаемых пенсий. Тем самым, следователи из интеллектуалов (шерлок холмсов) превратились в военных людей, для которых достижение поставленных задач — главный ориентир в работе.

Но куда важнее другое.

На мой взгляд, создание Следственного комитета неправомерно и вступает в противоречие с Конституцией и Законом «О прокуратуре». Согласно Конституции (п.5 ст.84), при Президенте могут образовываться лишь «консультативно-совещательные» органы и только в установленном законом порядке. А здесь — указом и такой могущественный орган, который может стать «карающим мечом» в отношении оппонентов нынешней власти. К тому же при подобном подчинении следователи утрачивают свою самостоятельность и независимость и становятся «людьми Президента». По сути, они выводятся из-под контроля прокуратуры.

Следует также отметить, что Закон «О прокуратуре» от 8 мая 2007 г. (ч.3 ст.4) закрепляет ее право проводить предварительное следствие в случаях, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом. Это означает, прокуратура должна иметь свой следственный аппарат. Между тем, ее следователей включили в состав нового ведомства.

— Неожиданный зигзаг в нашей беседе. Получается, СК нельзя было создавать при президенте?

— Да, я лично придерживаюсь такой позиции и считаю, что его следовало организовать как самостоятельный департамент в составе Прокуратуры. Тогда бы следователи расследовали уголовные дела, а прокуроры — осуществляли надзор за ходом следствия. Все законно и логично. Санкции на заключение под стражу должен выдавать суд в результате изучения собранных по делу материалов. Это усилит гарантии прав лиц, подозреваемых и (или) обвиняемых в совершении преступлений.

То есть, в целях восстановления законности и эффективности предварительного следствия нам надо, как минимум, поменять место «дислокации» СК, интегрировав его в структуру Прокуратуры Республики Беларусь.

Владимир ЖУРАВОК