TOP

Путин хотел показать кулак Западу

Немецкий эксперт по России, профессор Эберхард Шнайдер прокомментировал DW речь российского президента Владимира Путина перед Федеральным собранием, а также оценил последствия присоединения Крыма к России для отношений Москвы и Запада. 

По мнению эксперта, Путин сейчас не способен к диалогу, а Запад и Россия скатываются в новую «холодную войну», которая может продлиться 10 лет.

— Профессор Шнайдер, президент России Владимир Путин подписал договор о включении Крыма и Севастополя в состав России в качестве новых субъектов федерации. Какое впечатление произвела на вас его речь, этому предшествовавшая?

— Я отметил, как часто он ссылался на Запад, на США. Для него это явно мерило. Он занимался обычным для него передергиванием фактов. Перечислил, что делали США, в каких странах. Аргументация странная. Если уж ты упрекаешь США в нарушениях международного права, то из этого не следует вывод: что им позволено, то нам уж и подавно.

А потом он начал выказывать понимание и сочувствие Майдану. Высказался против, я бы сказал, насквозь проворовавшегося режима Януковича, но ни словом не упомянул изначальный толчок к появлению Майдана — отказ Януковича подписать договор об ассоциации с ЕС. Путин не привел ни одного доказательства плохого обращения с русскими в Крыму, оправдывающего российское вмешательство. Он прямо заявил, что Россия будет всегда защищать интересы русских в Украине. Что он имел в виду? Угрозу продолжения интервенции в Восточной Украине?

— Президент США Обама и канцлер Германии Меркель без конца названивают Путину. Никакие доводы на него, судя по всему, не действуют. Напротив, он себя позиционирует как защитника демократии от двуличного Запада, который делает ставку на грубую силу. Что такая позиция сулит нам в будущем?

—Я лично считаю, что Путин в данный момент не способен к диалогу. Все эти звонки Путину ничего не дадут. Андрей Илларионов, по-моему, прав, когда говорит, что Путин в данный момент абсолютно глух. У него историческая миссия: собирание земель советских. У Ангелы Меркель ведь тоже сложилось впечатление, что Путин оторвался от реальности.

— Российская пропаганда представляет действия России в Крыму как победу над украинскими националистами и фашистами. Переходное правительство в Киеве Москва не признает. Путин в своей речи говорил об антисемитах и нацистах, которых курирует Запад. Насколько опасна такая словесная эскалация?

— Я уже слышать все это не могу. На этом построена вся российская пропаганда. Смотрите, «Правый сектор» на Украине — это 0,2 процента, всеукраинское объединение «Свобода» — от силы 2 процента. И даже от антисемитских высказываний отдельных личностей «Свобода» давно открестилась. Тут российские СМИ выстраивают образ врага. Но я хотел бы затронуть еще один важный момент. Если бы для Путина речь шла только о Крыме, можно было бы обговорить проблемы с правительством в Киеве. Можно было провести референдум месяца через два, чтобы была честная предвыборная борьба. Нельзя же устраивать референдум под дулами автоматов. Все можно было обставить иначе. Но нет, Путина интересовал не столько Крым. Он хотел показать кулак Западу. Он воспринял победу Майдана и свержение Януковича как личное оскорбление. Вполне возможно, что жители Крыма и в нормальных условиях высказались бы в пользу России. Но Путин, это я услышал в его речи, чувствует себя лично униженным, мол, вы на Западе меня всерьез не воспринимаете, вы делаете, что хотите.

— Аннексия Крыма, пропаганда на государственном телевидении, кулак Западу — всем этим Путин поднял волну урапатриотических настроений в самой России. Удастся ли ее погасить? Или нужны новые шаги, чтобы рейтинг Путина не падал. Кто следующий — Восточная и Южная Украина, Восточный и Северный Казахстан?

— Не только это. Путину явно нужен образ врага из-за внутренних проблем в России. Экономический рост в ближайшие годы составит, по прогнозам, от 1,6 до 2,1 процента. А чтобы финансировать программу вооружений, нужны минимум 6—7 процентов. По современным технологиям Китай давно обогнал Россию. Путину нужен образ врага, чтобы объяснять населению: это все санкции Запада, я ничего не могу поделать. На самом деле ситуация такая, как во времена «холодной войны». Где следующий этап? Я бы сказал, присоединение Южной Осетии. Следом — Абхазия. Потом — Приднестровье. Самый жгучий вопрос — что станет с Восточной Украиной.

— Профессор Шнайдер, нам только грозит новая «холодная война» или она уже началась?

— Я считаю, что мы в нее скатываемся. И продлиться она может 10 лет, пока Путин останется на посту президента. Он не способен к диалогу. Мне кажется, он даже готов мириться с тем, что его курс наносит вред самой России. Ему это все равно.

DW