• Погода
  • +23
  • EUR3,0262
  • USD2,4954
  • RUB (100)3,4673
TOP

Александр Сытин: «Конфликт с Беларусью в том или ином виде неизбежен»

Интервью журналиста «Еврорадио» Д. Лукашука и А. Сытина, а также выдержки из нашумевшей статьи «Анатомия провала: о механизме принятия внешнеполитических решений Кремля».

На последней пресс-конференции А. Лукашенко признался, что знаком с содержанием нашумевшей статьи «Анатомия провала: о механизме принятия внешнеполитических решений Кремля» доктора исторических наук, бывшего научного сотрудника Российского института стратегических исследований (РИСИ) Александра Сытина и хотел бы прочитать интервью этого человека журналисту «Еврорадио» Д. Лукашуку. В статье рассказывается, как Россия готовится создать в Беларуси сильное пророссийское движение, способное не только оказывать воздействие на общественное мнение, но и изменять политику и руководство страны в нужном России направлении.

Мы публикуем интервью (с незначительными сокращениями) журналиста «Еврорадио» Д. Лукашука и А. Сытина, а также выдержки из этой статьи.

— Белорусско-российские взаимоотношения в 2014 году — какими они, по вашему мнению, были?

— Произошли серьезные изменения во взаимоотношениях. Прежде всего, потому что Беларусь заняла такую позицию в вопросе присоединения Крыма и в вопросе российско-украинского конфликта, которая Россию не устроила. Соответственно, в России начали нагнетаться антибелорусские настроения, появилась антибелорусская риторика. Она направлена как против руководителя Беларуси Александра Лукашенко, так и против белорусской государственности. Разумеется, это вызвало ответную реакцию с белорусской стороны. Известно, что существуют белорусские националистические круги, в том числе экспертные и среди СМИ, и я могу констатировать, что в прошлом году началась если не информационная война, то значительное похолодание в отношениях двух стран. По моему мнению, это похолодание прежде лежит на российской стороне, которая не хочет воспринимать Беларусь как полноценное государство, а хочет видеть в качестве своего сателлита.

— В чем это проявляется?

— Идет волна агитации на тему, что Беларусь недостаточно развита экономически, что она существует за счет российской экономики и так далее. Более того, Беларусь сильно разочаровалась результатами Таможенного союза и перспективами Евразийского союза. Что понятно, ведь Беларусь рассчитывала на льготные поставки энергоносителей и на то, что получит в России рынок сбыта для своей продукции. Не получила ни того, ни другого: вопрос о льготных энергоносителях был отложен, а вопрос с рынком сбыта завис из-за кризиса в России, обвала рубля и того, что Россия обвинила Беларусь в реэкспорте европейской продукции.

Из этого следует, что Беларусь, привязанная рядом своих транспортных и торговых интересов к Евросоюзу, будет так или иначе поворачиваться в сторону ЕС. Тем более что Беларусь очень не заинтересована в ухудшении отношений с Киевом. И на сегодня ситуация такова, что в неофициальном информационном пространстве нагнетается военная риторика, которая постепенно переходит и в официальное информационное пространство. Правда, тому, кто гуляет ежедневно по Москве, это в глаза не бросается, но посмотрим, что будет в феврале.

— Насколько велика возможность для маневра в этой ситуации у официального Минска?

— Знаете, сейчас завязываться на Россию в экономическом плане, по моему мнению, очень опасно. Уже ситуация с российским рублем привела к трудностям в экономике Беларуси. Я уверен, что сложности в российской экономике продолжатся. Более того, они будут увеличиваться в геометрической прогрессии. И белорусскому руководству придется принимать решение: будет оно идти вместе с Россией по этому опасному пути или нет.

— Насколько возможен поворот Беларуси к ЕС без выполнения поставленных ЕС перед нашей страной условий?

— Это вопрос сложный, политический и постепенный. Мне кажется, что Лукашенко в течение 2014 года показал достаточную гибкость. У него возникнут сложности в связи с предстоящими выборами. Ему придется лавировать между своей прозападной оппозицией, Россией и собственными интересами. Если выборы пройдут с точки зрения Запада достаточно легитимно, не будет каких-то выступлений, которые будут разогнаны, то вполне вероятно, что удастся сохранить существующий режим, власть и найти компромиссы с Западом. Если же вступать в конфронтацию и заботиться о том, чтобы не выглядеть слабым, Минску придется быть в одной компании с Кремлем. Со всеми последствиями.

— Вы рассказали о том, что эксперты Российского института стратегических исследований доказывали Кремлю «недогосударственность» Украины, искусственность украинского языка. А какие у них выводы насчет белорусской государственности, языка и так далее?

— Абсолютно аналогичные позиции! Я опубликовал записку, которую подал руководству института относительно Беларуси. И которая стала причиной моих… серьезных расхождений с руководством. Там сказано, что необходимо переформатировать отношение к Беларуси, что необходимо учитывать, что это суверенное государство.

— Нужно ли действительно бояться того, что события в Украине могут повториться в Беларуси, Прибалтике, Казахстане?

— О Прибалтике говорить не буду, потому что она член ЕС и НATO. Конфликт с Беларусью в том или ином виде неизбежен, не дай Бог, чтобы в таком виде, как в Украине, я об этом говорил и буду говорить. Казахстан… Ну, пока это не очень актуально, посмотрим ближе к лету. Отдельные высказывания были, но пока они не получили развития. Но обеспокоенность в Казахстане есть. Без всяких сомнений: если Беларусь хочет сохранить суверенитет, она так или иначе вступит в противоречия с той Россией, которая придерживается сегодняшней политической ориентации. Это без сомнений.

— И как может проявиться это противоречие?

— Разлом пройдет между той частью белорусского населения, которая хотела бы восстановления СССР, и частью, которая заинтересована в суверенном развитии Беларуси. В чем концепция российской внешней политики? Найти и активизировать, в Украине или в Беларуси, те слои, которые будут выступать с пророссийскими лозунгами. Насколько активно — это другой вопрос. Насколько жестким будет противостояние — это тоже будет указано какими-то тактическими вещами. Но то, что задача формирования таких социальных групп есть, видно по средствам массовой информации — здесь даже и говорить ничего не надо!

— Российский политолог Глеб Павловский предупреждал, что скоро российские СМИ начнут активно искать в Беларуси фашистов и бандеровцев. Когда ждать нагнетания, и от чего это будет зависеть?

— Это будет зависеть от общеполитической ситуации и прежде всего от результата конфликта с Украиной. Значительную роль будет играть политическая ситуация в самой России. Сегодня перспективы весьма неблагоприятны. Вы слышали о создании движения «Антимайдан»? По большому счету, это организация боевиков. Учтен опыт Украины в отношении себя, и одновременно идет формирование пророссийских групп населения на территории соседних государств. Это фактически политика. Насколько эта политика будет эффективной и как она будет поддерживаться СМИ? По реакции СМИ и нужно следить за тем, насколько эта политика актуальна. Но если вы меня спросите: «Когда начнется?», то предсказать это сложнее всего. Где-то ближе к вашим президентским выборам…

— Кремль не может рискнуть сделать замену?

— А вы уверены, что Кремль может это осуществить? Говорить можно что угодно, но и в самой России много проблем, которые правительство решить не в состоянии. И с каждым месяцем эти возможности будут уменьшаться. И здесь многое зависит от белорусской стороны: насколько она допустит и разрешит создание таких пророссийских слоев, групп лоббирования и так далее. Если четко поставить такую задачу, то никаких групп и не будет. И все завершится раздачей флажков. Администрации президента или кому-то другому необходимо сформулировать свое отношение к ситуации. В кулуарных беседах с экспертами звучит: «Все наладится». Но мне кажется, что само по себе ничего не наладится и как раньше уже не будет. И перед белорусскими экспертами, дипломатами, Администрацией президента стоит задача формулировки позиции. И делать это необходимо быстро. Потому что эта неопределенность и бесконечное лавирование плохо закончится. Я не призываю ни в коем случае к разрыву отношений, тем более экономических, но для самих себя общий вектор необходимо осознать, потому что в ближайший год нас ждут очень непростые и очень неприятные события.

— Например?

— Прежде всего это будет эскалация конфликта в Украине. Будет сохранение, а возможно, и ужесточение санкций со стороны США и ЕС в отношении России. Будет усиление националистической истерии в России. А в этих условиях рассчитывать на то, что Россия будет уважать белорусский суверенитет, вряд ли можно. Все остальные сценарии я сегодня отношу к разряду чудес.

— Может ли Россия в результате эскалации конфликта решиться на неприкрытое вторжение российских вооруженных сил на территорию Украины?

— Пока, надеюсь, нет. Есть ощущение, что это будет достаточно жесткий, но локальный конфликт, который будет использоваться для нагнетания напряжения, для мобилизации патриотических сил внутри страны. Но так, чтобы танковыми клиньями на Мариуполь, Николаев и Одессу, а другими на Киев — думаю, не будет такого.

Да, идет концентрация войск, идет истерия в том числе и в интернете, как такой своеобразный ответ на решение Порошенко об очередной мобилизации. Если бы было решение реально атаковать, то Россия сегодня имеет возможности это сделать. Другое дело — последствия. И если этого пока не произошло, значит, о последствиях пока думают.

— Если все же до такого дойдет, насколько вероятно российское вторжение и с территории Беларуси?

— Полагаю, что такой вариант пока нереален. Ведь в таком случае можно говорить, что белорусского суверенитета больше нет. Именно поэтому я говорю, что в ближайшие месяц-два, максимум три, Беларуси необходимо будет четко определить свою внешнюю политику. Потому что поле для маневра, которым пользовался целый 2014 год Лукашенко, очень сильно сужается. Если бы Россия пошла на какие-то примирительные шаги, когда не было обострения в районе донецкого аэропорта и тех потерь, которые понесли, по данным украинской стороны, российские военные, тогда бы можно было о чем-то говорить. Но сейчас очевиден тренд на обострение.

— Кажется, в нашей стране уже взяли курс на расширение национального самосознания: прошли с разрешения властей «Дни вышиванки», Лукашенко начал говорить о необходимости возвращения белорусского языка…

— Когда большая страна начинает говорить о том, что она будет возрождать в том числе военные и жестко-патриотические традиции, то естественно, что в соседних странах поднимается та же самая волна. И разговоры про белорусский язык, «Дни вышиванок» и так далее — это дистанцирование от России. Ну не говорят же в Брюсселе, что белорусская государственность «неполноценна», как это очень часто можно услышать в российских экспертных кругах.

России надо понимать, что рост национализма у них приведет к росту национализма в соседних странах. Но что следует понимать белорусской стороне: рост белорусского национализма приведет к тому, что Россия заявит об угнетении русскоязычного населения, о правах русского языка — дальше смотрите «донецкий сценарий». Если же за пророссийские движения или организации как-то возьмутся ваши правоохранительные органы, то это будет иметь отрицательный резонанс в России: скажут, что русских угнетают, порочат общее прошлое и разрушают общие традиции, что «деды вместе воевали, а теперь вот так!». К этому нужно быть готовым. Как минимум на пропагандистском уровне. В течение ближайшего полугодия Беларуси придется столкнуться с этими вызовами со стороны России. А вот как на них реагировать… Я не гражданин Беларуси, я не могу давать какие-то советы.

Беседовал Дмитрий Лукашук, Еврорадио

О чем статья А. Сытина

…Группа экспертов из РИСИ во главе с директором этого института отставным генерал-лейтенантом Службы внешней разведки Леонидом Решетниковым провоцирует  администрацию Кремля и самого Владимира Путина на действия, направленные на нивелирование или сведение к нулю государственного суверенитета Украины, Беларуси, Казахстана и Молдовы, пишет Сытин.

По его мнению, основные постулаты этой группы экспертов, имеющих влияние на Кремль, сводятся к следующему:

— государства постсоветского пространства не являются полноценными субъектами международных отношений. Сам факт их появления на мировой политической карте и дальнейшего существования не более чем результат российских катастроф 1917 и 1991 годов, спровоцированных врагами России во главе с США. Их суверенитет — явление временное, не заслуживающее серьезного к себе отношения, этакое историческое недоразумение, которое подлежит исправлению в рамках возрождения Империи, о чем уже достаточно говорилось;

— путем создания альтернативного экспертно-общественного мнения и опоры на сотрудников спецслужб Украины, а теперь и Беларуси (ибо в любом случае для российских интеграторов на очереди именно она) можно создавать сильное пророссийское движение, способное не только оказывать воздействие на общественное мнение, но и изменять политику и руководство этих стран в нужном России направлении;

— только русские — единственный государствообразующий народ на постсоветском пространстве, а значит, единственной формой политического существования этого пространства может быть только Российская империя;

— нефтегазовый кран, наряду с ядерной кнопкой и особой православной духовностью, будет вечно (во всяком случае, очень долгое время) обеспечивать России место, позволяющее ей успешно бороться за положение глобального центра силы и противостоять в этой борьбе США.

Украинские события конца 2013—2014 годов стали для путинской России спусковым крючком глубокого кризиса, и теперь можно говорить о переходе этого кризиса во всеобъемлющую системную фазу с возможностью сползания в катастрофу, считает бывший сотрудник РИСИ.

Основой этого процесса выступила цепочка ошибочных решений, принятых Кремлем, прежде всего в сфере внешней политики.