TOP

Как остановить «штрафной конвейер»?

Создается впечатление, что участвующих в общественных акциях граждан хотят «придавить» штрафами, надолго посадив в долговую яму. Есть ли какие-то ограничения на штрафы в законодательстве? Что можно сделать?

В последнее время мы стали свидетелями беспрецедентных административных штрафов в отношении участников несанкционированных мероприятий. Причем в роли правонарушителей выступают одни и те же лица: Анатолий Лебедько, Николай Статкевич, Владимир Некляев, Александр Макаев, Николай Козлов, Леонид Кулаков, Вячеслав Сивчик, Павел Северинец, Максим Винярский, Дмитрий Дашкевич. И те же судьи: Виктория Шабуня, Михаил Хома, Татьяна Рак, Валерий Есьман.

Особенность нынешнего правосудия: милиционеры-свидетели

Хроника последних судебных процессов просто потрясает. 7 апреля, например, в суде Центрального района Минска судили участников акции у российского посольства в поддержку Надежды Савченко и шествия на День Воли. В качестве правонарушителей милиция представила Николая Козлова, Леонида Кулакова, Максима Винярского, Павла Северинца, Дмитрия Дашкевича, Александра Меха. Их оштрафовали на 10,5 миллиона рублей каждого. Активист ОГП Антон Жилко получил штраф в 20 базовых величин (4,2 миллиона рублей). Суды над Анатолием Лебедько, Вячеславом Сивчиком, Виктором Гутовским были перенесены на 12 апреля. Какой, вы думаете, очередной штраф Лебедько? Нетрудно угадать: 50 базовых величин (10,5 млн рублей). Политик признан виновным по ч. 3 ст. 23.34 КоАП. Решение об административном штрафе приняла судья Виктория Шабуня.

Это — только один пример работы «судебного конвейера» в отношении общественных активистов, не побоявшихся высказать свою позицию. По таким делам процедуру привлечения к административной ответственности свели к минимуму: «жертв» отслеживают по видеосъемке мероприятий и потом идентифицируют по базам данных. Так, например, обратили внимание на новенького участника акции Александра Меха, приехавшего на День Воли в Минск из Кобрина. Он участвовал в возложении цветов к памятнику Янке Купале, прошелся по проспекту к кинотеатру «Октябрь», принял участие в разрешенном митинге, вернулся домой, а потом по почте получил повестку — приглашение в суд.

Вот так просто, без всяких формальностей. Многих «зовут» на суд эсэмэской. Мол, приходи, тебе выпишут штраф. А если не придешь, так все равно оштрафуют.

Еще одна особенность нынешнего правосудия: милиционеры-свидетели. На одном из судебных процессов их разоблачил во лжи философ Владимир Мацкевич. В отношении его свидетельствовали сразу три милиционера, утверждая, что видели его с плакатом «Працу!» на несанкционированном митинге 15 февраля с.г. Но он в это время был за пределами страны, о чем имелись штампы в паспорте.

В.Мацкевич написал заявление по этому поводу в прокуратуру и лично министру внутренних дел И. Шуневичу (с текстом письма можно ознакомиться в интернете). Какие будут последствия? Как поступят с разоблаченными лжесвидетелями?

Скорее всего, их «помилуют»: ведь они выполняли чей-то приказ. Для публики можно сказать, что опознались. Уж очень подозрительный был вид у философа: небритый, в шапке, в очках. Вот только вопрос: где они могли его увидеть, если он не был на акции?

Конечно, за заведомо ложное объяснение по делу об административном правонарушении можно и наказать (за это по ст.24.4 КоАП предусматривается от 10 до 50 базовых величин или административный арест). Но кто тогда согласится ходить в суды и давать объяснения против оппозиционеров?

Получается замкнутый круг: либо продолжить практику лжесвидетельства (только «аккуратнее»), либо прекратить произвол в отношении участников несанкционированных акций. В нынешних условиях выбирать между этими вариантами не приходится.

Какие есть ограничения на штрафы?

В Беларуси с 30 декабря 1997 г. действует закон «О массовых мероприятиях» (с изм. и доп.). Он заменил прежний закон «О митингах, собраниях, шествиях, демонстрациях и пикетировании». Еще раньше вопросы, связанные с порядком проведения общественно-политических мероприятий, регулировались президентским декретом от 5 марта 1997 года №5 с названием «О собраниях, митингах, уличных шествиях, демонстрациях и пикетировании в Республике Беларусь».

Много тогда народа попало под действие этого декрета. Суды вершили скорый суд со ссылками на нормы декрета, хотя по Конституции должны были руководствоваться только законом. И штрафы были запредельно высокими. Например, за пользование незарегистрированными флагами, вымпелами, эмблемами, а также плакатами, «содержание которых направлено на причинение ущерба государственному и общественному порядку, правам и законным интересам граждан», полагался штраф от 10 до 100 минимальных заработных плат (в то время КоАП предусматривал максимальный размер штрафа на граждан до 5 минимальных заработных плат).

Действующий Кодекс об административных правонарушениях предусматривает максимальный размер штрафа на гражданина 50 базовых величин, на индивидуального предпринимателя — 200 базовых величин (по соответствующим правонарушениям), на юридическое лицо — 1000 базовых величин.

Много это или мало? Можно сравнить с сегодняшней минимальной зарплатой — 2 300 000 рублей. Эта сумма уложится в десять базовых величин. А ведь суды штрафуют оппозиционеров и прочих несогласных без жалости: на 20, 30, 40 и 50 базовых величин. Для выплаты этих штрафов надо отдать несколько месячных зарплат или пенсий.

Следует обратить внимание на редакцию статьи 23.34 КоАП («Нарушение порядка организации или проведения массового мероприятия или пикетирования»). В части первой говорится просто о нарушении установленного порядка организации или проведения собрания, митинга, уличного шествия, демонстрации, иного массового мероприятия или пикетирования. За это можно получить до 30 базовых величин. Если же такие действия вменяются организатору акции, то ему грозит штраф от 20 до 40 базовых величин или административный арест. Но самые тяжкие последствия выпадают на долю тех, кто осмелится выйти на акцию после наложения административного взыскания. Ему грозит штраф в размере от 20 до 50 базовых величин или административный арест.

Как видим, «ограничитель» для штрафов у нас высокий (свыше 10 миллионов рублей). За участие в новых акциях сумма может удваиваться и утраиваться. Например, Анатолию Лебедько предстоит заплатить в бюджет белорусского государства в общей сложности больше 100 миллионов рублей, Александру Макаеву — больше 50 миллионов рублей. Некоторые политики даже не считают суммы назначенных штрафов, отказываясь их платить.

Для сравнения можно привести размеры штрафов, назначаемых за совершение преступлений. Так, согласно ст.50 Уголовного кодекса, размер штрафа устанавливается в пределах от 30 до 1000 базовых величин. Однако в уголовном процессе учитывается желание обвиняемого уплатить штраф в обмен на свободу. А вот в административном судопроизводстве некоторые «правонарушители» просят суд дать арест вместо штрафа, но суды отказывают в таких просьбах (см.: «Снплюс», 05.04.2016 г.).

Что можно сделать?

Понятно, что работа по взиманию штрафов с «несогласных» поставлена на поток и является четко отработанной системой. Все понимают, что деятельность такой репрессивной машины опасна для общества, прежде всего, для его активной части. Ее, эту машину, надо как-то остановить. Как?

Можно попытаться взывать к совести судей. Можно обличать свидетелей-милиционеров. Можно не ходить в суд и не платить штрафы. Можно просто ждать, когда закончатся драмы и сменятся «актеры»…

На мой взгляд, нам всем надо учесть опыт истории и понять, что очень опасно и разрушительно для общества искать «врагов». Мы ведь все граждане страны и должны быть едины в развитии общества и улучшении условий жизни. Мы должны иметь возможность реализовать свои права и свободы, провозглашенные в Конституции и признаваемые во всем мире. Мы вправе избирать честным путем парламент, президента, местную власть. Мы вправе рассчитывать на независимый суд и защиту милиции, которая создается для обеспечения общественного порядка, а не для разгона мирных людей.

Если власть не может создать условия для достойной жизни, то пусть не мешает другим показать путь к лучшей жизни. Пора двигаться вперед. Для этого надо модернизировать старые формы управления и хозяйствования. Надо открыть дорогу знающим и достойным людям. Тогда все у нас наладится, и экономика, и правосудие.

Михаил Пастухов, доктор юридических наук, профессор

Читайте также:

Какой парламент нам нужен?

Проблема «328» усугубляется…

Какой будет твоя старость: нищей или обеспеченной?

Как создать «рай» в Беларуси?

Как и кого судят наши суды?