• Погода
  • +23
  • EUR3,0262
  • USD2,4954
  • RUB (100)3,4673
TOP

Зенон Позняк: У нового поколения не кровь — вода в жилах

Интервью с Зеноном Позняком, председателем Консервативно-христианской партии «Белорусский народный фронт».

— Почему проиграли каталонские приверженцы независимости?

— Они должны были проиграть. Это было видно сразу. Чтобы отделилась территория, нужны определенные условия: во-первых, национальная идея, которая всех объединит. Должна быть политическая партия, которая возглавит эту идею. И должен быть национальный лидер, который готов идти до конца. Ничего этого не было. Поэтому сразу чисто теоретически из этого не должно было ничего получиться.

Во-вторых, фактически референдум не состоялся, потому что голосовали 43%. Из тех, кто пришел, проголосовали 90% за независимость. То есть менее 40% проголосовали за независимость. Это очень несерьезно, потому что даже если они бы и отделились, то начались бы такие проблемы, которые привели бы к фиаско. Поэтому это абсолютно непродуманно, и самое худшее, что всю эту авантюру возглавляла европейская политическая бюрократия.

— Лидеры Каталонии?

— Пучдемон и вся эта компания. Политическая европейская бюрократия, неспособная на реформы и тем более на революцию. Это не лидеры. Какая идея? Идея такая, что Каталония больше отдает в общий бюджет, чем получает, — чисто прагматическая. Это не та идея, которая приводит к национальному единству и к независимому государству. Это я бы назвал прагматичными вывертами, потому что все было: каталонцев 35% в Каталонии. Они имели свои школы, свои университеты, свой государственный язык, их признали нацией. Никаких проблем в смысле языка, в смысле культуры, истории. Проблема только в том, что они дают больше валового продукта, чем получают. На этом объединить невозможно.

— Но наши журналисты, работавшие в Каталонии, слышали от местных, что дело также — в достоинстве, что, мол, Мадрид их не уважает, не считает равноправными гражданами, и они хотят вернуть себе достоинство — и это тоже одна из идей. Может, идея национального достоинства зарождается?

— Что значит «Мадрид не уважает»? Мадрид им дал очень большие возможности, нам бы их проблемы. Во-вторых, Мадрид может изменить политику, начать их уважать. Испанцев в Каталонии 45%, каталонцев — 35%, остальные 20% — всякие. Для того чтобы эту территорию объединить, я повторяю, должна быть идея, чтобы все ее увидели, чтобы все за ней пошли, пошли на отделение, не просто на выражение чувств.

— Референдум нелегальный, да. Но всегда ли в борьбе за независимость можно держаться в рамках законов, причем государства, которое тебя не отпускает в независимость? Есть ли нечто большее, чем закон? Например, право.

— Безусловно, не всегда. Решает все воля народа. Но для этого должны быть соответствующие основания и уровень общества. У нас тоже такая ситуация в Беларуси, что должна быть свобода, должны быть обеспечены культура, язык, школа — все. Выйдите и скажите об этом. И дело не в том, что вас посадят, а в том, что вы услышите полную тишину и увидите моргание глазами. Общество не готово, оно не понимает этих ценностей, находясь под влиянием пропаганды. Не готова ситуация. Но, безусловно, ситуация в Беларуси такова, что народ мог бы совершить революцию, если бы он был на это способен. Ситуация в Каталонии таковой не была. Результатом того, что бюрократия завела в эту авантюру, может стать, что она просто потеряет некоторые свои завоевания. Хотя не думаю, что потеряет, так как у Мадрида хватит ума их не давить.

— А что у нас?

— Гражданское общество разгромлено, демократия уходит из национальной идеи, национальной борьбы. Если нет такой мощной силы, как Народный фронт, то все остальное — как в Каталонии. Это вся та публика, которая не понимает, нужен ли тот язык белорусский, которая начинает брать гранты и говорить о какой-то демократии без суверенитета, и так далее. Это все никогда не приведет ни к какому положительному результату. Поэтому первичная важная задача в Беларуси — укрепление национальной идеи, укрепление национальной культуры, осознание в мозгах людей, что только национальная культура, национальное государство, национальное единство, национальные интересы — только они вырастят нашу нацию, дадут нам свободу и демократию. Только на этой основе, других примеров нет. Вся Европа шла именно таким путем.

… Но в стране апатия, есть интерес, но нет жертвенности, как у нашего поколения, которое отдавало свои деньги, свое время, шло и работало ради Беларуси. И так было везде, где было национальное возрождение. У современного поколения словно вместо крови вода в жилах течет. Дашь им задание — они сделают, но собственной инициативы практически нет. И это общая черта тех, кто вырос в этих ненормальных социально-политических условиях.

«Белсат»