• Погода
  • +23
  • EUR3,0262
  • USD2,4954
  • RUB (100)3,4673
TOP

Почему, голосуя за развитие, белорусы выбирают стагнацию?

Вкусив от Древа познания добра и зла, Адам и Ева впервые столкнулись с необходимостью выбора…

Напомню подзаголовок моей предыдущей статьи: «Безальтернативность прошлого не исключает многообразия вариантов будущего». А сколько вариантов необходимо человеку для полного счастья? По мнению Лукашенко, достаточно двух — правильного и неправильного.

Такая конструкция хороша уже тем, что для простого человека сводит к минимуму проблему выбора. Ее решение берет на себя глава государства. Вот как он это сделал в своей пятой кандидатской программе в 2015 году: «Ведь по сути сегодня перед страной всего два пути.

Один путь вперед — к сохранению стабильности и порядка, свободы и независимости. Это путь единства и согласия, развития и прогресса. Это путь мира и созидания.

Другой путь назад — к смуте и хаосу девяностых, бандитскому капитализму и дележу собственности, к ослаблению государства и потере независимости. Это путь революции, крови и войны».

Приведенной цитате в программе предшествовало такое предложение: «От вашего выбора зависит многое». Но так ли это на самом деле? Выбор-то, вроде бы есть, и одновременно его нет. Кто же, находясь в здравом уме, будет выбирать между развитием и хаосом, между миром и войной?

Так безальтернативность прошлого плавно переходит в безальтернативность настоящего и будущего. А это как раз то, за что большинство белорусов готово голосовать двумя руками.

«Back in the USSR»

С чего началось грехопадение человека? Согласно 3-й главе книги Бытия, Адам и Ева вкусили от Древа познания добра и зла, чем нарушили волю Господа. Следовательно, жизнь в Раю выбора не предусматривала. О каком выборе могла быть речь, если куда ни глянь, кругом стабильность и порядок, мир и созидание. Между чем тут выбирать?

С тех пор возвращение в Рай, т.е. в состояние отсутствия выбора, стало главной движущей силой истории. За право следовать единственно верным путем, гарантирующим райскую жизнь после смерти, приверженцы авраамических религий (иудеи, христиане, исламисты) вели религиозные войны на протяжении почти двух тысячелетий.

Просвещение снизило степень религиозного фанатизма, но массового стремления минимизировать личный выбор не отменило. Религиозный вакуум заполнил призрак коммунизма. Он обещал неофитам Рай на земле в виде бесклассового общества, в котором не будет различий между городом и деревней, между физическим и умственным трудом, окончательно сотрутся грани между рабочими, крестьянами и интеллигенцией. Короче, антагонистические противоречия исчезнут, а неантагонистические будут сведены к минимуму.

За попытку реализовать коммунистическую утопию человечество заплатило десятками миллионов жизней. Однако число желающих жить в условиях отсутствия выбора от этого меньше не стало. Это они составляют ядро ностальгирующих по СССР граждан. Но не следует думать, что это ядро состоит исключительно из тех, кто помнит колбасу по 2,20 многократно девальвированных рублей.

У современной молодежи есть свои причины распевать вместе с Полом Маккартни «Back in the USSR», т.к. в отличие от пенсионеров они гораздо чаще сталкиваются с тремя главными вызовами современности — неопределенностью, сложностью и разнообразием.

Нетрудно заметить, что каждый из перечисленных вызовов обостряет проблему выбора. А тех, кто не способен эффективно выбирать, ожидает судьба лузеров. Разумеется, если карьерному росту не поспособствует «волосатая рука».

Автор этих строк в 1974 г. после окончания химического факультета БГУ был распределен на «Интеграл», распределен туда, куда хотел. Высокий средний балл выступил залогом желаемого места работы на всю оставшуюся жизнь. Не возникло проблем с женитьбой и с квартирой. Я же был минчанином, поэтому иного варианта кроме проживания в родительской квартире у меня не было. И встать на очередь я не мог. Метраж не позволял. Родное социалистическое государство руководствовалось в своих действиях не законом, а «справедливостью», представления о которой само же и формулировало.

Замечательное сочетание!

Для избавления от выбора не обязательно от него уклоняться, пряча, подобно страусу, голову в песок. Право выбора можно делегировать. В политике для этой цели лучше всего подходит сильный лидер. Как это происходит на практике, мы имели возможность наблюдать в 1994 г.

Общество делегирует право выбора одному человеку, который реализует его с помощью властной вертикали. «Эта конструкция, — поясняет политолог Николай Петров, — в силу того, что ее центр тяжести находится на самом верху, потенциально весьма неустойчива и по отношению к внешним воздействиям, и по отношению к внутренним деформациям. Система в целом является весьма сложной, но это сложность не организма, а механической конструкции, практически не способной ни к саморазвитию, ни к саморегулированию».

За примером далеко ходить не требуется: 2 марта во время отчета правительства и Национального банка Лукашенко проиллюстрировал способность белорусской модели идти по пути развития. Цитирую: «За семь лет мировой ВВП вырос на 25%, в то же время рост ВВП Беларуси не дотянул даже до 6%».

За что боролись, на то и напоролись! А напоролись мы на единственно верный путь, нарисованный уверенными мазками пентачемпионом президентских выборов в 2015 г. Его программа, кстати, обещала обеспечить «новый экономический прорыв за счет сочетания эффективного государственного управления, частной инициативы и добросовестного труда наших людей».

Замечательное сочетание! Почему же тогда отечественные темпы экономического роста оказались в 4,2 раза ниже мировых?

Начнем с эффективности государственного управления. Властная вертикаль, выстроенная по армейскому образцу, неплохо зарекомендовала себя для решения максимально унифицированных задач в период индустриализации, когда основным инструментом на стройках пятилеток были лопата и тачка. Но в наше динамичное время чрезвычайная централизация при принятии решений — это нонсенс.

На каждой управленческой ступени групповые и частные интересы порождают «шумы», блокирующие прохождение управленческих сигналов. Для борьбы с «шумами» создаются дополнительные контрольные службы, результатом деятельности которых являются новые «шумы», что порождает «дурную бесконечность» контроля над контролерами.

Что касается частной инициативы, то ее раскрепощение в Беларуси вышло на такой уровень, что в конце 2017 г. срочно потребовалось принять пакет документов по либерализации условий ведения бизнеса. Это далеко не первая попытка либерализации сверху. Все предыдущие сверху же были и ликвидированы.

Насколько труд наших людей можно считать добросовестным — тема для отдельного разговора. Но сегодня желающие добросовестно трудиться все чаще пытаются это делать «в тени», переходя в разряд так называемых тунеядцев.

Сергей Николюк

Читайте также:

Все мы вышли из сталинской шинели