• Погода
  • +23
  • EUR3,0262
  • USD2,4954
  • RUB (100)3,4673
TOP

Какое нам дело до южнокорейских роботов?

Сегодня «быть открытыми для лучшего» означает умение перенимать, в первую очередь, не технологии, а принципы организации государства и общества.

Акции американской компании General Electric, которая в начале XXI века была крупнейшей компанией США и мира по рыночной капитализации, будут исключены из фондового индекса Dow Jones. В 2000 г. ее капитализация достигла рекордных $ 594 млрд. Компания находилась на вершине несколько лет, пока не была вытеснена Exxon Mobil, стоимость которой росла благодаря буму на сырьевых рынках. А за последний год капитализация General Electric сократилась на 55%, тогда как Dow Jones вырос на 15,1%, и в настоящий момент компания является самой дешевой в индексе.

Вот такая новость из мира бизнеса. Но нам-то какое до нее дело, где General Electric, где Dow Jones, а где «белорусская модель» с ее главным архитектором? У них своя песочница, с ее кризисами перепроизводства (вспомним Маркса), а у нас своя. Подобные кризисы она обходит за три версты. И слава Богу. Искусством переживать голод белорусы овладели. Жизнь заставила. Но где и когда они могли овладеть навыками переживать изобилие?

С момента своего возникновения «белорусская модель» оказалось чужой на празднике рыночной жизни, но не по прихоти главного архитектора модели, а по желанию большинства избирателей, дружно проголосовавших в 1994 г. за возврат в централизованную экономику советского образца. Полностью вернуться в нее не удалось. Рынок просочился сквозь прорехи в законодательстве, заполнив прилавки разнообразными товарами.

Ищи-свищи теперь колбасу за 2.20 еще советских рублей, а батон за 13 копеек. Справедливыми были цены в годы моей молодости, нерыночные, что позволяло населению скупать хлеб мешками. Грешен, сам этим занимался, когда теща на даче разводила кур…

Все это так, интереса ради, и тем не менее история с General Electric к нам имеет если и не прямое, то косвенное отношение. Как справедливо отметил А. Лукашенко: «Тотальная взаимозависимость современного мира — это уже не просто красивая фраза. Мир складывается в единый глобальный организм. Интернет стал его нервной системой, международные финансы, банки — кровеносной. Облик мировой экономики все в большей степени определяют не национальные государства, а гигантские транснациональные корпорации».

Немного статистики, определяющей облик мировой экономики. Согласно докладу международной федерации робототехники, самой роботизированной страной в 2016 г. была Южная Корея — 631 робот на 10 000 работающих, на втором мест — Сингапур (488), на третьем — Германия (309). В конце списка привычно разместилась Россия (3). Информации по Беларуси отыскать не удалось, но полагать, что по данному показателю мы существенно превзошли соучредителя Союзного государства, оснований у меня нет.

В тотально взаимозависимом мире каждый дополнительный робот, установленный в Южной Корее, — это гвоздь в крышку гроба белорусской промышленности. Конкуренция, однако. А там, где реальная конкуренция, там обязательно будут победители и проигравшие. Поэтому: «Наша задача, — тут я вновь привожу фрагмент из президентского послания-2018, — быть открытыми для лучшего. Цель — расти быстрее, чем другие, и таким образом сокращать отставание от развитых стран. В этом залог качественных изменений, которые нам нужны и которые позволят поднимать уровень благосостояния граждан Беларуси относительно другого мира».

Цель благородная. Полагаю, что и среди «пятой колонны» противников ее не найдется. Но каковы средства достижения цели? Когда Лукашенко говорит об открытости для лучшего, то что он имеет в виду? Последние модели тех же роботов и технологии по их изготовлению? Но, ставя перед собой аналогичную цель, развивался СССР, отставая с каждым годом все больше от промышленно развитых стран.

В 2017 г. в Беларуси было произведено 1,5 млрд (-22,2% к 2010 г.) интегральных микросхем, в России — 0,96 млрд, а в Малайзии — 27,2 млрд. Пока среди родных берез и осин рассуждают о необходимости инноваций, 15% малазийского экспорта составляет электроника (8% мирового экспорта электронной индустрии).

Есть ли шанс у Беларуси догнать и перегнать Малайзию путем покупки новейшего оборудования и технологий? Во-первых, в какую сумму обойдется покупка? Даже если все «фамильное серебро» продать по справедливой цене, то и на один приличный завод не хватит. Во-вторых, пока отечественные специалисты под руководством зацикленных на сохранении стабильности чиновников будут осваивать новое оборудование, выпускаемая на этом оборудовании продукция успеет бесконечно устареть.

Вспомним опыт АвтоВАЗа. Покупали в Италии современное производство, чтобы тридцать лет (1976—2006) выпускать «шестерку»!

«С каждым десятилетием, — комментирует советский опыт индустриализации культуролог Игорь Яковенко, — накапливалось технологическое отставание. Отечественные паровозы не уступали западным аналогам. Советские танковые дизели и корпуса танков были на уровне мировых стандартов. Ламповая радиоаппаратура уже существенно уступала западной. Техника эпохи транзисторов уступала откровенно. А в сфере элементной базы компьютеров последних поколений, современной теле- и радиоаппаратуры, авионики продукция отечественных производителей либо отсутствует, либо несопоставима с продукцией лидеров».

Но вернемся к General Electric. Ее исключение из фондового индекса Dow Jones — это всего лишь очередной пример победы постиндустриальной экономики над экономикой индустриальной. С каждым годом в числе 30 компаний, по цене акций которых рассчитывается индекс, остается все меньше классических производителей промышленной продукции. Им на смену приходят производители услуг — информационных, финансовых, торговых и т.п.

Сегодня «быть открытыми для лучшего» означает умение перенимать, в первую очередь, не технологии, а принципы организации государства и общества. Современные технологии несовместимы с архаичной структурой власти, с ее правовым нигилизмом, с «семейными» монополиями, с узаконенной коррупцией и неконтролируемыми силовыми структурами. Поэтому заимствования следует начинать с институтов. Например, с института суда. Тут вполне пригодился бы опыт отца сингапурского чуда премьер-министра Лу Куан Ю. Строительство национальной судебной системы он начал с подчинения ее апелляционному суду в Лондоне, что позволило Сингапуру за 30 лет из аутсайдера третьего мира перейти в лидеры первого.

Сергей Николюк

Читайте также:

Что блокирует национальный диалог?

В поисках белорусского гемоглобина

Стыдливая статистика

На линии цивилизационного разлома