TOP

Неисчезающий российский мираж, или «Опять эта проклятая неопределённость»

Когда всерьёз встаёт вопрос «или-или» -- нынешний путинский Кремль всегда делает выбор в пользу своего капризного вассала.

У публицистов и аналитиков есть одна достаточна странная обязанность — год за годом возвращаться к каким-то очевидным истинам. В белорусской информационной сфере некоторые темы вертятся десятилетиями с той же закономерностью, как Земля вокруг Солнца — после сезона затухания все возвращается на новом этапе. Вырастают новые поколения, которым снова нужно доказывать очередное «дважды два четыре».

Годами политическая и аналитическая мысль мучается вопросом об отношении путинского Кремля к Лукашенко. Казалось бы, факты давно всё расставляют на место, реальность говорит сама за себя, в критический момент очередной раз Кремль помогает Лукашенко удержаться во власти. Но — новые ряды аналитиков продолжают вещать о том, что всё не так просто, что это только заявления для публики, а на самом деле Москва вот-вот придумает коварный план и отстранит от власти ненавистного ей колхозного диктатора.

Мне это всё напоминает известный анекдот про «проклятую неопределённость». Мужик уезжает на один день в командировку и просит товарища проследить в бинокль за его женой. Вернувшись слушает доклад друга: — Устроился я, значит, на чердаке с биноклем. Жду. В семь вечера идёт твоя жена в прихожую, открывает дверь. Заходит какой-то мужик с цветами и вином. Накрыли стол, поужинали при свечах. Потанцевали. А потом мужик её поднял и понёс в спальню. — А в спальне-то что было? — Я не видел — они сразу окна зашторили. — Опять эта проклятая неопределённость!

О том, что Москва «вот-вот всковырнёт Лукашенко», я слышу с 1996 года, когда сразу же после переизбрания Ельцина российским президентом публицисты взахлёб принялись доказывать, что демократический российский лидер сделает всё, чтобы или приструнить или отставить авторитарного белорусского президента. Я тогда написал статью, в которой доступным языком изложил свои мысли — с чего бы Москве избавляться от Лукашенко, который запустил процесс интеграции и всей своей политикой удовлетворяет геополитические интересы России. Моя правота, к сожалению, подтвердилась уже через несколько месяцев, когда во время кризиса в Минск прилетел десант российских политиков высшего ранга в составе премьер-министра Виктора Черномырдина, спикера Совета Федерации Егора Строева и спикера Госдумы Геннадия Селезнева, который, если говорить коротко, фактически спас Лукашенко от импичмента (до сих пор продолжаются споры, были ли российские визитёры однозначно на стороне белорусского президента или действительно хотели стать миротворцами, занимать нейтральную позицию, но в любом случае очевидно — они не приехали «скидывать» Лукашенко).

С тех пор мантру про Россию, которая «вот-вот» что-то там наконец-то «поймёт» и «всерьёз займётся Лукашенко» мы в разной тональности слушаем все 25 лет. Обычно такие разговоры активизируются во время президентских выборов, во время которых почти все оппозиционные кандидаты пробовали «выходить на Кремль» и найти там поддержку и взаимопонимание. Но их встречали в кремлёвских коридорах максимум на уровне мелких клерков. А если и давались какие-то обещания, то они обычно не выполнялись, как в 2001 году, когда Москва вроде бы пообещала опубликовать документы об исчезнувших оппонентах власти, но так этого и не сделала.

Перед выборами 2020 года тема вышла на новый уровень. Многим почему-то показалась, что на этот раз конфликт Минска и Москвы — это не очередные «милые бранятся, только тешатся», а качественно новое противостояние. В январе 2020 года, прогнозируя отношение Кремля к президентским выборам, я говорил на Радыё Свабода: Лічу, што Расея можа сапраўды «сыпаць Лукашэнку солі на хвост», пашчыпваць, пакусваць яго, ствараць яму псыхалягічныя праблемы. Але на сёньня яна не зьбіраецца «зрынаць» Лукашэнку, не зьбіраецца сур’ёзна ўкладацца ў тое, каб не Лукашэнка стаў кіраўніком Беларусі.

Па некалькі прычынах. Па-першае, Масква разумее, што яе магчымасьці тут вельмі абмежаваныя, нават калі яна прыкладзе ўсе намаганьні па скідваньні Лукашэнкі — вельмі вялікая імавернасьць, што нічога не атрымаецца.

Па-другое, нават калі ўявіць, што ў гэтай справе ў Масквы можа нешта атрымацца, то той верагодны хаос, які можа наступіць у выпадку зьмяшчэньня Лукашэнкі, можа прынесьці нашмат больш рызыкаў для Расеі. Усё ж такі Лукашэнка на гэты момант застаецца самым прарасейскім палітыкам у Беларусі, і ўсё робіць, каб менавіта так і было. І калі Расея паспрабуе на гэтых выбарах 2020 вылучыць свайго «прарасейскага» кандыдата, то яго альбо пасадзяць, альбо не зарэгіструюць

Казалось бы, события августа-сентября расставили все точки над і. В самый критический момент, когда на улицы Минска выходили сотни тысяч, а силовики не решались высунуть нос, Москва подставила своё боевое плечо. 15 августа Лукашенко сообщил, что договорился с Путиным об оказании помощи Минску «при первом запросе» в случае внешних военных угроз. А 27 августа Владимир Путин заявил, что Россия сформировала резерв сотрудников правоохранительных органов для Беларуси. Многие уверены, что без этой поддержки, которая стала отмашкой для новых силовых действий против народа, Лукашенко не удержался бы.

Потом последовал десант российский пропагандистов, заявления Лаврова про западное вмешательство в дела Беларуси, выдача кредитов Минску, сначала на 500 миллионов, потом ещё на миллиард, нежелание Кремля идти на контакт с представителями команды Тихоновской. Со своей стороны, Лукашенко после 9 августа прогнулся перед Кремлём как никогда раньше, уже не вспоминает про «налоговый маневр», не торгуется за каждую копейку цены на газ, и понимает, что отношения с Западам для него лично разорваны навсегда, что исключает возможность геополитического маневра.

Россия сейчас добивается от него всего, чего хочет. Кто-то может мне внятно объяснить, зачем России какой-то другой пациент, если этот её полностью удовлетворяет?

Казалось бы, что ещё нужно, какие ещё доказательства? Нет, опять-таки эта «проклятая неопределённость».

Есть несколько причин, почему нынешняя путинская Россия поддерживала, поддерживает, и как я уверен, будет и дальше поддерживать Лукашенко.

Во-первых, геополитика. Практика — критерий истины. Не первый раз Лукашенко доказывал, что он успешно обеспечивает все военно-стратегические интересы России на западном направлении. Это наши диванные интернет-критики могут обзывать оппозиционных политиков «пророссийскими», но Москва сразу же разобралась и вынесла свой вердикт — «Лукашенко единственный пророссийский политик в Беларуси, все остальные — прозападные». Они для них «прозападные» хотя бы потому, что выступают за независимость, демократию и права человека.

Вторая причина, которую нельзя недооценивать — идеологическая. Трудно не заметить, что путинский Кремль в своей внешней политике от Сирии до Венесуэлы неизменно поддерживает авторитарные и диктаторские режимы по всему миру, и неизменно вступает в конфликты с режимами демократическими. Крах режима Лукашенко, еще и в результате уличных массовых протестов стал бы очень нехорошим звоночком, а может быть и погребальным звоном для Кремля. В отличие от Армении и Киргизстана, Беларусь во всех смыслах близкая и понятная россиянам страна, и подобный пример падения авторитарной власти очевидно вдохновил бы многих в России на более активную борьбу за демократические перемены. Это понимает и Лукашенко, который «во всю мощь» использовал в своей риторике кремлёвские страхи, заявляя, что «атака на Беларусь — это атака на Россию».

Новые фантазии некоторых аналитиков — о том, что Кремль продавливает необходимость парламентской республики в Беларуси и влиятельной пророссийской партии в этом парламенте — меня особо умиляют. Путин, как можно заметить, старается не усложнять методы решения проблем. Зачем создавать какую-то непредсказуемую схему, в которой придётся влиять и тратиться на разные политические силы, когда можно работать с одним человеком, на которого, вполне возможно, есть серьёзный компромат, и который давно зависим от тебя и экономически, и политически. Зачем сложные комбинации с подкупом и влиянием, когда можно конкретно влиять на единственного, капризного, но всё-таки вассала.

Впрочем, я считаю, что аналитики и публицисты, которые рассуждают на тему, что «Кремль вот-вот всковырнёт Лукашенко» или что Москва «продавит парламентскую демократию в Беларуси» делают это не потому, что есть какие-то основание для таких выводов, а исключительно из-за своего желания, чтобы так произошло. Конечно, нам бы всем, возможно, хотелось, чтобы Москва перестала поддерживать Лукашенко — но пока нет никаких оснований на это реально надеяться.

На завершение хочу отметить, что я не считаю нынешнее отношение Кремля чем-то неизменным, раз и навсегда установленным. Мол, имперская Россия всегда такой была и такой останется. Если случится чудо и Россия станет устойчивой демократией, направляющей все свои силы прежде всего на внутреннее развитие — отношение Москвы к Беларуси изменится. Изменится оно и в случае кардинального экономического и геополитического ослабления России, когда ей станет не до своих соседей.

Но пока во власти в Кремле Путин, белорусам не стоит надеяться, что Россия хоть когда-нибудь серьёзно поддержит оппонентов Лукашенко. Как бы они не старались доказать свою «геополитическую нейтральность» и «уважение интересов России». Москва будет продолжать кусать, пощипывать, ослаблять Лукашенко, всеми способами увеличивать его зависимость. Когда всерьёз встаёт вопрос «или-или» — нынешний путинский Кремль всегда делает выбор в пользу своего капризного вассала.

Виталий Цыганков