TOP

ПОДНЯТЬ СЕБЯ ЗА ВОЛОСЫ

Президент Беларуси объявил о планах по «реформированию органов государственной власти». И это очень знаменательно. Ведь А. Лукашенко много раз с пафосом повторял, что сильное и эффективное государство является одной из важнейших особенностей белорусской социальной модели. И этот тезис стал не просто традиционным пропагандистским клише, но символом веры, священным преданием, написанным на скрижалях государственной идеологии.

Я был бы подонком, идиотом, если бы я изменил своему народу. Вот в чем талант и яркость моя.
Из интервью А. Лукашенко телекомпании «Мир» 7 октября 2012 г.

А вот теперь выясняется, что нужна реформа органов государственной власти. Но, как известно, реформированию подлежит то, что плохо работает. Никто не проводит реформу эффективно функционирующих институтов и структур. Поэтому заявление президента можно расценивать как горькое и самокритичное признание.

И с чего это вдруг? Какие причины побудили хотя бы говорить о реформах?

На наш взгляд, таких причин две. Во-первых, у государства возникли серьезные финансовые проблемы. Например, нечем платить внешние долги. После прошлогоднего кризиса уровень зарплат в Беларуси оказался в 2 — 3 раза меньше, чем в соседних странах. В поисках лучшей доли многие специалисты стали уходить из госорганов. Эта проблема была поднята во время выступления с посланием в Национальном собрании 8 мая. Не случайно, президент назвал главным направлением реформирования сокращение госаппарата с тем, чтобы оставшимся чиновникам повысить зарплату.

Во-вторых, это реакция на выборы, вернее на их провал. Пусть Л. Ермошина и государственные СМИ взахлеб рассказывают о торжестве демократии и политической сознательности народа, но на самом деле власти то лучше других знают, что население крупных городов выборы проигнорировало.

В среде экспертов встречались такие утверждение, что настал момент, когда властные органы вполне могут обходиться без народа, проводить выборы без населения, дескать, пусть люди не ходят голосовать, лишь бы не было публичного протеста.

Но А. Лукашенко как политик популистского типа, давно вошедший в роль отца нации, батьки, привык к любви и почитанию значительной части, временами даже относительного большинства населения. Вот и в своем последнем интервью телекомпании «Мир» 7 октября он в очередной раз повторил свой любимый сюжет, как в 1994 году больные, инвалиды, вдруг поднимались с пастели и шли за него голосовать. Т. е. он сам себе определил этот критерий: массовое голосование в его поддержку (или поддержку его власти) — есть признак доверия общества.

Так вот прошедшие выборы показали, что народная любовь и доверие к власти закончились. И для политика-популиста это психологический шок, тяжелая личная трагедия. Он понимает, что надо что-то делать. Но вот что именно, пока плохо представляет. В 2010 году после президентских выборов, на которых население Минска его не поддержало, были отправлены отставку высшие чиновники, отвечающие за пропаганду: Н. Петкевич и А. Зимовский. Видимо и теперь он считает, что все дело в кадрах.

Судя по всему, какой-то стройной концепции о том, что делать с госаппаратом, у президента нет. Есть спонтанная реакция на проблему кризиса доверия. Не случайно новую кампанию он объявил на встрече с министром МВД И. Шуневичем, при обсуждении реформы в милиции. Создана лишь комиссия во главе с главой администрации президента А. Кобяковым, которая, видимо, и должна внести предложения. Пока, кроме сокращения штатов на 25 — 30% никаких других идей по реформированию не высказано.

Но здесь интересно посмотреть на эволюцию органов государственной власти за время правления нынешнего белорусского лидера. В 1994 году кандидат в президенты утверждал: «Половина работников госаппарата должна быть сокращена. Также нужно сократить и половину министерств и ведомств. Беларуси достаточно 10 — 12 министерств» (Белорусский рынок, 1994, № 25). Сразу же после вступления в должность президента он, выступая на сессии Верховного Совета 21 июля 1994 года, говорил: «При уточнении бюджета будут сокращены расходы на содержание госаппарата… Мы понимаем, что нищий, обездоленный народ не может содержать такую армию чиновников» (Звязда, 22.07.1994 г.). Наверное, Александр Григорьевич тогда был искренним, действительно чувствовал себя спасителем простого люда от зарвавшихся чиновничьих орд.

Но очень скоро он понял, что народное благо и укрепление личной, ничем не ограниченной власти – вещи трудно совместимые. Для решения второй задачи необходимо взять под контроль все сферы общественной жизни. А для этого нужен огромный госаппарат. И уже через год после прихода к власти расходы на содержание органов управления возросли вдвое, в стране действовало 27 министерств.

Через несколько лет в стране был создан огромный бюрократический аппарат, чудовищный Левиафан, охвативший своими щупальцами все общество. В Беларуси действует 15 контрольных органов, 9 структур с правом оперативно-розыскной деятельности (фактически спецслужб). 68 госучреждений имеют право составлять протоколы о привлечении граждан к административной ответственности. Совсем недавно 51 учреждение давало разрешение на лицензирование хозяйственной деятельности, а для открытия придорожного кофе требовалось пройти 42 разрешительные процедуры. Примеры можно множить. Многие органы управления уже давно дублируют друг друга, мешают один другому.

Однако вызывает сомнение, что объявленное сокращение госаппарата на 25 — 30% будет реализовано. Может вначале и сократят, чтобы потом увеличить. Как в СССР штаты чиновников уменьшали каждый год, а их численность непостижимым образом все возрастала. Этот парадокс объясняется довольно просто. Патерналистское бюрократическое государство, претендующее на всеобъемлющий контроль над обществом, по самой своей природе имеет тенденцию к расширению. Невозможно поднять самого себя за волосы. Поэтому без сокращения функций государственной власти трудно рассчитывать на серьезное, а не показное уменьшение численности чиновников.

Но, судя по заявлениям А. Лукашенко, отказа от каких-то контрольных функций государства не предполагается. Наоборот, он указал, что при реформировании МВД должно быть предусмотрено увеличение власти милиции.

Поэтому в реальности никакого «перетряхивания» госаппарата скорее всего не будет. Объявленное «реформирование органов государственной власти», вероятно, выльется, во-первых, в показуху для населения. Дескать, смотрите, президент реагирует на ваше недовольство и «жесточайшим образом» карает нерадивых чиновников. Во-вторых, чиновничий аппарат ожидает некоторая нервотрепка, разговоры об увольнении всегда будоражат работников. В-третьих, произойдет чистка от нелояльных чиновников. Ибо в условиях кризиса легитимности госаппарат должен быть консолидирован вокруг вождя, не допустимы малейшие сомнения в правильности государственной политики.