TOP

Девальвационная ловушка

Умные люди знают, что можно верить лишь половине того, что нам говорят. Но только очень умные знают, какой именно половине. Журнал «Пшекруй» История, которая произошла на прошлой неделе с обменным курсом белорусского рубля, была очень занимательной, знаменательной и показательной. Как иллюстрация для учебников по валютному регулированию для студентов экономических университетов. 

После тяжелого финансового кризиса 2011 года белорусские власти в целях посткризисной стабилизации проводили относительно взвешенную кредитно-денежную политику. Свидетельством чего является удержание сравнительно стабильного обменного курса белорусского рубля в течение полутора лет. Высокая ставка рефинансирования содействовала тому, что деньги в банках выгодно было хранить в национальной валюте. Поэтому население и субъекты хозяйствования больше продавали доллары и евро, чем покупали, увеличивали рублевые депозиты.

Однако за эту финансовую стабильность пришлось заплатить высокую цену. Страна вступила в период экономической рецессии. В 2012 г. ВВП Беларуси вырос всего на 1,5%. И это с учетом огромного экспорта скандально известных растворителей и разбавителей. В этом году рост ВВП составил только 1,1%. Де-факто это означает, что экономика находится в состоянии депрессии. Субъекты хозяйствования, прежде всего, госпредприятия не могли брать кредиты в прежнем объеме, т.к. они стали очень дорогими. Сократился экспорт, стали быстро расти складские запасы.

Естественным выходом из этой ситуации была бы корректировка экономической политики в сторону снижения ставки рефинансирования, девальвации, ослабления белорусского рубля. К этому подталкивал директорат и правительство.

Но не только. МВФ тоже считает, что обменный курс белорусского рубля несколько завышен относительно своего равновесного значения. Кроме того, на его ослабление работает и ситуация в России. Там тоже замедлились темпы экономического роста, что негативно влияет на белорусский экспорт. К тому же, Россия приняла решение ослабить свой рубль, чтобы стимулировать экономику и экспортные поставки.

И белорусские власти попробовали. Начала снижаться ставка рефинансирования. Хотя обменный курс белорусского рубля официально считается рыночным, но поскольку Нацбанк является главным покупателем и продавцом на валютно-финансовой бирже, то он может установить любой курс.

С начала месяца рубль стал медленно слабеть. В процентном выражении средний курс наличного доллара вырос немного — на 1,04% (с 8823,5 до 8915,5 рубля). Но некоторые банки стали продавать доллар дороже 9 тысяч рублей. А это — психологически важный рубеж. На рынке стали рассчитывать цену исходя из курса 9000 — 9100 рублей за доллар.

И вот здесь оказалось, что девальвационные ожидания среди населения более высокие, чем предполагали экономические власти. Официальные лица в последнее время предпринимали большие усилия, чтобы успокоить народ. С заклинаниями о том, что золотовалютных резервов достаточно, чтобы удержать стабильность рубля, выступили вице-премьер П. Прокопович, глава Нацбанка Н. Ермакова. Наконец на прошлой неделе премьер М. Мясникович заявил, что «никакого обвала белорусского рубля не будет».

Однако посттравматический синдром от девальвации 2011 года оказался таким большим, что любое повышение курса доллара, длящееся больше двух дней, ведет к росту панических настроений. В итоге в ряде обменников возникли очереди, исчезла валюта. Глава Нацбанка Н. Ермакова с сожалением вынуждена была признать: «Население болезненно реагирует на любые более или менее существенные изменения курса, которые являются обычными для других стран». Это потому, уважаемая Надежда Андреевна, что в других странах не было такой огромной девальвации (мировой рекорд).

Появились и другие негативные тенденции. Только за прошлый месяц чистая покупка иностранной валюты (наличной и безналичной) со стороны населения достигла $265 млн (с февраля по май население выступало чистым продавцом валюты).

Также в июне 2013 г. впервые с октября прошлого года зафиксирован отток срочных депозитов физлиц в белорусских рублях. Эта тенденция продолжилась и в текущем месяце. Глава Нацбанка Н. Ермакова констатировала: «С 1 по 10 июля текущего года 1 трлн. рублей было снято с вкладов, эта же сумма в эквиваленте пришла в валютные вклады. Кроме того, население купило еще 130 млн долларов, которые остались на руках». Уникальный момент, когда недоверие общества к власти можно измерить в конкретных и точных денежных единицах.

Столкнувшись с такой реакцией населения, Нацбанк посчитал за лучшее открутить ситуацию назад. В четверг, чтобы погасить растущую панику, главный финансовый регулятор решил укрепить нацвалюту сразу на 70 рублей с 8880 до 8810 рублей за доллар. Одновременно Нацбанк, дабы повысить стоимость рубля, попытался искусственно создать дефицит рублевой наличности на межбанковском рынке.

Маленький эксперимент закончился для экономических властей неудачей. Как известно, в науке отрицательный результат тоже есть результат. Проблема в том, какой урок был извлечен властями.

Вообще, проблема выбора из многих вариантов и составляет суть политики. Причем, редко приходится выбирать между хорошим и плохим. Как правило, выбирают из двух зол.

В принципе проблема определения оптимального обменного курса национальной валюты стоит перед руководством любой страны. Но для властей Беларуси никогда ранее этот вопрос не возникал в столь драматичной форме, как сейчас. Ту девальвационную дилемму, которая встала сегодня во весь рост, некоторые экономисты называют даже ловушкой.

С одной стороны, никогда ранее с начала 1990-х годов экономика Беларуси не оказывалась в состоянии фактической рецессии. (Нечто похожее, правда, было в 2009 году, но тогда полыхал мировой экономический кризис). Поэтому девальвация необходима как глоток воздуха для задыхающейся экономики.

Кроме того, для удержания нынешнего курса нужна валюта. Золотовалютные резервы могут быстро истощиться. А дефицит торгового баланса и текущего счета с каждым месяцем увеличиваются.

Но, с другой стороны, никогда ранее в белорусском обществе не было таких девальвационных ожиданий, как сейчас. Что и подтвердил эксперимент минувшей недели. Паника населения — опасное явление, и может закончиться для банковской финансовой системы любой страны очень плачевно.

В ослаблении рубля есть еще один уязвимый момент с точки зрения политических интересов властей. Как показал июньский социологический опрос НИСЭПИ, пожалуй, никогда ранее не было такой линейной зависимости между ростом зарплат и рейтингом доверия общества к власти вообще и к президенту — в частности. Доходы белорусов за январь-апрель текущего года увеличились на 21,6%, соответственно, рейтинги выросли на несколько процентных пунктов.

А ведь девальвация повлечет за собой сокращение средней зарплаты в стране в долларовом выражении (а этот показатель стал в Беларуси культовым) и падение доходов домашних хозяйств.

Интересно посмотреть, как власти будут выходить из этой ловушки.

Валерий КАРБАЛЕВИЧ