TOP

Одних афоризмов мало…

В своем недавнем обращении президент был на редкость афористичен. Коллеги посчитали все его крылатые выражения и решили, что они будут иметь хождение в народе. Наверное… Но форма подменила содержание. С самого начала было ясно, что никакого объявления реформ не будет. Кто же их начнет перед выборами?

Вопрос с подвохом: что вас больше взволновало, обращение Александра Лукашенко или смерть Габриэля Гарсиа Маркеса? Если первое, то вы живете еще в БССР. Положительный ответ на второе печальное событие говорит о том, что вы еще человек не пропащий и хотя бы мыслями возвращаетесь в европейскую цивилизацию. Или хотя бы, опять же мысленно, на пути к ней.

Все видели, все слышали: Лукашенко оправдывался и опять обещал. В который раз поражаюсь его умению использовать чужие умные мысли, лозунги и программы: талантливый политик. Скажем, белорусский язык и белорусская культура — это считалось епархией БНФ. Где теперь БНФ, Позняк, Наумчик? Но дело БНФ, так сказать, живет и теперь будет процветать. Будьте уверены, момент такой исторический. Это я о языке как символе белорусской нации.

Про экономические реформы и говорить не стоит: все партии вещают об их срочной необходимости. Давя конкурентов, Лукашенко кропотливо собирал трофеи. Похоже, сейчас настал решающий момент: реформы проводить опасно, а все равно придется, одних афоризмов народу уже мало.

В середине 90-х у меня было два знакомых фермера, за судьбой которых я следил постоянно. Один был до этого таксистом, стал фермером. Закончил сбором милостыни на паперти. Другой преподавал историю в уральской школе, потом организовал успешный бизнес. Вернулся на родину, мечтая создать крепкое фермерское хозяйство. В результате получил один тюремный срок, потом второй. Где он теперь, жив ли — не знаю.

Думаю, у них накопилось много вопросов к своему президенту. Интересно, как бы Лукашенко отреагировал на выражение Маркеса: я не верю в Бога, но я его боюсь?

* * *

Наш дом строил когда-то завод холодильников (еще не «Атлант»). Поколения жильцов уже сменились. Когда-то дети работников завода были мне по колено. Теперь по колено уже их дети. Тружеников «холодильника» остались единицы, они достигли пенсионного возраста. Поэтому имею информацию из первых рук. Сейчас они активно обсуждают якобы запланированное сокращение персонала «Атланта» на 20%. Это должно, по их словам, случиться в июне. В «свободное плавание» отправят тех, от кого уже ничего не зависит. Пенсионеров, короче.

Самым тесным образом это печальное сокращение связано с украинскими событиями. На Украину завод поставляет около 20% холодильников. Поскольку там сейчас полный политический туман и уже почти боевые действия, то первыми страдают люди, а потом и экономика. Как Украины, так и Беларуси. Сохранить и оплатить прежние поставки украинская сторона пока не в состоянии. Только теперь до наших мозгов начинает доходить то, насколько крепко мы все связаны: Россия, Украина и Беларусь. Напоминает подводную лодку.

Можно сколько угодно рассуждать об исторических коллизиях. О том, что в 1656 году Богдан Хмельницкий по своей воле присоединил Украину к России. Может, так оно и было. А может, и не так. У России уже было оформленное Иваном Грозным государство. Почти империя. Основой существования которой было присоединение сопредельных территорий. Ими были Украина и Беларусь. Дальше вы все и сами знаете. Россия увеличилась географически. Но и приобрела проблемы.

Скажем, что делать с восставшей Украиной? Что делать с Беларусью, которая «схільная і разважлівая», но голову тоже поднимает? Только два метода есть на этот случай: или заставить опять пригнуть голову силой, или договориться по-мирному.

Вроде бы мы остались «красными», по выражению Светланы Алексиевич, но уже сильно «порозовели». Вдруг мы поняли, что вполне можем разделить судьбу южной сестры по несчастью…

* * *

Как-то так получилось, что Украина сопровождает меня всю жизнь.

Во-первых, родился в трех километрах от Украины. Во-вторых, служил ракетчиком в городе Хмельницкий. В увольнении был всего один раз (в самоволке тоже один раз). Могу судить о городе только по набору открыток в дембельском альбоме. В общем, обычный советский город областного масштаба. Прикарпатский военный округ был забит самыми разными войсками под завязку. Правда, оккупантом я себя не чувствовал.

Сейчас я вспоминаю названия тамошних городов и местечек с некоторой ностальгией: Ярмолинцы, Дунаевцы, Войтовцы, Меджибож… Мне бы очень хотелось съездить в Хмельницкий. Первым делом поехал бы в Раков, пригород, где стояла наша ракетная дивизия. Думаю, военный городок, если и сохранился, то находится не в лучшем состоянии. Жаль не того, что нашей ракетной дивизии давно нет. Бог с ней, с дивизией. Жаль того, что от воспоминаний молодости остались руины…

В-третьих, профессиональную деятельность начал в Брагине. Это километров 25 от границы. Сразу оценил: в Киев можно было попасть «ракетой» по Днепру из Комарина. Или поездом Хмельницкий—Москва (опять Хмельницкий!). Этот маршрут сложнее. В Чернигове приходилось делать пересадку до Нежина, а уже оттуда — электричкой до Киева. И все ночью. Но я был молодой, мне было наплевать на бессонную ночь. Мне были важны впечатления, из которых и состоит жизнь.

До сих пор перед глазами стоит нежинский вокзал, киевская электричка, заполненная людьми и клубникой… Весь день я бродил по Киеву ошалевший, с безумными глазами юного щенка. Возвращение тоже было романтичным. Представьте, перед мостом через Десну электричка останавливается. Тишина, пересвист дроздов, широкая тихая река, впереди Чернигов, и надо всем сияние нежаркого солнца…

С 17 лет езжу на южно-курортных поездах. Поэтому Славянск, Краматорск, Мариуполь, Волноваха, Симферополь — названия почти родные. Жданов стал Мариуполем, а Ворошиловград — Луганском. Сейчас эти названия больше звучат в сводках новостей с «юго-восточного украинского фронта». Поскольку все другие новости на российских каналах (смотрим в основном их) вытеснены. Украина, США, Украина, Европа, Украина… У Путина появился неожиданный шанс стать новым «собирателем русских земель». Он и сам, наверное, этого не ожидал.

Хочет он того или нет, вопрос не очень уместный. Здесь уже никто и никого не спрашивает, кроме все той же госпожи Истории. Потом ее, конечно, будут переписывать, пока все не устаканится. Может, в России когда-нибудь бросят заниматься пустым делом, переписывать историю под очередного «царя»?

Понимаю, что американцам очень хочется размазать по стенке конкурента. Понимаю, что точно так же этого не хочется русским. А вывод напрашивается сам собой: в этой предсказуемой второй «холодной» войне никто не победит. Проиграют, как всегда, рядовые исполнители-солдаты. Вроде меня и вас, читателей…

* * *

Как-то к нам прилетел голубь. Сел на фрамугу открытой форточки и сидит. Нами не очень интересуется. Вставать было лень, поэтому я сказал «кыш» да и забыл. Через некоторое время обнаруживаю: сидит. Присматриваюсь: голубь белый, а хвост пышный и раздвоенный. Ага, прилетел из голубятни, которую держит сосед во дворе. Привык к зевакам. Думал о чем-то своем. Минут десять сидел. Потом «бомбанул» на стекло. И улетел. Вот тебе и голубь мира… Я не обиделся на голубя. При чем здесь птичка? Разве мало людей в истории оставляет именно такой же след?

Сергей ШЕВЦОВ