• Погода
  • +14
  • EUR3,0615
  • USD2,5354
  • RUB (100)3,4206
TOP

«Жемчужина у моря»: некурортный сезон

Грядущая зима обещает быть сложной для всех одесситов. Проблем с газом Украине не избежать. Окончание. Начало в №№ 34, 35.

В ожидании проблем со светом и газом одесситы раскупают «буржуйки» и керосинки

Мэрия Одессы уже получила информацию о том, что город ожидает сокращение поставок голубого топлива. В связи с этим профильные службы получили задание проработать вопрос о том, как в подобных условиях обеспечить теплом дома, школы и детские сады. Чтобы хоть как-то сохранить тепло в домах одесситов, городские власти могут отключать зимой горячую воду, сделав упор на отопление.

Ухудшается ситуация еще и тем, что греться электроприборами зимой горожанам также не удастся. Компания «Одессаоблэнерго» уже сейчас обратилась к одесситам с просьбой ограничить потребление электроэнергии и, во избежание нежелательных последствий, а именно принудительных отключений, самостоятельно контролировать расход электроэнергии — в офисах и в домах. Сейчас речь идет о кондиционерах, которые сильно увеличивают нагрузку на сети, а зимой на смену им придут электрические обогреватели и так называемые дуйки. Это грозит или авариями, или плановыми отключениями.

Многие одесситы уже думают, как будут обустраивать свой быт этой зимой и «готовят сани летом». Предприимчивые горожане уже полным ходом закупаются другими средствами обогрева и освещения — свечами, керосинками и «буржуйками».

Продавцы этих товаров говорят, что давно не помнят такого спроса. Например, на Привозе мне не удалось найти ни одной керосинки или «буржуйки».

— Все, что у нас было, таки уже продали, — сообщил мне довольный продавец и клятвенно пообещал, что может доставить «буржуйку» «улучшенной конструкции» через неделю под заказ. Стоит такое удовольствие 2,5 тысячи гривен.

На Староконном рынке продавцы также похвастались: универсальные модели «буржуек», на которых даже можно разогреть еду и вскипятить чай-кофе, отпускаются по записи, которую ведут сами покупатели.

Тем же, кто не собирается поддаваться панике, но и замерзнуть зимой не хочет, специалисты советуют самим позаботиться о тепле в квартире. Как минимум — заклеить стенку за радиаторами плотной фольгой, чтобы тепло аккумулировалось в квартире, а не уходило из нее.

Информационная война

…В Одессу продолжают прибывать беженцы из Донецкой и Луганской областей: на конец августа их было уже более 6000 человек, среди которых более 2,5 тысячи детей и свыше 300 инвалидов. Координационный центр по приему граждан Украины расположен на Центральном железнодорожном вокзале Одессы.

В Украине развязали настоящую информационную войну против беженцев с востока. Самое активное участие в ней принимают соцсети. Из уст в уста передаются истории о «плохих беженцах», которые якобы прячутся от мобилизации, требуют к себе особого внимания, пьют, стреляют, шумят, грабят местное население и даже в открытую агитируют за сепаратистов. Эксперты не могут точно назвать, кто стоит за этой кампанией, но сходятся в одном: эта война не менее страшная, чем та, которая идет на востоке.

Кому выгодна эта информационная война? Эксперты считают, что только тем, кто хочет окончательного раскола Украины.

— Я не знаю, кто стоит за этой войной, но это и неважно. Ведут ее специалисты по таким войнам, причем есть специалисты как со стороны России, так и Украины, — считает политолог Михаил Погребинский. Его коллега Кость Бондаренко уверен, что разжигание ненависти к беженцам с востока — это спецоперация:

— Это настоящая спецоперация по расколу страны. И ведется она не первый месяц. Создается образ врага. Мол, из Донбасса приезжают исключительно алкоголики, жлобы, проводится линия — нужно отделить Донбасс от Украины. Эта кампания похлеще кампании Януковича в 2004 году, когда страну поделили на три сорта.

— Социальные сети без разбора подхватывают любую негативную информацию о беженцах и постоянно «забрасывают» на популярные форумы и сайты душераздирающие истории о беспредельщиках с Донбасса. Наступила всеобщая безответственность за то, что пишут в соцсетях. Официальные СМИ несут ответственность за каждое слово. А участники соцсетей — как обезьяны с гранатой. Это похоже на какое-то всеобщее безумие. А психологическая ненависть к беженцам — бомба замедленного действия. Она очень опасна. Неизвестно, когда взорвется,— говорит политолог Вадим Карасев.

Волонтеры, которые занимаются беженцами, говорят, что люди бывают разные, но плохие истории о беженцах действительно очень быстро подхватываются и распространяются. О хорошем почему-то не пишут…

Как мы меняемся прямо сейчас

Моя подруга в Одессе — журналист Татьяна Юшева — одесситка в четвертом поколении, которая считает родной город вполне живым существом. Одессу-маму она любит всем сердцем. Я записала ее монолог о войне:

«У меня еще свежо в памяти то время из прошлой жизни, когда слово «война» — это нечто, чего с нами не может случиться априори. Ну, правда, XXI век на дворе, какая война? Век договоренностей, уступок, компромиссов и войн компьютерных. Максимум — революция, качели на два-три месяца.

Февральский шок отрезвил и дал понять, что не все идет по известным нам сценариям, ведь никто, ни один политический знаток не сказал в ноябре или декабре, чем закончится Майдан. Все строили свои предположения, искали аналоги в нашей и чужой истории, пугали друг друга прогнозами один страшнее другого. Но даже тогда слово «война» было чужим. Первый холодок пробежал по спине в дни крымской аннексии. Слегка так пробежал, но ведь особо страшного ничего не происходило — нервы, страх перед неизвестностью, но не страх перед войной. Тогда в моей редакционной ленте мелькнул чей-то душераздирающий пост: мол, пора остановиться, пока не хлынули матерям похоронки, пока жены не оросили слезами могилы своих молодых мужей…

До сих пор помню тот холодок и свой гнев: зачем нагнетать, зачем притягивать самое плохое? Такого просто не может быть! Ну не с нами! Мы же цивилизованные люди!

Никогда не говори никогда, не надо быть беспечным, не надо иронизировать там, где не нужно, не надо пытаться искать правду, надо мириться со словом «война», учиться молиться и орошать украинскую землю кровью и слезами.

Когда-нибудь все это закончится. Все войны заканчиваются. И мы или хотя бы наши дети будут учиться жить после войны. Надеюсь, что все-таки еще мы успеем понять, сколько открытий можем сейчас для себя сделать.

Отбросим геополитику — там все и всем ясно. Нас болтает, как в пасти у кашалота, отбрасывая на клыки, засасывая глубже в его темное нутро, отшвыривая снова на огромный язык. Не знаю, есть ли все перечисленное у кашалота, но мне видится именно так. А вот если смотреть на расстоянии вытянутой руки, то можно увидеть, как мы меняемся прямо сейчас. Как нас пронизывает общее горе, мы плачем, глядя на неизвестных нам парней, которые гибнут там, на войне. За что? Они-то сами знают, за что? Их жены, дети, матери знают это? А за что гибнут мирные жители? Почему не уехали, не бежали и не спасали свои жизни и жизни своих детей?

У каждого своя правда. И нам ее никогда не постичь, но есть простые истины: твой дом, земля, твой друг, брат и Бог, под которым мы все. Он рассудит. А пока так:

«Кров’ю людей омила поля, тайну залишила моя земля»…

* * *

Одесситы уже более четырех месяцев ждут момента, когда смогут узнать правду о трагических событиях, которые произошли 2 мая. Большие надежды возлагают на депутатскую комиссию облсовета. Однако члены комиссии при каждой попытке выяснить подробности сталкиваются с тайной следствия, и уверенность, что расследование назовет и накажет виновных, сходит на нет.

Image 3937

Власть не заинтересована в результате?

В середине августа состоялось очередное заседание созданной при областном совете временной контрольной комиссии по реализации депутатского контроля над ходом досудебного расследования совершенных 2 мая в Одессе преступлений. Приглашенные представители силовых ведомств проинформировали о ходе досудебного расследования.

— Есть основание считать с большой долей вероятности, что эти события были спланированы задолго до 2 мая,— заявил старший следователь по особо важным делам УМВД Руслан Сушко.— Следствие установило лиц, которые специально заводили людей в Дом профсоюзов. К этому причастны как украинцы, так и жители Приднестровья и России. Некоторым организаторам трагедии удалось скрыться за границей, под стражей сейчас находятся всего 12 человек. В конце сентября в суд будут переданы дела еще по 33 подозреваемым. Без помощи иностранных экспертов вряд ли удастся установить причину смерти 14 одесситов, на телах которых отсутствовали следы насильственной смерти… Собственно, на этом отчет правоохранителя закончился. А когда журналисты стали задавать вопросы, то четкого ответа так и не смогли добиться.

— Задавать вопросы представителям СБУ, прокуратуры, МВД — бесполезно. Правоохранительные органы до сих пор не назвали ни одной фамилии из числа задержанных лиц с той или другой стороны, которые причастны к событиям 2 мая в Одессе. Господин Аваков (замминистра МВД) — прим. авт.) комментирует в социальных сетях каждый шаг антитеррористической операции. Неужели АТО — это менее засекреченное событие, чем следствие, по которому одесситы требуют результатов? Я думаю, что нынешняя власть не хочет результатов по расследованию одесской трагедии 2 мая, — вступил в полемику со следователем один из инициаторов создания комиссии, депутат Одесского областного совета Николай Скорик. — Ни одна фамилия не названа по причине нарушения прав защиты задержанных! Когда правоохранители задерживают коррупционеров, попавшихся на взятках, во всех средствах массовой информации публикуются их фамилии. Неужели у этих взяточников другие права, или они социально более опасны, чем те люди, которые убивали одесситов и на Куликовом, поле и на Греческой площади?! У нас задерживают взяточника за 300 долларов, и все об этом знают — никого не смущает конфиденциальность!

Правоохранители признались, что им часто приходится слышать претензии по поводу того, что расследование якобы затягивают намеренно. В свое оправдание милиционеры парируют: следствие продвигается медленно из-за того, что не хватает экспертов.

— Ежедневно по делу проходит десятки экспертиз, — говорит Руслан Сушко. — Этим можно объяснить то, что следствие идет долго.

Первый заместитель прокурора области Михаил Черный пообещал обратиться в генпрокуратуру с просьбой в кратчайшие сроки проинформировать общественность о результатах расследования. А Николай Скорик предложил распустить комиссию в том случае, если к следующему заседанию в сентябре не произойдет никаких сдвигов в расследовании одесской трагедии.

Что привело к трагедии в Доме профсоюзов?

Общественное объединение «Группа 2 мая», в состав которой входят независимые эксперты, журналисты, юристы, вот уже четвертый месяц активно ведет собственное расследование. Один из ключевых вопросов — действия милиции. Могла или не могла одесская милиция предотвратить многочисленные жертвы? Если не могла, то по какой причине? «Группа 2 мая» пришла к некоторым выводам. О них было рассказано во время специальной пресс-конференции в одесском кризисном медиацентре.

В частности, руководство Главного управления МВД Украины в Одесской области знало о готовящихся провокациях между противоборствующими сторонами. И для того, чтобы не допустить массовых беспорядков, милицией был сформирован определенный резерв сил и средств. Однако по непонятным пока причинам этот резерв не был задействован. Также зачастую милиция не сдерживала ситуацию, а была сторонним наблюдателем происходящего. К примеру, подразделения милиции бездействовали даже тогда, когда на их глазах выпрыгивающих из Дома профсоюзов пытались добивать агрессивно настроенные граждане. Милиционеры объясняли свою бездеятельность тем, что не имели приказа…

Тогдашний начальник Главного управления МВД Украины Петр Луцюк фактически устранился от выполнения своих обязанностей. Приказ о введении оперативного плана «Волна» был им подписан, но не был осуществлен…

Однако, на данный момент у независимых журналистов нет оснований утверждать, что существовал сговор между руководством милиции и одной из сторон противостояния. Но это не означает, что такого сговора не было между отдельными милиционерами и отдельными лидерами. Работники милиции не предпринимали активных действий для задержания людей, участвующих в драках, бросающих бутылки и вооруженных огнестрельным оружием, осуществляющих одиночную стрельбу из автомата АКС-74У, пистолета-пулемета UZI. Стреляли из глубины защитной шеренги, организованной сотрудниками милиции. В некоторых эпизодах видеоматериалов видно, что стрелок использует щиты милиции как прикрытие и стреляет из-за них. Стреляющий был опознан как активист Куликова поля по кличке «Боцман». Более того, сопоставление некоторых эпизодов того дня позволяет выдвинуть независимым экспертам версию о связи бывшего начальника ГУВД Украины в Одесской области полковника Дмитрия Фучеджи с «Боцманом» и об их сговоре с целью дать последнему возможность скрыться от следствия.

Вместе с тем «Группа 2 мая» отмечает: многие сотрудники милиции выполняли свой долг, пытаясь в меру сил защитить жизнь и здоровье граждан. 2 мая в массовых беспорядках в Одессе пострадало много рядовых сотрудников милиции и офицеров: по официальным данным было ранено 14 военнослужащих внутренних войск и 49 милиционеров. Но по неофициальной информации, раненых и травмированных было гораздо больше. Член «Группы 2 мая» химик-биолог Владислав Былинский поделился своим личным мнением, с которым пока что согласны не все члены группы. Он считает, что руководители Куликова поля, в частности, Алексей Албу, Артем Давидченко, обманом заманили порядка 400 человек в здание Дома профсоюзов. Еще во время столкновений на Греческой был осуществлен оперативный обзвон людей. Владислав Былинский подчеркнул: он располагает видеоматериалами и свидетельскими показаниями, что людей именно сгоняли в здание, и, в конечном счете, это стало причиной массовых жертв. К примеру, с конечной остановки трамваев №№ 17 и 18 ожидающим транспорт сообщили, что три трамвая заминированы, и предложили спрятаться в здании Дома профсоюзов.

Еще один из личных выводов специалиста опровергает мифы о применении боевых отравляющих веществ неизвестного газа. Былинский выдвигает версию о том, что ядовитые вещества, выделявшиеся при горении покрытий стен, мебели, отделочных материалов, были способны смертельно отравить десятки людей. Кроме того, загадочную вспышку внутри здания могло дать одномоментное, на большой площади стен воспламенение толстого слоя краски и олифы, содержащейся в шпаклевке.

В свою очередь член группы Татьяна Герасимова развеяла миф об исчезновении тысяч людей 2 мая. Милиция получила 13 заявлений о пропавших в этот страшный день людях. Во всех случаях место нахождения людей установлено. Шестеро из них, к сожалению, были найдены среди погибших. На данный момент независимое расследование продолжается. Что касается точного количества погибших и пострадавших в Одессе 2 мая, то этой информацией, похоже, не располагает никто. Цифры отличаются друг от друга на порядок.

«Я видела, как с крыши дома профсоюзов бросали в людей бутылки с зажигательной смесью…»

Журналист Ольга Ильицкая живет то в Москве, то в Одессе, является членом Национального Союза журналистов и Союза писателей Москвы. Автор десяти книг поэзии и прозы. 2 мая она была на Куликовом поле…

— Я не хотела идти на Куликово поле, поскольку прекрасно понимала, что происходит, когда все началось еще в центре города. Однако со мной была московская журналистка, которая очень хотела туда пойти. Я нарочито увела ее в парикмахерскую — делать маникюр. Процедура эта достаточно длительная, пока мы там сидели — видели, как мимо окон проехали пять автобусов с силовиками. Когда стали проезжать «скорые», мы все-таки направились в сторону Куликова поля, там увидели сгоревшие палатки, фотографировали … Мы увидели, как шла колонна в черных комбинезонах, они ни на кого не смотрели — такая себе «гусеница», скрывшаяся в тыльной части здания Дома профсоюзов. Затем я увидела эти черные фигуры на крыше здания, откуда они стали стрелять людей. Я видела, как люди вышли на козырек здания. Шли по нему. Видела, как с крыши бросали в этих людей бутылки с зажигательной смесью. Одна из таких бутылок попала в женщину. Видела, как майдановцы разбирали сцену, брали доски, чтобы как-то спасти людей. Они же подтаскивали шины, чтобы смягчить падение тех, кто выпрыгивал из окон. Никто никого не добивал — это ложь, грубый вымысел… К нам подошел человек — один из фанов харьковского «Металлиста», он сказал: «Там нет наших людей. Мы к этому отношения не имеем, мы против этого…». Видела, как девушки наливали в бутылки коктейль Молотова. Бросали ли его снизу вверх — не видела, а вот сверху вниз — однозначно бросали. В частности, с предпоследнего окна четвертого этажа, с крыши. Это я видела сама. Видела горящие входные двери. Многие кричали, возмущаясь происходящим. Раздавались крики: «Спасите! Убивают!». Это кричали здесь, на площади, а вот что происходило внутри здания, мы не знали…

Одесситы верят, что придет время, и все узнают правду о трагедии.

Светлана БАЛАШОВА, Минск-Одесса-Минск