TOP

Первым в очереди стоит Мадуро…

Очередная девальвация в Беларуси — «мелочи жизни» по сравнению с обвалом венесуэльской национальной валюты.

Как пишет «Слон», тамошнее правительство уже много лет лицемерно держит официальный курс на уровне 6 боливаров за доллар. Однако в реальности купить этот доллар в Венесуэле сегодня можно не меньше чем за 174 боливара. Еще год назад можно было за 64, а теперь рыночный курс временами подскакивает до 187. На выходе — почти трехкратное падение за 2014 год.

Венесуэла еще со времен Уго Чавеса считается одним из ближайших (по духу, а не по географии) союзников Беларуси. На самом деле, правильнее говорить об особых отношениях, установившихся между Александром Лукашенко и президентами этой страны (особенно предыдущим, ныне покойным).

Падение цен на нефть помножилось в Венесуэле на безумные действия властей, что привело к катастрофическим последствиям. Даже при $ 110 за баррель венесуэльское руководство умудрялось мучить страну постоянными дефицитами, очередями, непрерывным падением курса и инфляцией больше 50%. А после того как нефть упала ниже $ 50, в Венесуэле вообще начался стремительный распад всех привычных институтов цивилизации.

Перестали функционировать самые простые структуры, которыми человечество научилось пользоваться еще в деспотиях Древнего Востока, — а в сегодняшней Венесуэле они не работают. Люди не могут добыть простейшие продукты питания. Ни за какие деньги не могут купить. Магазины большую часть времени стоят закрытыми, потому что открывать их бессмысленно — им нечего продавать.

Частные супермаркеты могут открываться несколько раз в неделю на пару часов. Им удалось где-то достать валюту, что-то завезти, и они быстро распродают эту партию товара. Много времени для этого не требуется: люди сами бросают все дела, сбегаются к магазину и выстраиваются в очередь под дулами автоматов Национальной гвардии или ЧОПа.

Image 4178

Image 4177

Товары нормируют: четыре пачки молока в одни руки, или одну упаковку стирального порошка, или два дезодоранта. Тем, кто отоварился, ставят несмываемую отметку на руке. Иногда даже вида автоматов недостаточно для поддержания порядка: начинаются драки, местные гонят из очередей тех, кто из другого района, устраивают общественные инспекции по задним комнатам магазина — вдруг там чего припрятали.

В государственных супермаркетах снабжение лучше, но там тоже особо не разгуляешься. Делать покупки можно только два раза в неделю в соответствии с номером удостоверения личности. У кого заканчиваются на 0 или 1 — по понедельникам, на 2 или 3 — по вторникам, и так далее до пятницы. По субботам очереди длиннее, потому что покупать могут те, у кого последняя цифра от 0 до 4, в воскресенье — от 5 до 9.

Такие проблемы возникают не только с едой — со всеми товарами, на которые венесуэльское государство ввело регулируемые, «справедливые» цены. Сюда входит почти все, что необходимо человеку для нормальной ежедневной жизни, от молока и муки до стирального порошка и туалетной бумаги. За всем этим в Венесуэле теперь надо стоять в длинной очереди с призрачными шансами на успех.

Периодически люди не выдерживают: на днях толпа остановила и разграбила проезжавший мимо очереди грузовик с памперсами — они ведь тоже благодаря заботе правительства продаются только по «справедливым ценам», поэтому их не достать.

Сокращение национального производства в Венесуэле вполне может тягаться по темпам с сокращением импорта.

Например, в Венесуэле были сборочные производства автомобилей мировых марок. За 2014 год количество выпускаемых автомобилей сократилось по сравнению с 2013 годом в 4 раза. По сравнению с 2007 годом — почти в 10 раз. У компаний просто нет валюты для того, чтобы купить ту часть комплектующих, которая импортная.

Или производство картошки — упало в 2014 году в 5 раз. Не было ни удобрений, ни семян. В результате ничего не выросло.

Производство мяса сократилось почти вдвое. Производство молока — на 70%. В венесуэльских «Макдоналдсах» исчезла картошка фри: на импортную нет валюты, а своя не выросла. Местные политики радуются — наконец-то патриотично перейдем на маниоку.

Даже улететь из этого безумия так просто не получится. Из-за правительственных игр с курсом доллара большинство авиакомпаний либо вообще прекратили, либо резко уменьшили количество рейсов в/из Венесуэлы.

Image 4179

Президент Венесуэлы Мадуро не отрицает, что страна переживает тяжелейший кризис. Но отступать в своей войне со здравым смыслом он тоже не намерен. На все вопросы у него одно объяснение: во всем виноваты США, которые пытаются экономически задушить социалистическую Венесуэлу и напрямую и опосредованно — с помощью пятой буржуазной колонны внутри страны.

Никаких разумных мер для борьбы с кризисом венесуэльское правительство не предпринимает. Вместо этого министры периодически выступают с заявлениями, что дефицит того-то со дня на день будет окончательно побежден, потому что они заключили соглашение с каким-нибудь заводом, который уже завтра всего в избытке напроизводит.

В реальности Мадуро надеется только на одно — на то, что цены на нефть опять вырастут. Поэтому он непрерывно катается по разным нефтяным столицам, от Мехико и Москвы до Тегерана и Рияда, и уговаривает лидеров других нефтеэкспортеров: давайте сговоримся, давайте снизим добычу, давайте сделаем хоть что-нибудь, чтобы поднять цены.

Многие из его коллег, наверное, были бы рады с ним сговориться, но разве можно друг другу верить. Обязательно обманет: ты сократишь, а он будет наслаждаться выросшими ценами. Конечно, дешевая нефть угрожает гибелью им всем, но ведь не одновременной. Первым в очереди все равно стоит Мадуро, а там будет видно.