• Погода
  • +23
  • EUR3,0262
  • USD2,4954
  • RUB (100)3,4673
TOP

Бубновый интерес

На заседание Высшего госсовета (ВГС) Союзного государства, как и положено по уставу этого странного объединения, в Минск прилетело все политическое руководство России. Обычно такие мероприятия проходят в Москве. В этот раз все дружно приехали в белорусскую столицу, хотя подобные заседания — это дежурный, формальный ритуал. 

Никаких мало-мальски серьезных решений на таких посиделках не принимается. Единственный смысл заседаний ВГС состоит в том, дабы показать, что Союзное государство Беларуси и России все еще существует.

В этой связи даже возник небольшой скандал. Дело в том, что по российскому законодательству в случае отсутствия на территории РФ президента его обязанности временно исполняет премьер-министр. А 25 февраля В. Путин и Д. Медведев вместе приехали в Минск. И когда журналисты попросили прокомментировать эту ситуацию пресс-секретаря президента России Д. Пескова, тот ответил: «Путин и Медведев находились на территории Союзного государства». В переводе на русский язык это означает, что с точки зрения Москвы, Беларусь — это не заграница, не другая страна?

Возникает сакраментальный вопрос: зачем приезжали? Ведь могли благополучно провести эту пустопорожнюю тусовку и в Москве.

В высокой политике любые публичные действия подобного рода наполнены определенным смыслом. И этот визит высоких московских гостей был полон символизма.

Дело в том, что в последнее время под воздействием целого ряда факторов геополитическая ситуация в регионе существенно изменилась. После упразднения санкций ЕС в отношении официального Минска впервые в истории взаимоотношения нашей страны с Европой стали лучше, чем отношения России с Евросоюзом. Против РФ европейские санкции действуют, а в отношении Беларуси — нет. Ситуация новая и неожиданная. Потому что на протяжении всего периода после распада СССР было все наоборот.

Официальный Минск не скрывает своих намерений нормализовать отношения с Западом. Причем временами белорусские власти делают это демонстративно, как это было, например, после возвращения А. Лукашенко из Сочи.

Весьма знаменательно, что за день до визита в Минск российского руководства здесь же находилась с визитом делегация ЕС, в частности, заместитель генерального директора генерального директората Еврокомиссии по политике соседства и переговорам о расширении К. Матернова и вице-президент Европейского инвестиционного банка Л. Баранья.

Кроме того, с падением мировых цен на нефть, началом кризиса в России, экономическая зависимость Беларуси от РФ заметно уменьшилась. И все это, безусловно, тревожит Москву. Она опасается потерять вслед за Украиной и Беларусь.

Поэтому внезапный приезд в Минск В. Путина и других российских лидеров — это знаменательный символический жест, определенная демонстрация. Смысл ее состоит в том, дабы показать, что РФ по-прежнему рассматривает Беларусь как своего главного союзника. Эта презентация союзнических приоритетов настолько важна для Москвы, что ради нее в Минск на заседание прибыло все политическое руководство России.

Если же говорить о содержательной стороне переговоров, то она выявилась случайно. Обращаясь к В. Путину в присутствии журналистов, А. Лукашенко оговорился, назвав его Дмитрием Анатольевичем. На что президент России язвительно пошутил: «Правильно, деньги все там». Он имел в виду, что кредитами распоряжается правительство России во главе с премьер-министром Д. Медведевым.

Таким образом, на встрече двух президентов, которая предшествовала заседанию ВГС, речь шла о деньгах, о выделении Россией очередного кредита Беларуси. Собственно, бубновый интерес белорусской стороны никто и не скрывал. Однако по итогам переговоров на этот счет никакой информации не появилось.

Но уже на следующий день, 26 февраля, на телеканале «Беларусь 1» посол России в Беларуси А. Суриков заявил, что в отношении российского кредита «решение сейчас достигнуто окончательно и бесповоротно», и на заключение кредитного договора потребуется несколько дней.

Тем не менее, остаются вопросы. Если решение, по информации А. Сурикова, принято, то почему бы президентам не объявить это публично по итогам переговоров в Минске? Это стало бы заключительным аккордом минского саммита, который придал бы хоть какой-то содержательный смысл этому вояжу российского руководства в белорусскую столицу. Дескать, вот, смотрите, не зря приезжали, есть реальные плоды братской интеграции. И с точки зрения пиара обнародование этого решения было выгодно обеим сторонам. В. Путин мог бы лишний раз уколоть США и ЕС, дескать, пока Запад в лице МВФ кочевряжится, выставляет условия, мы, как истинные союзники, в трудную минуту быстро пришли на помощь Беларуси. И А. Лукашенко имел бы основания оповестить и успокоить свой добрый народ: вот смотрите, я все-таки выбил этот кредит, о котором говорил после сочинских переговоров, никто не умеет так талантливо вышибать деньги у Москвы. Но президенты по итогам минского саммита говорили о чем угодно, но о самом главном промолчали.

Более того, вечером 25 февраля заместитель министра финансов России С. Сторчак сообщил журналистам, что хотя В. Путин и А. Лукашенко на переговорах в Минске вели речь об этом займе, «дискуссия по вопросу будет продолжена».

И, в конце концов, речь же теперь идет не о российском кредите, а о займе Евразийского фонда стабилизации и развития (ЕФСР). Его учредителями являются страны-участники Евразийского сообщества. Даже чисто формально, необходимо провести это решение через ЕФСР. Боюсь, что нескольких дней, как уверяет А. Суриков, будет мало.

Поэтому могу предложить версию, что решение о кредите В. Путиным действительно принято, но переговоры об условиях его выделения еще продолжаются. Но для Беларуси как раз вопрос времени чрезвычайно важен, ибо нужно срочно возвращать долги.

И здесь интересно, какие политические последствия будет иметь получение Минском этого кредита. Могу высказать два предположения. Во-первых, позиция Беларуси в переговорах с МВФ ужесточится. Дескать, не требуйте реформ, а платите за геополитическую лояльность, ибо это большая ценность, ликвидный товар, если не верите, то посмотрите, как ведет себя Россия.

Во-вторых, перспективы серьезных экономических реформ в Беларуси отодвигаются, становятся более туманными. Ибо весь предыдущий опыт российского кредитования свидетельствует о том, что любые займы Москвы укрепляли и консервировали белорусскую социальную модель. Известно, что реформы начинаются тогда, когда заканчиваются деньги. А когда Россия их дает на халяву, по политическим причинам, то зачем что-то менять? И пусть не вводит в заблуждение тот факт, что ЕФСР выдвигает условия кредитования, похожие на те, которые обычно выставляет МВФ. Сама Москва к ним всерьез не относится. Лишь единственный раз ЕФСР встал в позу и не выделил один транш предыдущего кредита, хотя Минск все время игнорировал требования фонда.

Посмотрим, как в этот раз будет выглядеть геополитический шпагат белорусского руководства.

Валерий Карбалевич

Читайте также в рубрике «Диагноз»:

Цена отказа от реформ

Акробатический этюд

Сигнал SOS не услышан?

Внешнюю политику определяет милиция