• Погода
  • +18
  • EUR3,1436
  • USD2,6411
  • RUB (100)3,4298
TOP

«Руководителем не возьмут, сторожем — может быть»

Дашкевич собирает мебель, Логвинец переводит тексты, а Скребец уже 12 лет не может найти постоянную работу

Алесь Логвинец, заместитель председателя движения «За свободу», рассказывает, что месячного заработка на жизнь ему в целом хватает.

— Я выкладчык. Калі мяне запрашаюць, я выкладаю, часцей за ўсё за мяжой. Вось, напрыклад, выкладаў у ЕГУ ў Вільні, а таксама факультатыўныя заняткі ў рамках Беларускага калегіюма. У дзяржаўных установах — не, але можна паспрабаваць. Яшчэ я перакладчык. Калі мяне запрашаюць, я перакладаю — як у Беларусі, так і за мяжой.

Олег Трусов — один из основателей Партии БНФ, депутат Верховного Совета 12-го созыва и кандидат на выборах-2016.

— З 1995 года па сённяшні дзень я працую выкладчыкам у Беларускім дзяржаўным універсітэце культуры і мастацтваў. Чытаю лекцыі, звязаныя з гісторыяй і археалогіяй.

Олег Анатольевич признается, что оппозиционное прошлое во многом помогает преподаванию — экс-депутата знают студенты.

— Усе студэнты ведаюць, што дзякуючы мне быў прыняты бел-чырвона-белы сцяг і «Пагоня». Яны шмат чытаюць пра мяне ў інтэрнэце і выказваюць павагу. Таксама я выкладаю на беларускай мове, а яна студэнтам падабаецца. Калі я ішоў у дэпутаты на апошніх парламенцкіх выбарах, за мяне галасаваў увесь факультэт. З боку адміністрацыі ВНУ да мяне ставяцца добра, таму што я не блытаю лекцыі з палітыкай. Ніколі нікуды нікога не агітую, не выказваюся кепска пра Лукашэнку, а, наадварот, магу яго і пахваліць, калі ёсць такая нагода.

Трусов рассказывает, что получает в месяц 900 рублей: 600 — в университете и 300 — пенсии. На жизнь этой суммы хватает. Но признается, что если бы получал только зарплату, то вряд ли бы смог прожить нормально.

Депутат Палаты представителей второго созыва, член Объединенной гражданской партии Сергей Скребец уже 12 лет не может найти постоянную работу.

— Сейчас я нигде не работаю. В этом году устроился на временную работу — ухаживал за инвалидом. Но в сентябре он умер, и я остался без работы. Пытался устроиться сантехником, мастером-литейщиком, работал грузчиком и таксистом, но недолго. Сейчас активно ищу работу, хожу на собеседования. На руководящую должность меня не возьмут, но сторожем — может быть.

Сергей связывает проблемы с трудоустройством со своей политической деятельностью, членством в ОГП и судимостью.

— Везде требуют справку из милиции, с судимостью брать не хотят, даже охранником. И, конечно, во многом отказывают по идеологическим причинам, я думаю.

Лидер движения «Молодой фронт» Дмитрий Дашкевич работает мебельщиком. Активист рассказывает, что почти все клиенты знают о его политической деятельности — проблем с этим нет. Павел Северинец, экс-лидер «Молодого Фронта» и сопредседатель незарегистрированной партии «Белорусская христианская демократия», рассказывает, что основная часть его заработка — гонорары за книги.

— Я працую кансультантам па маркетынгу ў ІП. Акрамя гэтага, уваходжу ў Саюз пісьменнікаў Беларусі. Частка майго заробку — ганарары за кнігі і дзейнасць як публіцыста. Зарабляць шмат няма магчымасці, таму што вельмі заняты пісьменніцтвам і грамадскімі справамі, але на жыццё мне хапае.

Активист оппозиции Павел Виноградов работает секретарем-референтом, но своего работодателя не называет.

— Я работаю официально на 0,25 ставки. Но есть, конечно, и неофициальная трудовая деятельность. Например, я парикмахер, но за стрижки денег не беру. А вот подарки дарить себе не запрещаю. Если вы хотите спросить, получаю ли я какие-то средства за свою политическую деятельность, то скажу вам, что нет. В последний раз такое было года три назад.

Анастасия Бойко, TUT.BY