TOP

25 лет на одном крыле

Беларусь отмечает символический юбилей — 25-летие своей внешней политики. Символический потому, что трудно точно определить, с какой даты вести отсчет независимого внешнеполитического курса молодого государства, собственной дипломатии. Поэтому решили приурочить торжества к череде 25-летних юбилеев установления дипломатических отношений Беларуси с зарубежными странами. 

В государственных СМИ появилась серия публикаций на эту тему. В Минске прошла международная конференция «25 лет внешней политики Беларуси», организованная экспертной инициативой «Минский диалог». На форум собрались все прежние министры иностранных дел независимой Беларуси.

С докладом выступил нынешний глава МИД Владимир Макей. Он отметил, что 25-летие внешней политики — важная веха, чтобы узнать, где мы находимся, сверить свои планы на будущее, переоценить, где мы, кто мы такие и куда мы идем. Посыл очень правильный. Однако и в его речи, и в выступлениях бывших министров говорилось только об успехах, серьезной рефлексии, анализа проблем и возможных ошибок не прозвучало. А между тем оснований для критической оценки внешней политики страны после обретения независимости более чем достаточно.

Изначальная проблема формирования внешней политики возникла вследствие того, что Беларусь стала независимым государством несколько неожиданно для самой себя. Поэтому независимость оказалась для страны тяжелой ношей. Как большинство населения, так и правящая элита испытывали от нового положения сильный психологический дискомфорт.

Сильная экономическая зависимость от России, доминирование российского центризма в белорусской общественной мысли и массовом сознании делали курс на интеграцию с Россией практически неизбежным. Экономическая, политическая, дипломатическая поддержка Москвой созданной в Беларуси социальной модели стала необходимым условием выживания последней. Следствием этого стало гипертрофированное разрастание восточного вектора внешней политики Беларуси. Он стал не просто доминирующим, а временами единственным.

Безусловно, тесный союз с Россией в какой-то мере помог Беларуси выжить в самые трудные первые годы независимости, сохранить белорусскую промышленность, обеспечить социальную стабильность. Но, с другой стороны, он способствовал консервации старой советской производственной базы, ресурсо- и энергоемкой структуры экономики. Ни промышленное производство, ни сельское хозяйство не смогли с помощью интеграции с Россией модернизироваться и завоевать новые рынки. Союз с РФ обеспечил стабильность, но заблокировал развитие Беларуси. В конце концов, неизбежно возникла ситуация, когда для сохранения в Беларуси социального статус-кво российских дотаций нужно все больше, а Москва может их выделить все меньше. Кроме того, возрастающая зависимость от России привела к тому, что существенно сузилась свобода маневра белорусского руководства, надолго заморозились отношения с Западом.

В итоге сам А. Лукашенко назвал такую политику «дикий крен на Восток». В январе 2007 года после нефтегазовой войны белорусский лидер утверждал: «Мы допустили в практической реализации своей внешней политики ошибку — мы «летели» на одном крыле». А после Крыма руководство Беларуси ощутило реальную угрозу независимости с Востока. Вообще-то, в политике принято нести ответственность за свои ошибки. Но, увы, только не в Беларуси.

Вследствие всего этого во внешнюю политику Беларуси были внесены коррективы, начался диалог с Западом, появилась тактика балансирования. По большому счету, можно констатировать, что именно с этого момента у Беларуси появилась своя внешняя политика. Потому что встречи президента с российскими губернаторами — это не внешняя политика.

В этой связи любопытно прозвучало заявление министра В. Макея на конференции: «Нас не раз и весьма настойчиво подталкивали к так называемому «окончательному геополитическому выбору» и с Востока, и с Запада. Вновь хотелось бы повторить: белорусские интересы не замыкаются на каком-то одном направлении». На фоне того, что лейтмотивом выступлений всех официальных лиц Беларуси (в том числе министра иностранных дел) является тезис о безальтернативности для Беларуси интеграции с Россией, это звучит несколько странно. Разве интеграция с РФ не есть геополитический выбор? Поистине, дипломатия есть искусство манипулировать словами…

В последние годы весьма заметна активность белорусской дипломатии, особенно в направлении «внешней дуги», китайском векторе. Возросшее количество контактов, визитов официоз выдает за успех внешней политики. Однако легко заметить такую закономерность: чем больше зарубежных визитов совершает А. Лукашенко, другие официальные лица, тем хуже ситуация в белорусской экономике. Наш экспорт за два последних года существенно упал, новые рынки завоевать не удалось, доля стран «дальней дуги» во внешней торговле Беларуси не меняется уже почти два десятка лет.

И это вполне закономерно. Даже хорошая дипломатия не может компенсировать экономические провалы внутри страны. А ведь политическим руководством на нее возложена задача: найти внешние источники для выживания белорусской социальной модели. Дипломатам дается задание найти деньги, инвестиции, рынки сбыта, которые позволили бы ничего не менять внутри страны, не проводить реформы. Т. е. миссия внешней политики сегодня (собственно, как и всего госаппарата) — это консервация статус-кво, сохранение стабильности, а не обеспечение развития.

В последнее время из уст официальных лиц и провластных политологов настойчиво продвигается новый концепт, призванный стать стратегией внешней политики Беларуси в условиях обострения напряженности в регионе, углубления конфликта между Россией и Западом. Нашу страну пытаются позиционировать как донора или провайдера безопасности, как государство, призванное примирить РФ с ЕС, реализовать идею «интеграция интеграций».

Звучит красиво. Но, при здравом рассуждении выглядит утопией. Проблема здесь не только в невысоком международном весе Беларуси, но и плохом имидже. Наша страна воспринимается за рубежом как проблемное государство, которое не способно разрешить легитимным образом внутренний конфликт. Куда уж претендовать на урегулирование международных кризисов.

Но еще более важно то, что роль посредника, модератора, честного брокера может выполнить только нейтральное государство, стоящее над схваткой. Беларусь же является формальным и реальным военно-политическим союзником России, членом блока ОДКБ. Предстоящие военные учения с Россией «Запад 2017», вызвавшие большой международный ажиотаж и опасения соседних государств, как-то плохо сочетаются с ролью донора безопасности.

Нам представляется, что статус Минска как переговорной площадки по урегулированию украинского кризиса стал результатом благоприятного стечения обстоятельств, которые повторяются не часто. И используя эту сиюминутную дипломатическую удачу, белорусские власти пытаются выстроить какую-то масштабную стратегическую линию. Однако эта дипломатическая почва слишком зыбкая. Как говорят белорусы, «дрыгва».

Валерий Карбалевич

Читайте также в рубрике «Диагноз»:

Не совсем шелковый путь

Министерство скандалов

Праздник непослушания

Послание у пропасти