TOP

Разве нам не хватает сельскохозяйственной земли?

В соответствии с указом № 259, который Александр Лукашенко подписал 27 июля, вплотную к радиоактивной зоне можно будет выращивать сельхозпродукцию и пасти скот.

По информации пресс-службы правительства, этот указ «будет способствовать ведению хозяйственной деятельности» вблизи границ заповедника. Указ согласовали все заинтересованные государственные органы.

«Как можно принимать решение, когда ученые не сделали выводы, не проведены исследования?»

Физик, кандидат технических наук, ответственный секретарь комиссии Верховного Совета СССР по расследованию причин аварии на Чернобыльской АЭС и оценке действий должностных лиц в послеаварийный период Юрий Воронежцев не понимает, как объяснить упразднение охранной зоны с точки зрения логики.

— Более 20 лет назад ученые бывшего СССР, а также эксперты мирового уровня исследовали эту проблему и решили: нельзя трогать эти земли десятилетия, а может быть, и столетия, — отмечает эксперт.

Зачем это делается сейчас? Разве в Беларуси не хватает сельскохозяйственной земли?

— Мы занимаем третье место в Европе по количеству сельскохозяйственных угодий на душу населения. Это в несколько раз больше, чем в Польше. Однако белорусских продуктов в Польше я не замечал. Наоборот, наши магазины завалены польскими фруктами и овощами, — говорит собеседник.

Юрий Воронежцев обращает внимание на несколько моментов.

— Если не будет жесткого контроля на территории заповедника, там могут производить, в том числе и нелегально, грязные продукты питания и продавать их по всей Беларуси. Говорят, что можно точечно что-то производить. Но опять же — зачем? Эта продукция будет в разы дороже, чем произведенная на чистых территориях, — считает эксперт. — Самое страшное не то, что облучают и потребляют грязную продукцию отдельные граждане, хотя в онкодиспансере, где я лечусь восьмой год, я столько насмотрелся… В основном лечатся люди из загрязненных районов, которые неконтролируемо потребляют продукцию, которую сами производят… Беда в том, что это распространяется на всю Беларусь. Мы все получаем общую коллективную дозу радиации.

Концепция безопасного проживания в Беларуси предполагала, что в охранной зоне не будет никакого землепользования. В крайнем случае, можно посадить лес и через 120 лет его спилить.

Принятие указа № 259 Юрий Воронежцев считает безответственным решением властей.

— Расположение радионуклидов, их движение, трансформация до конца не изучены, — объясняет эксперт. — Также не изучена проблема америция. Такого не было никогда и нигде. Как можно принимать решение, когда ученые не сделали выводы, не проведены соответствующие исследования?

Юрий Воронежцев приводит пример:

— Мне приходилось принимать участие в сканировании территории в загрязненных районах и в Полесском заповеднике с помощью радиометра на шасси, когда машина движется по полю и сканирует уровень излучения, который идет от почвы. 3—10 метров относительно чистые, а потом скачок в десятки раз! Я не представляю, как можно использовать эту землю. Только обнести колючей проволокой и никого туда не пускать. Пусть там звери ходят, пусть будет заповедник.

Юрий Воронежцев опроверг миф, что после периода полураспада цезия и стронция — через 29—30 лет — почва очищается.

— Дожди могут менять картину миграции радионуклидов в почве, и даже если пройдет 2—3 периода полураспада, она может не очиститься в 2—3 раза. Специалисты считают, что можно говорить об очистке, когда проходит от 7 до 10 периодов полураспада, — подчеркивает эксперт.

Собеседник считает, что введение в оборот земель охранной зоны негативно скажется и на экспорте белорусской продукции:

— Конкуренты не дремлют, и какой-нибудь молочный холдинг, например, в Смоленске может использовать в качестве антирекламы: «Покупайте белорусское — вы же рискуете!»

Zautra.by