• Погода
  • +23
  • EUR3,0262
  • USD2,4954
  • RUB (100)3,4673
TOP

Восточные немцы до сих пор мыслят иначе

Если вы полетите из Минска в Берлин самолетом, в столице Германии вас встретит аэропорт Шенефельд. Когда вы увидите его здание, оно может сильно вас удивить. Трудно себе представить, что такой аэропорт принимает самолеты в столице страны с одной из самых развитых экономик в мире. Тесный, со старомодным дизайном и примитивными табло, практически полным отсутствием сидячих мест в зале ожидания, берлинский аэропорт Шенефельд является своеобразным символом Германской Демократической Республики.

Новый аэропорт давно строят, но никак не завершат. Старый же ярко демонстрирует, что, несмотря на 27 лет, прошедших с момента объединения Германии, и ежегодные многомиллиардные дотации, Восточная Германия так и не смогла догнать по экономическим показателям запад.

Разница проявляется не только в экономических различиях, но и в ментальных: немцы с востока и запада страны до сих пор голосуют по-разному на выборах.

Крупнейшие и наиболее влиятельные партии ФРГ — христианские демократы и социал-демократы. Но на востоке Германии весьма сильные позиции имеют Левая партия (наследница Социалистической единой партии Германии гэдээровских времен) и, что неожиданно, ультраправая AfD («Альтернатива для Германии»). Почему же ГДР, официально прекратившая существовать в ночь со 2 на 3 октября 1990 года, все еще живет в головах людей?

Успехи левых

После падения Берлинской стены СЕПГ (Социалистическая единая партия Германии) утратила свой статус правящей партии. На первых демократических выборах в ГДР СЕПГ получила лишь 16% голосов избирателей, и казалось, что у бывших коммунистов больше не будет никаких шансов. Но уже первые выборы в объединенной Германии показали, что коммунисты сдаваться не будут.

На выборах в Бундестаг в 1994 году Партия демократического социализма (бывшая СЕПГ) получила в восточных землях 19,8% голосов избирателей, в то время как на западе страны за «социалистов» проголосовал лишь 1% избирателей. Результаты этих выборов засвидетельствовали, что граница между Западом и Востоком никуда не исчезла.

Кажется, восточные немцы были рады воссоединению и даже находились в состоянии эйфории. Что же должно было произойти в сознании людей, чтобы они снова голосовали за коммунистов?

Во-первых, режим в ГДР хотя и являлся недемократическим, но не был таким жестким, как в большинстве других стран социалистического лагеря. Кроме правящей СЕПГ, в стране действовали и другие партии, которые можно условно назвать «оппозиционными» (чем-то это напоминает нынешнюю ситуацию в Беларуси). Поэтому Партия демократического социализма (преемница СЕПГ) почти не ассоциировалась с политическими репрессиями, в отличие от КПСС.

Также важным фактором в электоральном поведении жителей экс-ГДР была экономика. Сразу после объединения Германии с запада на восток хлынул поток денег. На протяжении нескольких лет благосостояние жителей востока Германии улучшалось, поскольку правительство директивно повышало зарплаты. Но в середине 90-х проявилось много нерешенных проблем. Производители, вынужденные первоначально повышать зарплаты до западногерманского уровня, начали оптимизировать производство и сокращать людей. В некоторых случаях восточногерманские компании попросту не выдерживали конкуренции и ликвидировались. Все это вызвало стремительный рост безработицы, которая в отдельные годы достигала 25% на землях Восточной Германии.

В свою очередь высокий уровень безработицы вызвал миграцию населения на запад, что еще больше усиливало позиции бывших коммунистов на востоке. Дело в том, что на запад уезжали в основном хорошо образованные, активные и перспективные молодые люди, которые в большинстве случаев за коммунистов не голосовали. В свою очередь электорат Партии демократического социализма преимущественно оставался жить в восточных землях, поэтому и доля сторонников левых в общей численности населения только возрастала. Согласно различным подсчетам, после объединения из восточных земель Германии выехало около 3 миллионов человек.

Восточная Германия после объединения пережила две крупные волны миграции. Первая произошла в 1989—1990 годах, когда рухнула Берлинская стена и жители ГДР неожиданно получили возможность свободно выезжать на запад. Вторая — в середине 90-х, когда стали проявляться нерешенные проблемы в экономике.

На выборах 1998 года позиции левых только усилились, и левая партия стала второй по популярности в Восточной Германии, что позволяет говорить о неслучайном характере ее успехов. Также стало очевидно, что Партия демократического социализма (ПДС), сохранив свою восточногерманскую суть, так и не смогла стать общегерманской. Сторонники левых взглядов из Западной Германии так и не стали электоратом ПДС, потому что она так и осталась партией ГДР. Ее программная проблематика является проблематикой ГДР и не отвечает содержанию дискуссий левого движения Западной Германии. Отличались также и политические культуры Западной и Восточной Германии, что не могло не помешать ПДС стать общегерманской партией.

Но по-настоящему успешным стал для левых 2009 год, когда партия провела ребрендинг, объединилась с несколькими малыми движениями и под названием Die Linke («Левые») стала влиятельной силой в Бундестаге. И снова за левых голосовали преимущественно в восточных землях. В землях Бранденбург и Саксония-Анхальт партия получила относительное большинство — 28,5% и 32,4% соответственно. Победила Die Linke и в избирательных округах Восточного Берлина. На западе за левых голосовали менее охотно. Например, в Баварии за Die Linke проголосовали лишь 6,5% избирателей.

За левых люди голосовали не только по причине экономического кризиса, но и из-за феномена «остальгии» (Ostalgie, от слов Ost — восток и ностальгия). Люди помнили о своем государстве ГДР и о том культурном пласте, который оно с собой несло и который почти полностью исчез после объединения. «Левые» успешно сумели использовать этот феномен.

Большинство членов партии выступают против капитализма, не любят США, с симпатией относятся к России и лично к Владимиру Путину.

Согласно предвыборным опросам, «левые» на нынешних выборах в Бундестаг, которые состоятся 24 сентября, могут получить около 9—10 процентов и большинство в некоторых восточных избирательных округах, что сделает партию третьей по влиятельности (после коалиции Христианских демократов с Христианским социальным союзом, а также Социал-демократической партии Германии). Традиционно самая высокая концентрация поддержки левых — на востоке Германии, в том числе в Берлине.

Конечно, Die Linke не станет на этих выборах правящей партией, но станет ли она частью правящей коалиции — вопрос открытый. Если «левые» станут частью коалиции с социал-демократами и зелеными, можно ожидать, что политика Германии в отношении России существенно изменится. Правда, до сих пор сотрудничество с левыми респектабельные партии исключали, левые ни разу не входили в правительство.

Феномен ультраправых

Если успехи левых на востоке Германии можно объяснить ностальгией и экономическими трудностями после объединения, то значительная популярность ультраправых радикальных партий и группировок на землях бывшей ГДР имеет другие причины.

Долгие годы население ГДР официально воспитывалось в традициях интернационализма, и, кажется, должно было толерантно относиться к другим народам и культурам. Удивительно, но на практике именно в Восточной Германии самый высокий уровень насилия в отношении мигрантов, особенно в Саксонии. И это притом, что плотность населения в восточных землях в несколько раз меньше, чем на западе страны. Высокий уровень радикализации находит свое отражение и в популярности ультраправых радикальных движений, группировок и партий на землях бывшей ГДР. Наиболее радикальной организацией являлось так называемое «Национал-социалистическое подполье» в Саксонии, члены которого в 1998—2011 гг. убивали мигрантов и нападали на полицейских.

Среди политических движений выделялась правоэкстремистская Национал-демократическая партия Германии, которую считают неонацистской. Партия, первоначально возникшая в Западной Германии, получила наибольшую популярность именно в землях бывшей ГДР. В 2004 году на земельных выборах в Саксонии партия получила высокие 9,2% голосов избирателей.

В 2013 году в Германии возникла менее радикальная, но также правонационалистическая партия AfD («Альтернатива для Германии»), которая завоевала особую популярность в первую очередь среди жителей восточной Германии. На своих первых выборах в Бундестаг в 2013 году ей не удалось преодолеть 5-процентный барьер. Но уже в 2015 году, на фоне мигрантского кризиса, партия начала набирать популярность, в первую очередь среди восточногерманского электората.

На выборах-2016 в земельный парламент Саксонии-Анхальт AfD набрала 24,2% и получила второе место. А на родине Ангелы Меркель, в земле Мекленбург — Передняя Померания, AfD даже опередила правящий блок ХДС/ХСС.

Популярность ультраправых и националистов на землях бывшей ГДР социологи объясняют так.

Во-первых, в отличие от жителей запада, восточные немцы раньше мало сталкивались с мигрантами, так как в ГДР почти не было гастарбайтеров. В свою очередь Западная Германия давно и активно использовала труд мигрантов. На момент объединения в ФРГ около 8% населения были мигрантами. В то время как среди жителей ГДР было менее 1% мигрантов, и то большинство из них составляли жители стран Восточной Европы.

Во-вторых, в экс-ГДР выше уровень безработицы, и мигранты воспринимаются как конкуренты.

В-третьих, хотя в ГДР и пропагандировались интернационализм и левые антирасистские ценности, это было авторитарное государство с милитаристским уклоном. Десятилетиями среди жителей Восточной Германии воспитывали культ силы.

Вероятно, именно поэтому ультраправые пользуются большей поддержкой на востоке страны.

Пример Германии подтверждает живучесть коммунистического наследия. Если даже Германия пока до конца не преодолела различий между западом и востоком, что уж говорить о других странах, находившихся под влиянием коммунизма гораздо более длительное время?

nn.by