• Погода
  • +23
  • EUR3,0262
  • USD2,4954
  • RUB (100)3,4673
TOP

Инвалид и его проблемы

И вот я опять в поселке Илья Вилейского района. Первый раз был еще летом. Приезжал к Олегу Бирюкову. Он и летом встречал меня на своей машине, и сейчас приехал. Честно говоря, в его судьбе мало что изменилось. Ему все обещают и обещают отремонтировать сгоревший дом

Болезнь

Виктор родился в 1963 году в деревне около Ильи. Деревенька была совсем глухая. По инициативе матери решили перебраться в Илью. Он вложил свои деньги, чтобы построить дом, в котором сейчас и живет. В 2010 году у матери Виктора случился инсульт, она стала лежачим инвалидом 1-й группы. Виктору пришлось уволиться с работы в Вилейке. Он работал связистом, по той же специальности устроился и в Илье. Но внезапно заболел.

— Я однажды прилег на диван, заснул. Попробовал встать и понял, что не смогу из-за сильных болей в спине. Через десять дней уже начал терять сознание. Положили в больницу. Мне написали в диагнозе, что это, мол, последствия стафилококкового эндурита, — рассказывает он. — Я уже седьмой год в инвалидной коляске, и никакого улучшения.

Когда у матери случился инсульт, она слегла. Сестра ее забрала, а год назад мать умерла. При этом оформила дочери дарственную на дом. Сестра настойчиво попросила Виктора освободить жилплощадь.

Тут надо объяснить, что сестра живет в Минске в коммунальной квартире. Ее намерение понятно: продать дом и купить себе квартиру. Куда же переселиться брату? Сестру этот вопрос не очень интересует.

Дорогой пандус

Нужно уточнить еще один момент в судьбе Виктора. В поселке Илья у него есть половина дома, которая досталась ему после развода с женой. Жена умерла, а дом стоит непригодный к проживанию. Как жить в таких нечеловеческих условиях инвалиду-колясочнику?

Вернувшись домой, Виктор вместо печи увидел груду кирпичей. Погода уже была холодной. Виктор обратился в социальную службу Вилейского района. Ему ответили: дом, мол, не твой, решай свои проблемы сам. Виктор написал в сельсовет. Оттуда ответ был примерно такой же: мы тебе ничего не должны.

— Как там жить? — сетует Виктор.

Мы с Виктором поехали к дому. Виктор с большим трудом может заехать в жилище. Пандус сельсовет вроде бы сделал, но я бы лично не рискнул подняться по нему в инвалидной коляске.

Виктор обращался в Вилейский ЖКХ. Приехал мастер, посмотрел и сказал, что нужен печник.

— Да зачем мне печник?! — горячится Виктор. — У меня руки рабочие, я бы сам сделал! Да и денег у меня лишних нет. Моя пенсия 300 рублей.

Потом он записался на прием к председателю райисполкома. Как по мановению волшебной палочки, забегали чиновники, стали приезжать. Посчитали, что за пандус от дороги до входа в дом Филистович должен заплатить 1300 рублей.

Отдел соцобеспечения

В отделе соцобеспечения Виктору прямо сказали, что на 300 рублей он может спокойно прожить месяц. Однажды ему дали социальную помощь, 80 рублей.

— Но ведь я инвалид 1-й группы, передвигаюсь только на инвалидной коляске. В сельсовете мне говорят, что я должен за все платить сам. За подводку канализации в дом, подключение к центральному отоплению, водопроводу и так далее. Я сам должен покупать себе лекарства. Как мне жить? За что покупать продукты?

В сентябре Виктор записался на прием в райисполком. Тут же появился председатель сельсовета, опять стали приезжать из Вилейки чиновники. Что в итоге? В итоге инвалиду сказали, что пандус ему сделают за 200 долларов, если в пересчете на валюту. Филистович может заплатить такие деньги? Конечно, нет.

В 2011 году на его бывшей работе связисты собрали ему 3000 долларов. Очень хорошо и благородно со стороны коллектива. Но сколько с тех пор прошло времени, ведь Виктору приходится за все платить.

— Понимаете, — волнуется Виктор, — как только я записываюсь на прием в райисполком, так сразу же появляются чиновники из Вилейки и местные. Приехал наконец сам председатель райисполкома с целой командой. Потом появились пожарные и составили акт, что использовать в доме печное отопление нельзя.

Виктор попросил, чтобы ему провели отвод от теплотрассы, если пожарные запрещают использовать печку. Ему ответили, что это стоит почти 6000 рублей.

— Собирайте деньги, советуют. Как из 300 рублей собрать нужную сумму? Мне надо заплатить 5943 рубля за 30 метров отвода…

Ищите деньги!

Соседи Виктора — заслуженные учителя, им под 90 лет. У них тоже печки плохие. Им велели разобрать печь и ждать печника. Разобрали. Печник сказал, что у него машина в аварийном состоянии, тут, мол, не до вас и ваших печек. Учителям нужна теплотрасса, но уже в 130 метров длиной. Судя по тому, сколько стоит метр теплотрассы, им таких денег никогда не собрать.

— Мне говорят, ищите деньги, — как-то грустно говорит Виктор. — А где мне их искать? Кроме председателя сельсовета Русака никто ко мне уже не приходит. Говорят, что соцработника хватит. Соцработник — женщина хорошая, огород мне посадила. А никто больше ко мне ходить не обязан.

Виктору назначили уколы, каждый из которых стоит под 300 рублей. Может быть, это какие-то очень хорошие уколы, которые из мертвого сделают живого, но ведь пенсия у Виктора всего 300 рублей. Пришлось отказаться.

…Когда приходит ночь, у Виктора начинаются проблемы. Его достают боли. У него бессонница. Есть препараты, которые помогают уснуть. Но ведь это опять деньги, даже если лекарства льготные, которые положены инвалиду 1-й группы.

Мы съездили к дому, который ему выделяют. Дорога шла в гору, я решил помочь Виктору, взялся катить его коляску. Честно говоря, даже вспотел. Подумал: Филистовичу каждый день придется вот так ездить. Каждый выезд — это целая операция. Дом действительно не очень приспособлен для жизни инвалида 1-й группы. Неужели многочисленные чиновники этого не заметили?

Сергей Шевцов

Читайте также:

Сердечная недостаточность

Малая родина — большие проблемы

«Не ганьбіце свой род. Будзьце людзьмі»

Ломбард как способ существования