• Погода
  • +15
  • EUR3,0615
  • USD2,5354
  • RUB (100)3,4206
TOP

СН—30: О проекте «Музей свободной прессы»

Сколько себя помню, всегда трепетно относилась к печатному слову. Поэтому по сию пору храню дома несколько картонных коробок с отдельными, знаковыми публикациями белорусских журналистов и экспертов в негосударственных газетах 1990-х годов. «Жемчужину коллекции» для меня составляет подшивка газеты «СНплюс» за 1994 — 1996 годы, когда я вела для еженедельника авторскую колонку на политические темы. Писала под псевдонимом «Сергей Артюшенко». Его предложил мне для использования тогдашний владелец газеты.

По разным причинам псевдонимы в тот период у пишущей публики встречались нередко. Например, под вымышленным прозванием «М» и «Ж» в «БДГ» некоторое время печатался один весьма талантливый публицист, популярный как в 90-е годы, так и сейчас.

Кто скрывается под именем «Сергея Артюшенко», долго не знал никто, кроме пары посвященных. Гадали, конечно. Ну а интрига повышала интерес к моим статьям. Ни фотографии, ни биографии, — думай об авторе, что хочешь.

Так получилось, что именно в период моей работы тираж «СНплюс» поднялся с 30 тысяч экземпляров до 100 тысяч, и даже более. Газета была очень популярна, и, надеюсь, моя скромная доля в этом невероятном успехе тоже была. Такого внушительного тиража ни до, ни после не было ни у одной из независимых газет в стране.

На то время «СНплюс» точно попала в фокус массовых ожиданий. Если бы мне предложили придумать слоган издания для внутреннего пользования, для определения редакционной политики, я бы сформулировала его так: «Развлекая, просвещай!» Или же: «Просвещая, развлекай!».

Если оценивать «политический курс» редакции, — это всегда была газета для людей центристских взглядов (а их в стране с начала обретения независимости неизменно насчитывалось порядка 40 процентов от взрослого населения). То есть для людей, неравнодушных к вопросам общественной жизни, но чуждающихся радикализма.

Неудивительно, что «СНплюс» читали многие — от высоких руководителей (знаю, что постоянными читателями издания были и Вячеслав Кебич, и Мечислав Гриб) до представителей нарождающегося среднего класса, врачей, учителей, преподавателей вузов, инженеров…

Однажды увидела в воскресной пригородной электричке поэта Нила Гилевича с «СНплюс» в руках. Вообще, обычным делом было заметить в электричках знакомый логотип (и сокрытых за страницей с ним читающих пассажиров). Согласно маркетинговым опросам, каждый номер газеты проходил через 4 — 5 пар рук. Газету читали в семьях и давали почитать друзьям и знакомым. Спрос на «СНплюс» с годами распространился на всю республику.

Причина неизменного многолетнего успеха у думающих читателей крылась в удачной концепции издания. Любой мог найти в газете что-то интересное для себя — политическую аналитику, экономические обзоры, разбор острых социальных проблем, карикатуры на злободневные темы… Голос каждого журналиста в этом хоре индивидуальностей был слышен и находил своих поклонников. Под лидера подбиралась «команда успеха».

Читать эту газету было интересно. Еще интереснее оказалось писать для нее. А ведь этой авантюрной эскапады в виде работы в независимой газете в моей жизни могло и не случиться.

Так уж получилось, что в сентябре 1989 года я первой в Беларуси без санкции руководства моей кафедры и моего вуза стала читать студентам новый курс политологии взамен опостылевшего студентам и мне курса научного коммунизма. Который сама же и разработала невероятными трудами. Ни учебников политологии, ни профильных журналов по предмету в Советском Союзе еще не было. Только эстонский журнал «Политика» да политическая аналитика в газете «Московские новости», — вот и вся база для освоения новой дисциплины. Ее мой завкафедрой назвал «буржуазной наукой, несовместимой с марксистско-ленинским мировоззрением». Еще пришлось пользоваться купленным в объединяющейся Германии немецким учебником, который переводила ночами.

Кроме нового курса лекций, разработала для студентов также и семинары в виде «ролевых игр». Мы прокрутили через эти семинары все острые темы, бывшие на слуху: армяно-азербайджанский конфликт по поводу Нагорного Карабаха, политическое значение секретных протоколов к «пакту Молотова — Риббентропа», варианты исхода прибалтийских республик из СССР.

Потом мне заказали первую в Беларуси программу по политологии. И хотя с гонораром заказчик обманул (в те времена такое случалось сплошь и рядом), но благодаря этой программе мои новые знания приобрели системный характер.

У меня была фора по времени по сравнению с другими потенциальными будущими политологами-аналитиками. Я ею воспользовалась и стала писать первые научные статьи по политической тематике. И меня пригласили к сотрудничеству в одно из первых информагентств, писала обзоры.

Помню один из них — о психотипе только что избранного президента Лукашенко. И там был фрагмент об особой стрессоустойчивости политика. А еще прогноз: что как политик-популист, президент замучает нас референдумами. Так и произошло.

Кстати, бывший посол Израиля в Беларуси через годы признался, что именно мои политобозрения тех лет ложились в основу посольских отчетов на родину. В каждой шутке есть доля шутки.

После долгих переговоров я согласилась на сотрудничество со «Свобоными новостями». Одновременно, после полугодичных переговоров и уговоров, приняла еще одно предложение о работе от руководителей «Национального центра стратегических инициатив «Восток — Запад» Анатолия Майсени и Леонида Заико. И стала работать в центре директором исследовательских программ. А в конце 1995 года избралась депутатом Верховного Совета Республики Беларусь 13-го созыва.

И хотя оплата труда на двух предыдущих работах превышала мою депутатскую зарплату в 6 раз, была вполне довольна своей судьбой.

…Это были удивительные годы в жизни страны. Воздух свободы кружил многим головы, хотя в бытовом плане зачастую не хватало элементарного. Но мне казалось, что мы, наше поколение, можем свернуть горы. И, правда, сделано было невероятно много, — прежде всего в плане гуманитарном, в наработке проектов реформ. Не только разруха начинается в головах людей, но и возрождение страны — тоже родом оттуда, из голов. Из коллективных усилий верящих в себя и в свою страну людей. Жаль, что в тот раз мы чуть-чуть не успели…

Поскольку отведенные законом три месяца я могла думать, переходить ли мне на постоянную работу в парламент или нет, то я сразу уволилась из НЦСИ. А писать для «СНплюс» еще пару месяцев продолжала. Но все же из-за перегрузки мне пришлось отказаться от этого сотрудничества, ведь фактически приходилось писать уже «кровью собственного мозга».

Перед нами, как депутатами, стояла задача успеть наработать и принять все необходимые для кардинального реформирования экономики законы. Работали наперегонки с администрацией. Она готовила смену формы правления на гиперпрезидентскую республику, отмену разделения властей, переход к единоначалию в стране. Мы — смену экономического уклада и сохранение демократических устоев.

И вот мое впечатление: в те годы в авангарде общественных процессов шли не ученые (они их сопровождали), но передовые журналисты. Именно они создавали политико-психологический климат того трудного и чудесного времени.

Свобода личности, свобода слова, свобода выбора, — все это было там, в тех 90-х годах. И мы должны это вернуть. Себе, детям — всем.

Нет, мы не смирились. И не смиримся. И вернем себе обетованную землю свободы.

Если Вы, дорогой читатель, прочитали эти строки, — значит, как и я, высоко цените «Свободные новости плюс». И рады 30-летию нашей общей газеты. И готовы ее поддерживать дальше, когда она вновь начнет выходить в двух разных форматах: электронном и бумажном (добрые традиции надо чтить!).

А еще у меня есть давняя мечта. Когда мы вернем народовластие, то откроем «Музей свободной прессы». Там будут портреты всех причастных,— всех «вахтовиков Свободы», всех героев-журналистов и истории их непрерывного подвига.

Там будут истории гонений на журналистов в окаянные дни. Истории незаконных задержаний, обысков, изъятия техники, разгрома редакций, лишения аккредитаций, статуса СМИ, права печатания и распространения информации, разоряющих штрафов, арестов и отсидок, ежедневного, ежечасного, ежеминутного давления на владельцев независимых СМИ… Давления, отнимающего здоровье и уносящего жизнь.

На почетном месте в этом музее будут артефакты — сохраненные читателями пожелтевшие газетные номера из 90-х годов. Ради этого я готова беречь те заветные подшивки «Свободных новостей плюс» столько, сколько надо. Они много расскажут о нас и нашем времени тем, кто придет нам на смену.

Ольга Абрамова, общественно-политический деятель, социолог, философ