TOP

Начало политической весны

Политическое затишье длилось всю зиму. Наиболее заметным признаком общественного противостояния были масштабные и массовые репрессии властей против оппонентов.

Заявление Тихановской

На этом фоне заявление Светланы Тихановской 18 марта стало началом политической весны 2021 года. Она инициировала голосование на платформе «Голос» с призывом к мирному разрешению политического кризиса в Беларуси путем переговоров.

Однако истинный смысл этого заявления не так очевиден. Здесь мы имеем ситуацию, когда официально заявленные цели несколько маскируют реальные задачи, которые стремится решить штаб Светланы Тихановской. Не думаю, что в ее команде есть иллюзии по поводу готовности Лукашенко к переговорам. Если он не согласился на диалог в самый критический момент массовых протестов в августе-сентябре прошлого года, то теперь, когда улица как фактор политики исчезла, надеяться на это не стоит.

Поэтому главный смысл идеи Тихановской состоит в побочных эффектах анонсированного проекта. Прежде всего, это перехватывание инициативы, порядка дня, попытка задать тон в ходе политического процесса.

Кроме того, предложение Тихановской — это механизм мобилизации и активизации сотен тысяч людей, которые присоединились к политике в прошлом году. Дело в том, что за время, прошедшее с момента осенних протестов, произошла определенная деполитизация общества. Это видно по сокращению читателей, потребителей материалов негосударственных СМИ. Зима стала периодом некоторой депрессии у протестной части населения. И теперь штаб Тихановской стремится катализировать политизацию общества, вернуть политику в общественную жизнь.

Причем, предлагается мобилизовать людей, призвать их к политическому участию в безопасной форме. Народ зовут не на улицу, а к вполне законным способам активности. В какой-то мере это попытка возвращения в лето 2020 года, когда общественный подъем вначале происходил в целиком легальных формах: сбор подписей, участие в разрешенных митингах, подача петиций в Центризбирком, голосование на выборах и пр.

В какой-то мере новый проект Светланы Тихановской — это продолжение политического состязания в том, на чьей стороне большинство населения.

Власти продолжают уверять, что весь народ поддерживает Лукашенко, против выступает лишь небольшая кучка «отморозков». В рамках этой идеологической парадигмы в государственных СМИ активно продвигается кампания «народного единства». Официально под этим лозунгом пройдет весь 2021 год. Власти собираются учредить праздник «День народного единства» и даже поставить памятник.

Но это народное единство власти понимают весьма своеобразно, как объединение своих сторонников вокруг режима для борьбы с политическими оппонентами. То есть понятие «единство» в их понимании — это закрепление и углубление общественного раскола. Это Оруэлл и Кафка в одном флаконе.

Ситуация выглядит особенно абсурдно с учетом того, что на самом деле нынешний режим опирается на меньшинство и объявляет большинство граждан страны врагами.

Что бы ни говорили официальные лица и государственные СМИ, в реальности власти прекрасно понимают соотношение между своими сторонниками и оппонентами. Поэтому и ликвидировали любые индикаторы, термометры и дозиметры, измеряющие общественные настроения.

Несколько лет назад была ликвидирована независимая социология. Не понятно, существует ли государственная социология, ибо она не подает никаких признаков жизни.

Власти нашли простой выход из ситуации. Они пытаются искусственно создать это большинство в свою пользу. Для этого зимой было якобы проведено масштабное социологическое исследование. Хоть его мало кто воспринимает всерьез. Это скорее пропагандистский проект, чем социологический.

Кстати, 80% голосов в поддержку Лукашенко на президентских выборах уже стали настолько раздражающими, что сами власти стараются не упоминать эту скандальную цифру. Даже это зимнее псевдоисследование дает поддержку Лукашенко только 66,5% населения.

Искусственное конструирование властями большинства в свою поддержку носило весьма причудливые формы. Так, в конце октября открытое письмо белорусских спортсменов с требованием прекратить насилие в стране подписало около 1 тысячи человек. Через месяц появилось письмо в поддержку властей, подписанное 1100 спортсменами.

Коллективное письмо ФПБ против санкций ЕС подписали 1 130 000 человек.

И сами власти, и население прекрасно понимают, что все эти дутые результаты есть начальственное рукотворение, а не живое творчество масс. Но никаких иных вариантов, кроме создания этих «потемкинских деревень», у них нет. Насилие, административное давление, командные методы — единственный способ, который признает Лукашенко для решения всех экономических, социальных и политических проблем. Никаких других средств он не понимает, не воспринимает психологически.

Вот, например, интересный сюжет об отношении режима к молодежи. Лукашенко неоднократно признавал, что в работе властей с молодыми людьми есть большие проблемы, их не удается перетянуть на свою сторону. И какие выводы сделаны?

Нет даже попытки приспособиться к интересам молодых людей, говорить с ними на одном языке, переключиться на их волну, использовать средства общения, которыми пользуются молодые люди. Вывод делается совершенно другой. Дескать, нужно убедить молодежь в неправоте их позиции, перевоспитать, рассказать о Великой Отечественной войне, 1990-х годах. При этом важнейшим элементом перевоспитания молодежи являются принуждение и репрессии: угроза отчисления из вуза, призыв в армию, лишение стипендии, общежития и т. д.

В общем, ставка делается на молчаливую лояльность, двоедушие. Дескать, не важно, что люди на самом деле думают, важно, как это выглядит внешне. Все это из советского наследия.

Здесь есть некий рациональный фактор. Исходя из прежнего опыта, власти считают, что человек, которого принуждают подписать нужный властям документ, морально сломлен, из него можно вить веревки.

В период стабильности такие методы дают определенный эффект. Но во время политического кризиса все начинает разваливаться. Где были БРСМ, Белая Русь, ФПБ — формально самые массовые общественные организации — в августе-сентябре 2020 года? Никто о них и не вспоминал. Они будто исчезли. Что лишний раз подтверждает вывод, что на болото нельзя опираться, даже если оно большое.

Но вернемся к предложению Светланы Тихановской. К моменту написания статьи на платформе «Голос» в его поддержку проголосовало более 600 тыс. Власти испугались, что в пользу этой идеи выскажется примерно столько же, сколько смотрели фильм «Лукашенко. Золотое дно» (более 6 млн. просмотров). И не придумали ничего лучшего, как попытаться «закрыть и не пущать». 19 марта Министерство информации ограничило доступ к сайту «Голос». И это очень показательно.

Апелляция к истории

Как известно, история — это политика, обращенная вспять. Если политики апеллируют к каким-то событиям далекого или недалекого прошлого, они делают это ради получения политических дивидендов, дополнительной легитимации.

Теперь белорусские власти оставили неприятное настоящее, и все силы госаппарата устремили в прошлое.

Первоначально обращение к событиям послевоенных лет на Белосточчине было использовано для сжигания мостов в отношениях с Польшей.

В воскресенье, 21 марта, прошел республиканский митинг-реквием «Лампада памяти», посвященный 78-й годовщине хатынской трагедии. Обратите внимание, дата не круглая, не юбилей. В предыдущие годы, даже во время юбилеев, такие мероприятия были менее масштабными.

Одновременно Генеральная прокуратура возбуждает уголовное дело против фашистского геноцида на территории Беларуси.

Причем, власти не скрывают, что это обращение к истории понадобилось для решения текущих политических задач. Выступая на митинге, Лукашенко сказал: «Я обращаюсь ко всем, кто убежден, что фашизм «нес на нашу землю цивилизацию»; кто героизирует убийц; кто поклоняется БЧБ-флагам‚ под которыми проводился геноцид белорусского народа. Мы занялись этой проблемой, и мы докажем и покажем всему миру, что такое геноцид и что те, кто сегодня нас пытаются поучать, как жить, как минимум не имеют на это права».

Таким образом, у этой кампании есть внутренние и внешнеполитические цели.

Прежде всего, власти пытаются дискредитировать протесты, которые проходили и проходят под бело-красно-белым флагом, чтобы отождествить все протестующее сообщество с фашизмом. Прием очень грубый, но официальная пропаганда давно перешла все возможные границы. Вероятно, это идеологическая подготовка к запрету бело-красно-белой символики, объявлению ее экстремистской.

Второй адресат этой кампании, как можно догадаться по официальным намекам, — Германия («те, кто сегодня нас пытается поучать как жить, как минимум не имеют на это права»). Я думаю, что скоро Берлину будет предъявлено обвинение в геноциде во время войны, возможно, с требованием материальной компенсации. Отношения с Польшей испортились, теперь на очереди Германия.

Смысл кампании понятен. Одно неясно. Неужели Лукашенко думает, что очередной апелляцией к геноциду времен прошлой войны он сможет обратить симпатии общества, особенно молодежи, на свою сторону, заставить полюбить себя? На фоне обрушившихся на страну социально-экономических проблем (рост цен и т.д.) все это выглядит актом отчаяния, попыткой переключить внимание.

Валерий Карбалевич, политолог