TOP

Медийная зачистка

Минувшая неделя прошла под знаком расширения масштабов репрессий. Но для нынешней Беларуси это далеко не новость.

Беларусы продолжают платить колоссальную цену за свою мечту о свободной стране.
Александр Класковский

Приговор Виктору Бабарико

6 июля главный политзаключенный Беларуси Виктор Бабарико приговорен к 14 годам лишения свободы. Ни один из противников Александра Лукашенко за 27 лет его правления не понес такого сурового наказания. Однако сколько на самом деле он будет сидеть, зависит от развития политической ситуации в стране.

Виктор Бабарико вступил в политическую борьбу с логикой бизнесмена. Однако правила политической борьбы отличаются от бизнес-процессов.

Бабарико нельзя обвинить в просчете. Все просчитать невозможно, как в бизнесе, так и в политике. На что он рассчитывал, когда всем понятно, что в Беларуси нет выборов? Сам Виктор Бабарико частично ответил на этот вопрос, отметив «ограничения любой неэффективной системы» и «возможности, которые предоставляют новые инструменты, основанные на современных технологиях». Он говорил, что если кандидат, альтернативный Лукашенко, получит подавляющее большинство голосов, вся избирательная машина сломается, и процессы выйдут из под контроля властей

Расчет Бабарико в каком-то смысле сбылся, но со значительной корректировкой. Никто не ожидал такой степени брутальности, как арест главного оппонента Лукашенко задолго до выборов. Избирательная машина не рухнула, поскольку это часть государственного аппарата. Неожиданно, чего мало кто ожидал, возмутилось и взбунтовалось общество, что вылилось в массовые протесты.

Суд состоялся, и пока Лукашенко будет оставаться у власти, Бабарико из тюрьмы не выпустят. Стоит ли в таком случае обсуждать политические перспективы самого главного политического заключенного страны?

Прошлый политический опыт Беларуси показывает, что тюрьма не прибавляет популярности оппонентам Лукашенко.

Николай Статкевич и Павел Северинец не один раз сидели за решеткой (и продолжают сидеть), но их рейтинг не повышается. Только Александр Козулин смог привлечь внимание и повысить свою популярность во время голодовки 2006 года. Но, как известно, исключение из правила только подтверждает правило.

Однако есть большая разница между сегодняшней ситуацией и тем, что было раньше. В прошлом году в стране произошла гражданская социализация. Политизация общества остается на достаточно высоком уровне, чего раньше не было. А Виктор Бабарико — самый популярный политик Беларуси.

Суд над Бабарико длился почти полгода, его имя постоянно отображалось на информационном экране. Сострадание на время может повысить его рейтинг.

Но что дальше? Если нынешняя политическая реакция затянется, общество неминуемо деполитизируется. Эта тенденция уже заметна. Количество медиа-пользователей уменьшилось по сравнению с прошлым годом.

Если такая ситуация сохранится, то через некоторое время имя Бабарико будет все реже и реже мелькать на информационном экране. В нынешних беларусских условиях сложно реализовать такой пиар-проект, чтобы человек за решеткой мог определять политическую повестку дня и быть в центре внимания общественности. Власти легко могут осуществить информационную блокаду.

В таких условиях рейтинг политика будет постепенно падать. Такова закономерность процессов массового сознания. Появятся новые фигуры, которые будут постоянно присутствовать в СМИ (например, Павел Латушко). Или, как вариант, резкое падение доверия ко всем политикам. Так часто бывает, если нет результата, истории успеха. Независимо от того, виноваты ли сами политики.

Разгром «Нашай Нівы»

По информации Беларусской ассоциации журналистов, 8 и 9 июля силовики провели не менее 23 обысков у журналистов и в редакциях независимых медиа. Обыски прошли в редакциях изданий «Наша Ніва», «Брестская газета», Intex-Press, «Медыя-Палессе», «Информ-прогулка», «Ганцавіцкі час». Задержано семь журналистов. Также в эти дни оказались за решеткой ряд активистов. Представитель КГБ назвал это «зачисткой».

Репрессии в отношении представителей СМИ становятся все более жесткими. Напомню, что недавно журналисту Андрею Александрову выдвинули обвинение по статье «Измена государству». Редакторам газеты «Наша Ніва» вменяют статью «Организация массовых беспорядков». В рамках статьи 289 УК («Акт терроризма») проходили обыски в барановичском издании «Intex-press» и в «Медиа-Полесье».

Власти не смущает абсурдность этих и других (например, суд за пикет в виде листа бумаги в окне) обвинений. Наоборот, эта демонстративная брутальность в преследовании оппонентов всячески демонстрируется.

Прежде всего, здесь действует инстинкт самосохранения власти, которая все еще не чувствует себя в безопасности. Также это реакция на западные экономические санкции.

Есть и вполне рациональные мотивы. Это стремление запугать общество. Тем более, что такая тактика работает. Протестный потенциал общества парализован и перспективы новых уличных акций на горизонте не просматриваются.

Зачистка структур гражданского общества и, в первую очередь, независимых СМИ идет планомерно, масштабно, шаг за шагом. И сам Лукашенко, и другие официальные лица много раз говорили о том, что информационная безопасность — главная угроза. Поэтому власти и нейтрализуют противника. «Наша Ніва» оставалась одним из последних крупных СМИ с регистрацией, с редакцией в Минске. Поэтому по ней и пришелся новый удар. Думаю, вскоре легально работающих независимых СМИ в Беларуси не останется.

Расчет делается на то, что таким образом властям удастся переломить ситуацию в свою пользу, на информационном поле начнут доминировать государственные СМИ. Большинство потребителей медиа перейдет в телеграм-каналы, но какая-то нейтральная часть публики окажется в ситуации определенной растерянности. Ведь не каждый обыватель захочет осуществлять целенаправленный поиск информации, которая раньше была совершенно доступна: открыл интернет — там TUT.BY, «Наша Ніва». А если их нет, не все будут искать какие-то «зеркала», VPN. И это должно сократить аудиторию независимых изданий.

Сейчас сложно сказать, насколько такая стратегия сработает. Но вряд ли возможно в эпоху интернета вернуть тоталитарные практики контроля над духовной жизнью общества.

Валерий Карбалевич, политолог