TOP

Штрихи к портрету мрачного времени

В Беларуси продолжается методичное уничтожение независимых СМИ. 18 августа дошла очередь до БелаПАН – единственного негосударственного информационного агентства в стране.

Танцующие кажутся безумцами, тем, кто не слышит музыки.
Фридрих Ницше

Погром БелаПАН

Все прошло по традиционной схеме: обыски в офисе и квартирах сотрудников, конфискация техники, задержание руководства редакции.

Увидеть в этих действиях властей рациональную логику достаточно трудно. Уничтожить конкурентов и установить монополию на СМИ можно было во времена до появления интернета. В нашу информационную эпоху это невозможно. Ведь все разгромленные СМИ (TUT. BY, «Радыё Свабода», «Наша ніва», тот же БелаПАН) возобновили свою деятельность.

В действиях властей скорее доминируют инстинкты. Они бьют по тому, что неприятно, что раздражает, не очень задумываясь о смысле. Причем, речь идет не только о СМИ. В процессе ликвидации находятся старейшие общественные организации, с которых, собственно, и начиналось в Беларуси становление гражданского общества после распада СССР: Белорусская ассоциация журналистов, Саюз беларускіх піcьменнікаў, Таварыства беларускай мовы, Згуртаванне беларусаў свету «Бацькаўшчына», БНФ «Адраджэнне», «Беларускі ПЭН» и др. Очевидно стремление уничтожить все, что неподконтрольно государству, вернуть страну в советскую эпоху.

Первые признаки гибкости

А 19 августа произошло два неожиданных события, не вписывающихся в привычный алгоритм политики властей. Четверо сотрудников «Пресс-клуба» были внезапно освобождены из тюрьмы. Хотя 9 августа, во время «Большого разговора» Лукашенко, отвечая на вопрос Юрия Воскресенского, очень скептически отнёсся к идее амнистии и помилования политзаключенных.

Не так важно, идет ли в данном случае речь о помиловании (хотя закон не предусматривает помилование без приговора суда) или формальным основанием для освобождения была компенсация, выплаченная родственниками заключенных за якобы неуплаченные налоги. Ведь всем ясно, что дело «Пресс-клуба» носит политический характер. И, кстати, денежная компенсация была выплачена в январе, а сегодня — август.

В тот же день Лукашенко заверил, что с честных бизнесменов не должен упасть ни один волос. А не так давно он обещал «вырезать» нелояльный бизнес. Очевидно, изменилась риторика.

Что случилось? Можно ли говорить, что появились признаки либерализации? Конечно, нет. Если бы это было так, то прекратились бы новые аресты, обыски и приговоры. А они продолжаются.

Можно предположить, что пока речь идет лишь о попытке начать какую-то игру, продемонстрировать некоторую гибкость. Это важный нюанс.

Ведь до сих пор власти проявляли только жестокость, непримиримость, беспощадность, неумолимость в расширении репрессий. И Лукашенко много раз обещал, что мы уберем, зачистим всех, чего бы это ни стоило.

И вот первые признаки гибкости, мимикрии. С чего вдруг?

Оказалось, что репрессии имеют цену. Выясняется, что вопреки всем скептикам, так толком еще не введенные западные санкции уже начинают работать. В практическом смысле пока их основное влияние наблюдается только в финансовой сфере. Так, «Абсолютбанк» едва попал в санкционный список США, как уже приостановил большинство банковских операций. Это такой серьезный сигнал о том, что может случиться, если санкции будут нарастать, распространяясь, например, на другие, системообразующие банки.

Сам факт, что Лукашенко скорректировал риторику, стал давать гарантии «честным бизнесменам», очень знаменателен. Он свидетельствует о том, что приходится обращать внимание на экономику. Ведь до сих пор экономические или внешнеполитические вопросы интересовали режим в последнюю очередь. Ими жертвовали ради решения основной задачи: подавления протестов.

Вполне возможно, что санкции несколько отрезвили Лукашенко, и он почувствовал реальную угрозу своей власти с другой стороны. Ибо если в экономике начнутся реальные проблемы, то это не может не отразиться на лояльности номенклатуры и неполитизированной публики, простых обывателей. Поэтому не совсем правильно бороться с землетрясением во время пожара.

Конечно, делать далеко идущие выводы пока рано. Но эти факты подталкивают к тому, чтобы несколько по-иному оценивать воздействия санкций.

Безымянные «герои»

И еще один любопытный штрих, свидетельствующий о настроениях в правящих кругах и силовых структурах.

20 августа Лукашенко наградил 28 представителей КГБ, МВД, Совета безопасности и Пограничного комитета. В их адрес было сказано много пафосных слов. Вот, дескать, настоящие герои, спасшие страну от заговоров и мятежей. Однако все испортило то, что имена победителей не называются. Оказывается, в сегодняшней Беларуси это государственная тайна. В нормальных странах народ гордится героями. А в Беларуси «герои» безымянные. Их скрывают от людей, чьи интересы они якобы защищают.

И это очень наглядно иллюстрирует ситуацию в стране. Общество не признает героями тех, кого считает таковыми власть, которая по этой причине чувствует себя неуверенно. Поэтому их имена прячут. Такое возможно только в глубоко расколотом обществе, с властью, обладающей сомнительной легитимностью. Поэтому людей арестовывают силовики в масках, сотрудники милиции дают показания в суде анонимно. И теперь их награждают анонимно.

И еще. Некоторые сотрудники силовых структур после службы переодеваются в гражданскую одежду. Получается, что ходить по улицам в военной форме то ли стыдно, то ли опасно.

Вроде бы мелкие факты, но очень ярко характеризующие положение, в котором оказалась Беларусь.

Валерий Карбалевич, политолог