TOP

Параллели. Все о деньгах — The Pandora Papers, гонка вооружений, бизнес

Тема недели — обнародование международным консорциумом журналистов-расследователей (ICIJ) The Pandora Papers — так называется база финансовых документов, электронной переписки, банковских счетов и т.д. и т.п. из 14 офшорных юрисдикций, которые раскрывают бенефициаров более чем 20 тыс. офшорных компаний.

Их владельцами являются граждане из более чем 200 стран, среди которых Россия, Великобритания, Аргентина и Китай занимают лидирующие позиции по числу владельцев офшоров.

Естественно, среди фигурантов оказались люди из близкого и даже ближайшего окружения Владимира Путина.

Оказались, и что? Казалось бы, в Евангелиях от Марка (гл. 4, ст. 22) и от Луки (гл. 8, ст. 17) все сказано:

«Ибо нет ничего тайного, что не сделалось бы явным, ни сокровенного, что не сделалось бы известным и не обнаружилось бы».

Попытайтесь отгадать с трех раз, какие для фигурантов The Pandora Papers в России последуют оргвыводы. Отгадали? Правильно: НИ-КА-КИХ. Об этом свидетельствует опыт — сын ошибок трудных.


Читайте также: Велика Пандора, да дура


Если коротко и по-умному, то россиянам и белорусам выпало счастье жить в культуре, в которой нет четкой границы между Добром и Злом. Это вам не Южная Корея, где президент получила около 20 лет каторги за то, что ее подруга занялась лоббизмом. Почему получила? Потому что чиновник и коррупция — это несовместимые понятия. Но в России на подобные пустяки внимания не обращали и не обращают. Вспомним, чем закончились расследования Навального. Правильно. Тюрьмой. Навальный сидит, и против него шьют новое дело.

Закрепим данную «аналитику» российской публицистикой, позаимствованной на сайте «Эхо Москвы».

В семье не без офшора

Антон Орехъ, обозреватель:

Антон Орехъ / Facebook

Пять лет назад бомбануло знаменитое Панамское досье. Миллионы документов про тайные богатства политиков и олигархов по всему миру. Где-то полетели головы, у кого-то треснули карьеры, изменилась даже офшорная и финансовая политика. В России говорили, что в этом расследовании «отовсюду торчат уши западных спецслужб». И вообще пытались создать впечатление, что весь мир вращается вокруг нас и только назло России всё это и было обнародовано.

Конечно, ничьи головы у нас не полетели, никакие карьеры не пострадали, ничего в нашей системе не поменялось. Зато мы узнали, что есть у Владимира Путина такой верный друг, как Сергей Ролдугин. На днях, к слову, президент наградил его орденом. Дружба жива, виолончель продолжает играть. А сейчас, я думаю, история с «Пандорскими бумажками» проживет еще короче.

Во-первых, про самого Путина ничего нет.

Во-вторых, про Светлану Кривоногих и её якобы отношения с Владимиром Владимировичем уже рассказали и сто раз это обсудили.

Опять звучат привычные мантры про западные спецслужбы, отсутствие доказательств, русофобию и тому подобное. Но главное — народ потерял чувствительность к этим историям. Уже и про уточку Медведева ему показывали, и про аквадискотеку Путина рассказывали — ну и что? Поглазели, похохотали. Кто-то поверил, кто-то не поверил, кто-то из чистого любопытства смотрел. Суммарную реакцию общества именно словом «любопытство» и можно было описать.

А возмущались-то не так сильно. Потому что нет у нас вот этого твердого понимания, что коррупция, нечестные миллиарды и жизнь не по средствам — это плохо. Будь у всех наших людей такая же возможность пилить бюджеты и опустошать казну — подавляющее большинство так и делало бы и не гнушалось.

А поскольку олигархами и большими чиновниками дано быть не каждому, то уворовываем и отчекрыживаем как можем помаленьку. Кто миллиард, кто миллион, а кому и тыщёночка в радость. Да и потом: что же, Путину/Медведеву и кому угодно из Кремля на «жигулях» кататься и в садовом домике на грядках жить?

Есть понимание, что большие люди должны жить богато. Что не мешает, конечно, ворчать, что мы сами живем в какой-то заднице и начальству на нас наплевать. На нас наплевать, но жить оно должно красиво. Нет в России почвы, на которую падали бы эти расследования и вырастало из них что-то существенное.

Остается только обращать внимание на прикольные детали. Что, например, любитель кино и покровитель искусств Константин Эрнст участвует в программе по сносу старых советских кинотеатров, вместо которых налепят, само собой, торговые центры, которых нам так в столице не хватает.

ВВП России составляет менее 2% от мирового. ВВП США и Европейских стран — около половины. И вот при таком соотношении в Кремле решили инициировать гонку вооружений. Урок СССР не пошел впрок: забыли, что одна из причин «геополитической катастрофы XX века» и была связана с тем, что Союз нерушимый республик свободных надорвался, пытаясь достичь паритета в количестве и качестве вооружений с объединенным Западом. В чем причина такой глупости?

Тут в голову приходит зефирный эксперимент, проведенный профессором Стэнфордского университета Уолтером Мишелем в конце 1960-х и начале 1970-х годов.

В этом эксперименте детям предлагали выбор между одним небольшим вознаграждением (зефир, печенье), предоставляемым немедленно, и увеличением награды вдвое, если они смогут терпеливо ждать ее в течение короткого периода. В последующих исследованиях ученые обнаружили, что у детей, которые были в состоянии дождаться увеличенной награды, как правило, жизнь складывалась более благополучно.

В том, что траты на разработку новейших систем вооружений стратегически ведут к деградации экономики, полагаем, для кремлян не является тайной. Однако эти же траты приносят ощутимую выгоду в режиме «здесь и сейчас» конкретным людям. А в России, впрочем, как и в СССР, принцип «Все для человека, все во имя человека, и мы знаем, как зовут этого человека» никто не отменял.

Фрагмент публикации, позаимствованный у Telegram-канала «СерпомПо», дополнит наш комментарий.

Гиперзвук и пустота (в карманах россиян)

Соединенные Штаты произвели успешный запуск гиперзвуковой ракеты.

Одна из любимых пропагандистских военных игрушек Путина теперь не одинока. У тех, кто назначен противниками, она теперь тоже есть. Прошло не так много времени.

И в чем выигрыш России?

Ни к чему было тратить ресурсы на гиперзвук. Куда разумнее было пойти по пути ограничений гонки вооружений и отказа от разработки систем, которые обладающие высоким техническим потенциалом Соединенные Штаты способны создать.

Можно было налоги снизить, находись у власти в России вменяемые власти, способные использовать международные договоренности для экономического развития страны. При Путине вытащенные из карманов граждан и бизнеса деньги сгорели в ракетных двигателях «цирконов», улетев на гиперзвуке в пустоту.

Чем закончатся репрессии? По мнению Константина Сонина, экономиста, профессора Чикагского университета и Высшей школы экономики, — катастрофой. Ничем иным в наше время они просто не могут закончиться. Об этом во фрагменте интервью Сонина на сайте «Эхо Москвы».

Репрессии сегодня — главная причина экономических проблем

Константин Сонин. Фото: HSE.RU

А. Плющев: Я даже не подталкиваю к тому, чтобы вы говорили о катастрофе. Я все пытаюсь понять, в чем может быть интерес власти для того, чтобы диверсифицировать политическую систему.

К. Сонин: Вы знаете, интересно, что среди независимых экономистов, академических экономистов это буквально консенсус, что политические изменения необходимы для того, чтобы начался рост, и что вот сейчас политические репрессии — это главная причина экономических проблем. Уже это главная причина.

А. Плющев: А как это работает, вы можете пояснить? Почему политические репрессии?..

К. Сонин: Потому что для того, чтобы бизнес жил и развивался, для того, чтобы люди оптимистично смотрели в будущее, любой бизнес требует оптимизма, того, чтобы люди думали, что они могут заработать больше, чтобы люди и работали больше, и вкладывали деньги легче. Для этого нужна и открытость, потому что большая часть инноваций в российском контексте — это свойство всех стран, это и к Франции относится, и в значительной степени к Германии, ко всем остальным странам, — большая часть инноваций — это заимствования или адаптации чего-то, что разработано вовне. Без открытости, без возможности иностранных инвестиций, то есть без возможности, чтобы кто-то владел здесь заводами, чтобы кто-то давал здесь кредиты, никакого трансфера технологий не будет.