TOP

Валерий Карбалевич: Евросоюз меняет тактику

На фоне продолжения и даже обострения миграционного кризиса на границе Беларуси с Польшей и Литвой произошли важные события. ЕС решил искать компромисс с Минском.

В таких опасных вещах как война, худшие ошибки делаются из милосердия.

Карл фон Клаузевиц

Торг уместен

Состоялись два телефонных разговора Ангелы Меркель с Лукашенко, а также дважды переговаривались по телефону глава МИД Беларуси Владимир Макей и верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Жозеф Борель.

В понедельник, 15 ноября, министры иностранных дел ЕС должны были принять пятый пакет санкций против Беларуси. Однако они только расширили правовую базу санкций. Решение о самих санкциях снова отложено. Кроме того, согласно кулуарной информации, они имеют ограниченный характер, их предполагают распространить только на физические и юридические лица, виновные в миграционном кризисе. 

Все это свидетельствует о том, что под влиянием атаки беженцев на границе ЕС решил изменить тактику по отношению к Беларуси. Было решено начать диалог, поискать компромисс, вступить в торг с официальным Минском.

Правда, представитель Еврокомиссии заявил, что «о переговорах с режимом Лукашенко речь не идет», всего лишь ведутся «технические переговоры» на рабочем уровне о судьбе беженцев. Но это игра слов. Любые технические переговоры о разрешении острой политической проблемы (миграционного кризиса) так или иначе становятся политическими.

Безусловно, от начавшегося диалога Лукашенко получил некоторые дивиденды в виде морального удовлетворения. Фактически он вынудил ЕС начать с ним переговоры, вопреки желанию Евросоюза. Для политика, находящегося в международной изоляции, это очень важно. Причем диалог происходит по повестке дня Минска. Вопрос о разрешении внутриполитического кризиса, репрессиях в Беларуси вынесен за скобки переговоров. Он ведется только об условиях преодоления конфликта с мигрантами на границе. Вопрос о гуманизме по отношению к беженцам вытеснил проблему гуманизма по отношению к политзаключенным.

О чем удалось договориться? Пока только о создании некой площадки для такого диалога на уровне экспертов и должностных лиц.

Известны условия, выдвинутые Лукашенко, которые озвучила его пресс-секретарь Наталья Эйсмонт. Он потребовал, чтобы Европейский союз создал гуманитарный коридор для 2 тыс. беженцев, которых должна принять Германия. А Беларусь берет на себя обязательство содействовать остальным 5 тысячам вернуться на родину.

Источники в ЕС говорят о том, будто бы Лукашенко также потребовал признать его президентом и отменить санкции. Но Эйсмонт это отрицает. 

Известно, что Евросоюз готов выделить 700 тысяч евро на помощь мигрантам на границе с Беларусью. Около 400 их них улетело назад в Ирак.

Таким образом, пока миграционный кризис не разрешен. И о перспективах его преодоления говорить рано.


Читайте также: Валерий Карбалевич: Шах мигрантами


Этот диалог вызвал противоречивую реакцию в Европе. Так, премьер-министр Польши Матеуш Моравецкий считает, что «любые переговоры непосредственно с Лукашенко легитимизируют его режим».

Но проблема не столько в этом. Риск новой тактики ЕС состоит в том, что Лукашенко может прийти к выводу: шантаж мигрантами работает, дает эффект, а европейские политики слабаки, не выдержали напряжения конфликта. И если даже сейчас удастся разрешить нынешний мигрантский кризис, то этот инструмент можно использовать через какое-то время снова.

Укол Путина

На фоне реанимации контактов белорусского руководства с ЕС совершенно неожиданно прозвучало заявление Владимира Путина на расширенном заседании коллегии МИД 18 ноября. Он тоже говорил о диалоге, но совершенно другого характера. Президент РФ сказал:

«Да, мы знаем, что ситуация в Белоруссии, хоть и успокоилась внутри страны, но, тем не менее, проблемы есть, и мы прекрасно отдаем себе в этом отчет и, конечно, призываем к диалогу между властями и оппозицией».

Заявление неожиданное потому, что оно противоречит всей прежней риторике российских официальных лиц. Напомню, что министр иностранных дел России Сергей Лавров уже год заявляет, что в Беларуси идет диалог власти и общества по конституционной реформе. То есть с диалогом якобы все нормально. Также российские политики недвусмысленно объявили всю белорусскую оппозицию агентами Запада, а значит, врагами РФ.

И на этом фоне прозвучало такое косвенное признание того, что политический кризис в Беларуси не разрешен, и призыв к диалогу. Хочу напомнить, что такой же позиции придерживаются ЕС и США в отношении решения белорусского вопроса. 

Что за этим стоит? Напряжение в отношениях между Минском и Москвой выявилось еще в октябре. Думаю, оно обусловлено тем, что год назад Лукашенко пообещал Путину транзит власти и отставку. А теперь отказывается сдержать свое обещание, пытается как-то открутиться, хочет остаться у власти на должности главы Всебелорусского народного собрания. И это вызывает недовольство Путина.

Можно предположить, что сейчас к этой теме добавилось еще одно разногласие, связанное уже непосредственно с миграционным кризисом. Путину нравится, что к нему обращаются руководители европейских стран (Германии, Франции и др.) с просьбой решить проблему на границе Беларуси с Польшей и Литвой. Он ощущает себя хозяином, властелином судеб стран региона. 

На прошлой неделе изменился тон заявлений российских официальных лиц. Ранее Путин избегал вмешательства в миграционный кризис, на все призывы европейских политиков о помощи отвечал, дескать, обращайтесь к Лукашенко. А 14 ноября он заявил, что готов помочь решить эту проблему. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков также отметил, что Россия готова выступить посредником в переговорах по урегулированию миграционного кризиса. 

Возможно, Путин что-то пообещал Меркель и Макрону, дескать, если так сильно просите, то так и быть, вашу беду руками разведу. А сами вы беспомощные, без меня ничего не можете.

И вот когда Путин попытался вмешаться в миграционный кризис, Лукашенко воспротивился, отказался прислушиваться к настойчивым советам российского лидера. В Минске вряд ли понравилось, что Москва пытается разрешить миграционный кризис с Евросоюзом за спиной и через голову белорусского руководства. И пошло обострение.

В результате Путин оказался в глупом положении. Тот, кто на равных говорит с лидерами великих держав, ничего не может сделать с очень зависимым от него Лукашенко. И что теперь о нем подумают лидеры Германии и Франции? Зачем иметь дело с человеком, который не может решить элементарный вопрос?

Путина это задело. Обращают на себя внимание интенсивные телефонные переговоры между ним и Лукашенко в последние дни.

Важно отметить, что пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков сказал очень важную фразу, что, мол, возлагать на Лукашенко всю вину в ситуации с мигрантами на границе абсолютно неправильно. То есть Москва готова возложить часть вины за этот кризис на Лукашенко! Это интересный нюанс.

По этим причинам разозленный Путин решил потроллить Лукашенко. И нажал на самое болезненное место союзника, призвал к диалогу с оппозицией. Ведь Лукашенко в принципе не признает наличия оппозиции в Беларуси, он говорит, что ему противостоят «отморозки», «экстремисты», «террористы», купленные Западом.

Думаю, дальше троллинга дело не пойдет, этим все и ограничится. В конце концов, настоящее отношение Путина к оппозиции мало чем отличается от лукашенковского.