TOP

Что происходит с нашей экономикой: мнения экспертов

Годовое падение ВВП эксперты ЕАБР оценивают в 6,5%, хотя в мае уже зафиксирован показатель в 8,8%. Бывший глава Нацбанка Станислав Богданкевич и экономист Лев Марголин оптимизма не питают, а вот кандидат экономических наук Петр Мигурский верит в возможный успех агрокомплекса.

Главными причинами происходящего считаются санкции и разрывы производственно-логистических цепочек, которые привели к падению производства обрабатывающей промышленности (на 11,8% в мае), оптовой торговли (на 25,4%) и грузооборота транспорта (на 33,6%). Инвестиции в мае сократились на 25%.

Станислав Богданкевич: Инфляция поможет «сократить» падение ВВП

– Я считаю, что падение ВВП – тенденция. Это связано с той изоляцией, в которой оказалась Беларусь. Мы не можем добывать и продавать в прежних объемах калий, нефтепродукты, которые раньше в больших объемах поставляли в Украину и Евросоюз, у нас резко сократился импорт, в том числе ширпотреб. Население стало беднее жить. Если власти не найдут решение проблемы, то, на мой взгляд, ВВП обвалится на 20%. И они пытаются искать выход: в Санкт-Петербурге строят порт, пробуют переориентировать логистику на Азию… Но в этом случае произойдет падение качества.

– ЕАБР, однако, прогнозирует падение ВВП на 6,5%, МВФ – на 10%. На чем они строят свои оптимистичные прогнозы?

– Возможно, власть считает, что найдет решение всех проблем, найдет рынки сбыта, увеличит производство. Но, думаю, вертикаль ошибается.

Другое дело, что инфляция будет не менее 20% в годовом исчислении. Может быть, за счет высокой инфляция как раз и собираются «подправить» объемы падения: при такой огромной инфляции, которая уже сегодня существует, всегда немножко можно регулировать статистику по валовому продукту.

– А стабильность беларусского рубля не отражает состояние экономики?

– Сегодня рублевая стабильность – свидетельство регресса, свидетельство того, что падает производство, спадает спрос на валюту. У нас нет необходимости платить за сырье, материалы, продукцию из цивилизованного мира: Европы, Канады, Америки, Великобритании.

Стабилизация валюты сегодня говорит об ухудшении ситуации в экономике, о падении уровня жизни. Качественные товары, которые мы получали из технологически развитого мира, хотим заменить на товары собственного производства, менее качественные. Импортозамещение, на которое делается ставка, особенно директивное, с помощью кулака, только вредит экономике.

– Но ведь Лукашенко уже сообщил о полутора миллиардах долларов, которые Россия выделяет на проекты по импортозамещению?

– Да, но все эти бонусы не решают проблему. Изоляция от цивилизованного технологического мира дорого обойдется Беларуси, и России тоже. И никаким импортозамещением уровень жизни не поднимешь и не сохранишь, он продолжит падение.

Быстро найти замену покупателя наших товаров, поменять логистику, заменить рынок Европейского Союза, рынок Канады, США рынок Европейского Союза, рынок Канады, США вряд ли возможно без ущерба. Мой прогноз: если правительство не сумеет улучшить отношения с технологически развитым миром, то нас ждет ухудшение и падение ВВП на 15-20%. В лучшем случае его можно сократить до 12-13%, но все равно падение.

А Нацбанк уже показывает инфляцию в 17%, и она будет продолжаться.

Лев Марголин: Падение ВВП лишь на 10% – уже успех

– На ближайшие пару месяцев можно говорить про устойчивую тенденцию – снижение уровня ВВП. С 4 июня начали действовать реальные санкции, которые с апреля можно было легко обходить за счет старых контрактов. С экспортом сложились большие проблемы, которые в свою очередь тянут вниз производство.

Возможно, в августе производство удастся каким-то образом стабилизировать: правительство будет явно искать обходные пути от санкций.

– ЕАБР прогнозирует падение ВВП по итогам года на 6,5%. Согласны с такой оценкой?

– Я думаю, прогноз слишком оптимистичный. На мой взгляд, падение по итогам года составит не менее 10%. Показатель 6,5% имел бы право на жизнь в том случае, если бы объемы падения сохранились на нынешнем уровне. Но мы наблюдаем падение ВВП, и объемы будут продолжать снижаться.

Не только я, но и МВФ считает, что, если по итогам года удастся закрепится на отметке минус 10% ВВП – это будет успехом.

– А стабильность беларусского рубля как объяснить? Или этот показатель не является мерилом экономической ситуации в стране в целом?

– С беларусским рублем немного другая история. Он сильно зависит от российского «собрата». Россиянин практически перестал быть конвертируемым, его курс устанавливается Центробанком России произвольно. Он все время укрепляется, а беларус за ним не поспевает. Национальная валюта оказалась в очень сложной ситуации. С одной стороны, слабеет к российской, что ведет к увеличению стоимости импорта, в первую очередь критического (нефть, газ), с другой стороны, не падает по отношению к западным валютам, что накладывает свою печать на стоимость экспорта. Теперь все будет зависеть от действий Национального банка, которые могут стать критическими: включать или не включать печатный станок. Ведь импорт уже давно упал, а экспорт упадет только в июне.

– Но ведь широкая денежная масса выросла на 30% – разве это не показатель того, что Нацбанк включил печатный станок?

– Действительно, это показатель. Но ведь включить можно с разной скоростью, и в случае запуска на полную мощность мы можем получить такие же последствия, как в 2011 году. Процесс этот можно и придерживать, но –  через постоянную войну с правительством. Ведь оно заинтересовано в широкой денежной массе, в увеличении кредитования, а Нацбанк – в сдерживании инфляции и стабильности беларусского рубля.

Петр Мигурский: Катастрофу я не вижу

– Вначале факты. За январь – май 2022 года в хозяйствах всех категорий (в сельскохозяйственных организациях, крестьянских (фермерских) хозяйствах, хозяйствах населения) производство продукции в текущих ценах составило 6,7 миллиарда рублей, или в сопоставимых ценах 97,1% к уровню прошлого года, сообщает Белстат.

Но стоит ли бить тревогу?
Есть несколько причин падения сельхозпроизводства.

Первая: не удалось достичь запланированных темпов роста мяса и молока. С мясом ситуация такова: его как не было, так, наверное, и не будет в необходимых объемах.

Во-вторых, последствия зимовки, организация производства молока не располагает к его росту. Знаковым моментом стала ситуация на 15 июня: к этому времени ничего не изменилось по отношению к уровню прошлого года, например, Могилевская область как минусовала полкилограмма молока, так и минусует. Хотя скот уже вывели на зеленую траву, вроде бы можно было надеяться на исправление ситуации. Увы, этого не случилось.

В этом году весна поздняя, заготовку кормов начали позже, чем в прошлом. Разница в неделю тоже дает минус по сравнению с прошлым. Хотя погодные условия сейчас намного лучше: все культуры должны дать урожай выше, чем в прошлом году.

Можно предположить, что прогнозы Министерства сельского хозяйства на то, что удастся получить продукции сельского хозяйства на 5% больше прошлогоднего, могут сбыться.

Во-первых, погодные условия благоприятствуют. А во-вторых, сельское хозяйство достигло определенного дна и уже пора отскакивать на положительные результаты. Поэтому я считаю, что минус 2,9% к уровню прошлого года – такой промежуточный показатель, глядя на который посыпать голову пеплом не стоит. Это касается растениеводства.

А вот ситуация в животноводстве вызывает определенную тревогу. Хотя если соблюдут условия осеменения и сохранят поголовье – это станет трамплином для увеличения продукции в будущем году. В этом – уже как получится.

В общем, уровень производства в животноводстве находится не на лучшем уровне, но трагедии из этого делать не стоит.

Мировая конъюнктура на продукты питания складывается в нашу пользу. И можно достигнуть объема экспорта в 7 миллиардов долларов за ее счет – то есть из-за роста цен. Но в весовом отношении, думаю, экспорт просядет еще в большей степени, чем в прошлом году.

 

 

Присоединяйтесь к нам в Фэйсбуке, Telegram или Одноклассниках, чтобы быть в курсе важнейших событий страны или обсудить тему, которая вас взволновала.