• Погода
  • -13
  • EUR3,0869
  • USD2,5509
  • RUB (100)3,4592
TOP

Уроки калийной войны

Горе тому государственному деятелю, который не нашел такое обоснование для войны, которое и после ее завершения остается актуальным.Отто фон Бисмарк Как известно, всякая война заканчивается миром. Начавшуюся три месяца назад белорусско-российскую калийную войну с экстрадицией Владислава Баумгертнера можно считать оконченной. 

С точки зрения межгосударственных отношений дальнейшая личная судьба гендиректора «Уралкалия» уже мало интересна. Хотя, судя по всему, он быстро выйдет на свободу. И теперь можно подводить определенные итоги и делать выводы.

Такого рода конфликт со взятием заложника в отношениях Беларуси и России произошел впервые. Главным побудительным мотивом ареста В. Баумгертнера была месть официального Минска «Уралкалию» за его брутальные действия по разрушению совместного сбытового картеля — Белорусской калийной компании. И отмщение состоялось.

Можно констатировать, что белорусские власти одержали политическую и психологическую победу. А. Лукашенко добился унижения России и ее руководства. Были проигнорированы многочисленные требования высоких официальных лиц РФ об освобождении В. Баумгертнера. Чтобы задобрить белорусские власти, в Минск приезжали заместитель генпрокурора России, сам генеральный прокурор Ю. Чайка. В очереди к А. Лукашенко стояли с подарками топ-менеджеры крупнейших российских государственных бизнес-структур: президент компании «Роснефть» И. Сечин, глава «Газпрома» А. Миллер, председатель правления «Сбербанка» Г. Греф.

Более того, несколько раз просил сам В. Путин. Он дважды приезжал в Беларусь (на военные учения и на саммит СНГ и Таможенного союза) в то время как гендиректор «Уралкалия» продолжал находиться под арестом в Минске.

Одним из требований, выставленных Беларусью, была смена главного акционера «Уралкалия». И, как это ни странно, его в спешном порядке стали выполнять. За акциями С. Керимова даже выстроилась очередь.

А. Лукашенко перевел спор между двумя хозяйствующими субъектами в межгосударственный конфликт, вывел его в политическую и даже идеологическую плоскость. И выяснилось, что в этой сфере Россия больше зависима от Беларуси. Москва стала заложницей своего проекта по созданию Евразийского союза, конфликта с ЕС за контроль над странами постсоветского пространства. И накануне Вильнюсского саммита «Восточного партнерства» руки у нее оказались связанными.

Внешне выглядело так, что именно официальный Минск действовал с позиции силы, принуждая Москву как-то неуверенно реагировать. Это была месть не только «Уралкалию», но и лично В. Путину за все былые унижения. На целых три месяца белорусско-российские отношения вернулись во времена Б. Ельцина, когда хвост крутил собакой. Совершенно не случайно рейтинг А. Лукашенко в сентябре заметно вырос.

Но, выиграв в сфере политики и имиджа, Минск проиграл эту войну экономически. Хотя И. Сечин, А. Миллер, Г. Греф приезжали с подарками, однако это были в большей мере обещания. Инвестиции для Мозырского НПЗ и БелАЗа, привезенные Г. Грефом, как и рефинансирование кредита в $1 млрд, видимо, были реализацией старых договоренностей.

Требование к «Уралкалию» выплатить компенсацию в размере $100 млн за ущерб, нанесенный «Беларуськалию», не выполнено. Россия начала экономическое давление. В четвертом квартале были сокращены поставки нефти на белорусские НПЗ. Москва затормозила подписание нефтяного соглашения на следующий год. Антикризисный фонд ЕврАзЭС задерживает последний транш кредита (деньги должны были поступить до 31 октября). То есть «дело Баумгертнера» усугубило и без того острую проблему дефицита валюты.

Под таким экономическим прессингом РФ Минск был вынужден освободить гендиректора «Уралкалия». Чтобы сохранить лицо, белорусские власти выдержали паузу и связали этот «акт гуманности» с продажей основным акционером компании С. Керимовым своих акций.

Можно вывести еще несколько побочных уроков калийной войны. Прежде всего, она очень ярко проиллюстрировала, что экономическая интеграция развивается скорее «по понятиям», чем базируется на законах и правилах.

«Дело Баумгертнера» фактически легализовало институт заложничества. В отношениях Беларуси с Россией, в отличие от ЕС, он работает. Хочу напомнить, что уже около года в белорусской тюрьме находится еще один гражданин России — директор санатория «Беларусь» (Сочи) Г. Саракашиш. Интересно, что его, так же как и Баумгертнера, заманили в Минск на совещание. И его судьбой тоже интересуется посольство РФ в Беларуси.

Интеграция «по понятиям» закладывает мину под весь проект Евразийского союза. Ибо любое объединение может быть прочным, притягательным для других государств и иметь перспективу, если основывается на четко прописанных правилах и процедурах.

Калийная война позволила выявить, что, как говорили во времена Б. Ельцина, «в Кремле много башен». Иначе говоря, в Москве несколько центров власти, у каждого из которых своя внешняя политика. Жесткие заявления российских вице-премьеров в адрес Беларуси дезавуировались влиятельным президентом компании «Роснефть» И. Сечиным при молчании В. Путина. И этот диссонанс, разнобой в позициях демонстрировал слабость Москвы. А это хорошо видели в Минске и делали соответствующие выводы.

Подвисли пять широко объявленных проектов по объединению белорусских и российских предприятий. И это еще один итог калийного конфликта. Переговоры о создании этих альянсов и так шли очень туго. А тюремные злоключения В. Баумгертнера сделали их реализацию еще более проблематичной. Заявление гендиректора КамАЗа о том, что он не поедет в Минск, потому что там его арестуют, весьма симптоматично.

Вообще калийный скандал — и это одно из его долговременных последствий — резко ухудшил и без того неблагоприятный бизнес-климат в стране, существенно повысил риски иностранных инвестиций в Беларуси. Угроза оказаться в белорусской тюрьме крайне неприятна для любого бизнесмена и топ-менеджера. И это делает бизнес в Беларуси крайне рискованным.

Теперь правительство, чтобы получить так необходимую валюту, разрабатывает большую приватизационную программу. Но арест В. Баумгертнера в значительной степени обесценил белорусские активы. И до сих пор было не много желающих прийти сюда со своими деньгами. Ибо национализация кондитерских фабрик, «Керамина» не прошла бесследно. И теперь только люди авантюрного склада будут готовы рисковать.

Таким образом, в результате калийной войны белорусское руководство получило кратковременный, сиюминутный политический выигрыш. Но если смотреть в среднесрочной или долговременной перспективе, то «дело Баумгертнера» будет иметь негативные последствия.

Валерий КАРБАЛЕВИЧ

Читайте также:

Калийная война

Пусть побежденный плачет

Кремль еще припомнит Минску Баумгертнера