TOP

Зачистка политического поля

Сначала два слова об экономической ситуации. Согласно информации Министерства финансов, государственный долг Беларуси за 2020 год увеличился на 29%. По оценкам Национального банка, проблемные долги госпредприятий перед банками составляют 14% от ВВП Беларуси.

Первый заместитель председателя правления Нацбанка Сергей Калечиц констатировал, что в 2020 году в банковской сфере страны развивались негативные тенденции, которые могут привести к быстрому развитию системного кризиса.

В госбюджете на 2021 год расходы на силовые структуры вырастают на 21%, а на статью бюджета «Финансирование выплат трудовых пенсий, пособий, мероприятия по обеспечению занятости населения и оплата детского санаторно-курортного лечения и оздоровления» сокращаются на 36,9%. Таковы штрихи эволюции «социального государства» в «полицейское государство».

«Антиреволюционная» законодательная революция

Продолжается наступление против всех несогласных с политикой властей, зачистка политического поля. Каждый день проходят задержания, обыски, суды.

26 января Лукашенко в ходе назначения новых руководителей ставил перед ними в качестве главной задачи бороться с политической крамолой, протестующим обществом, всеми, кто угрожает его власти. Все остальные вопросы отошли на второй план. Даже напутствуя нового генерального директора «Гродно-Азота» Игоря Ляшенко, Лукашенко в качестве первостепенного задания определил не развитие производства, а укрепление дисциплины или, другими словами, нейтрализацию забастовщиков. То есть все государственные институты сейчас мобилизованы только на борьбу с оппонентами Лукашенко. Обо всем остальном можно забыть.

28 января на совещании обсуждалась подготовка «антиреволюционного» законодательства. Оно принимается в чрезвычайном порядке. Изменения коснутся не только административного, уголовного, уголовно-исполнительного кодексов, но также трудового и избирательного законодательства. Судя по всему, любая неконтролируемая властями публичная деятельность и просто инакомыслие будут преследоваться по закону.

На протяжении всей второй половины прошлого года власти осуществляли политические репрессии, грубо нарушая существующее законодательство. Это создавало определенный дискомфорт для чиновников, сотрудников силовых структур, судей. Ибо государство по самой своей природе — такой институт, который должен действовать согласно определенным правилам. Поэтому сейчас под репрессии подводится юридическая база и теперь всех будут сажать за решетку на основе закона.

Запрет на коллективные обращения?

В процессе реализации этой идеи дело доходит до курьёзов. Например, власти планируют ограничить возможность подачи коллективных электронных и письменных обращений в государственные органы. Ибо это, как написано в официальном документе, «может привести к нарушению нормального функционирования организаций». То есть — государственных организаций. В переводе на простой язык это означает, что письма граждан мешают работе чиновников. Пишут здесь разные, работать мешают.

Но в таких ограничениях есть своя логика. Ибо в рамках белорусского режима любые коллективные действия, не санкционированные властями, являются угрозой. Все должно быть только с разрешения властей. Поэтому вместе пить чай во дворе дома или писать коллективное обращение — это почти преступление. Идет процесс постепенной криминализации всех действий, автономных от государства или не санкционированных государством. В известном смысле это возвращение в СССР.

Опасения властей понятны. Формирование горизонтальных связей, гражданского общества является угрозой авторитарному режиму. Ведь проявления солидарности, объединение людей, коллективные действия стали основой массовых протестов. Поэтому предпринимаются попытки нейтрализовать подобные угрозы, лишить их законной основы.

Во что выльется борьба с национальной символикой?

Официальный представитель Генпрокуратуры Беларуси Анжелика Курчак сообщила, что готовится пакет документов о признании бело-красно-белого флага экстремистским. Такие планы резко увеличивают остроту противостояния в обществе.

Теперь бело-красно-белый флаг — это просто «незарегистрированная символика», за использование которой гражданин привлекается к административной ответственности. Как только флаг будет признан экстремистским, его использование будет считаться уголовным преступлением и наказуемо по статьям об экстремизме.

И упоминать об этом публично, например в СМИ, можно будет только добавив, что это запрещенная в Беларуси экстремистская символика. Как «Исламское государство» упоминается в России. В связи с этим можно живо представить себе масштабы политических репрессий, ожидающих страну.

На самом деле война объявлена не только национальным символам, но и центрам распространения белорусской культуры и атрибутики. Власти принуждают закрывать магазины, продающие символику, сувениры, литературу в Минске, Бресте, Витебске, Гродно, Орше. Начались гонения на книгоиздателей.

Это означает резкую политизацию идеологического, ценностного противостояния. До сих пор шла борьба за демократию с использованием национальных символов. Теперь протест против нынешнего режима может перерасти в национально-освободительное движение. За освобождение от советского духовного наследия. Всех оппонентов Лукашенко жестко маркируют. Пока сложно сказать, сузит это или расширит социальную базу протеста. Но очевидно, что власти искусственно вносят в него качественные изменения.

Руководствуясь инстинктом самосохранения, нынешний режим запускает процесс, который будет иметь побочный эффект, непредвиденные последствия. Я бы назвал это процессом завершения формирования белорусской политической нации.

Политическая нация — это сообщество людей, которые чувствуют себя гражданами. Она не может состоять из подданных правителя, как это было в течение 26 лет правления Лукашенко. И нет никакого сомнения, что белорусская нация, овладевшая государством, вступит на историческую арену под бело-красно-белым флагом. Власти сами начали эту войну. И в исторической перспективе им ее не выиграть. Хотя бы по той простой причине, что власти, вешая красно-зеленые флаги на автозаки, вынесли им приговор.

Валерий Карбалевич, политолог