TOP

режим

6 сентября Александр Лукашенко провел совещание, на котором обсуждались вопросы амнистии и закон о лишении гражданства лидеров оппозиции, эмигрировавших за рубеж. Второй вопрос не вызывает удивления. Борьба против оппозиции принимает новые, все более изощренные формы. Это продолжение прежнего, набравшего скорость и собственную динамику политического тренда

Спад протестной активности в Беларуси ставит ряд вопросов относительно перспектив будущего развития ситуации в стране. А равно требует четкости понимания того, где мы оказались и почему мы там оказались. Ну и традиционно — что делать и есть ли шанс на победу.

Для понимания своеобразия белорусской модели нам потребуется слово «амбивалентность». Пугаться не надо. Это не бином Ньютона. Достаточно вспомнить присказку «и рыбку съесть и ноги не замочить». Возможны и другие ее редакции, но сути они не меняют.

Уже очевидно: сила не действует. То есть, можно при ее помощи заставить людей эмигрировать, удалить их с улиц во дворы, запихать в кухни, но заставить их изменить свое мнение и начать думать по-другому — уже нельзя.

То, что происходит в Беларуси в последние месяцы, называют по-разному: белорусская революция, белорусская весна, политический кризис. Лукашенко назвал это попыткой государственного переворота, мятежом. Я бы добавил к этим названиям еще одно. Это был пассионарный взрыв белорусского социума.

Третий пакет санкций ЕС в отношении белорусского режима был принят 17 декабря. Его отличие от предыдущих пакетов состоит в том, что они распространяются не только на чиновников, но и на юридических лиц, предприятия и фирмы.

Предложение о придании Всебелорусскому народному собранию (ВНС) конституционного статуса, а также запрет на выезд белорусов за рубеж, знаменуют собой важный поворотный момент в эволюции нынешнего политического режима Беларуси, изменение всей его стратегии выживания.